Ритм твоего сердца (СИ)

— Понимаю, что очень трудно принять решение сию же секунду. Тебя никто не торопит, и уверена, что твой отец понимает, что так легко не завоюет твоё доверие. Просто хочу сказать, что я не жалею, что дала нам возможность быть вместе.
— Я тебя услышал, Лисичка, — нежно касаюсь её истерзанных от страстных поцелуев губ своими. — Спасибо тебе.
  
Глава 53
 
Джейсон
Когда просыпаешься рано утром, а у тебя в объятиях настоящий ангел с улыбкой на лице — это и есть счастье. А если учесть после чего мы с Эвелин вчера так сладко уснули, то это уже что-то запредельное. Рай. Но достоин ли я этого райского места? Могу ли находиться так близко к самому светлому человеку, которого только встречал на земле? Возможно, нет. Только ничего не могу с собой поделать: Лисичка теперь часть меня, и без неё не представляю, как смогу дышать. Она моё всё. Мой мир. Мой дом. Моя вселенная.
Голова Эви лежит на моём плече, огненные волосы взъерошены, а рука обхватывает мою талию. Боюсь пошевелиться и испортить всю сладость момента. Не хочу нарушать волшебство её мира грёз. Она улыбается и от этого на щеках появляются ямочки. Еле сдерживаю себя, чтобы не начать покрывать поцелуями лицо. Наверное, никогда не смогу насытиться этой девушкой, мне всегда будет её мало. Поэтому решаю, что вправе присвоить Эви навсегда, без возможности делить с кем-либо. Она моя. И всё её внимание должно принадлежать только мне.
Чем дольше разглядываю пухлые губы Лисички, густые чёрные слегка загнутые ресницы, вздёрнутый нос, тем больше убеждаюсь, что она идеальная. Возможно, когда-нибудь привыкну к её красоте и она станет для меня обыденной, но это случится точно не в ближайшую вечность.
— Хватит пялиться, — заспанный голос Эвелин привлекает внимание, но она всё так же продолжает лежать с закрытыми глазами.
— Я не пялюсь. Как ты можешь меня обвинять, когда не видишь?
— Джей, я чувствую, — Лисичка замолкает, уголки её губ растягиваются в хитрой улыбке. — А ещё я чувствую твоё утреннее приподнятое настроение.
Эвелин приоткрывает один глаз и смотрит на меня, а я лишь сильнее прижимаю её к себе. Закапываюсь носом в рыжие пряди и вдыхаю неповторимый аромат. Она умопомрачительно пахнет, этот запах является сильнейшим афродизиаком для меня. Стоит уловить его слабые нотки, как член моментально откликается и наливается кровью.
— Как можно лежать в постели с самой красивой девушкой и не реагировать на это? Ты моя слабость, Эви. Хочу тебя двадцать четыре на семь, так что смирись, — смеюсь в её макушку, но после того, как губы Лисички касаются моей груди, смех сменяется тихим стоном.
— Представляешь, я тоже не могу сдержаться, когда нахожусь в кровати с самым сексуальным мужчиной, — Эвелин говорит и каждое слово закрепляет поцелуями, которые смещаются всё ниже и ниже по напряжённому прессу.
— Блядь, хочу просыпаться так каждое утро, — разум окончательно отключается, когда Лисичка стягивает с меня боксеры и проводит кончиком языка по головке.
***
— Знаешь, — подхожу к Эвелин со спины, наклоняюсь так, чтобы мои губы коснулись её уха, и шепчу, — я подумал, что никуда тебя не отпущу. Запру в квартире, чтобы в любое время наслаждаться тобой.
Слышу, как Лисичка хмыкает, а в следующее мгновение хлопает ладонью по моей руке, которой я скольжу к подолу платья. Не могу удержаться, чтобы не трогать её: слишком тяжело находиться рядом и не ощущать тепло бархатной кожи.
— Так я очень быстро надоем тебе, — они хихикает, кладёт затылок мне на плечо и с умиротворённым видом прикрывает веки.
Снова даёт мне возможность наслаждаться её красотой, быть рядом и не бояться, что идиллия вскоре рассыпется. А быть может, нам удастся перехитрить жизнь, нарушить порядок белых и чёрных полос. Очень хочется на это надеяться.
— Никогда так больше не говори, — рычу, наклоняясь к шее, и оставляю укус в месте, где бьётся пульс Лисички. — Ты не можешь мне надоесть, потому что всё, связанное с тобой, — это самое лучшее, что случалось со мной в жизни.
 
Эвелин улыбается открыто, даже ресницы трепещут от нахлынувших эмоций. Кожей ощущаю, что наши чувства взаимны. По комнате раздаётся сигнал оповещение, и наше внимание привлекает экран моего телефона.
— Любовница? — Эви разворачивается ко мне лицом и с прищуром заглядывает в глаза, видно, что сдерживает смех, но всё равно играет роль ревнивой собственницы.
Существует два способа, чтобы твоя женщина перестала ревновать: разблокировать телефон и дать ей полную свободу или необходимо иметь два гаджета. В моём случае первый вариант. Для меня важно знать, что Коллинз полностью мне доверяет. Мой недавний секрет не в счёт. Он родился ещё до того, как я узнал Эви, а всё, что касается моих чувств, она всё знает.
— Ага, и зовут её… — беру смартфон, снимаю с блокировки и поворачиваю экраном к Лисичке. — Майкл.
Зачитываю вслух сообщение от друга, и по коже от информации пробегают мурашки.
Майкл:
«Через две недели пройдёт конкурс на улицах. Только он для пар, не хочешь уговорить Эвелин принять участие? Мне кажется, вы бы классно смотрелись. Если да, то с меня музыка и помощь в постановке».
Чёрт! Не был готов к такому предложению. Запускаю пальцы в короткие волосы на затылке и с силой сжимаю их. Это слишком не вовремя. Скоро у Эви и без того важное мероприятие — сомневаюсь, что она согласится на такую авантюру.
— Джей! — Коллинз запрыгивает ко мне на руки, обвивая талию ногами, и с блеском в глазах смотрит в мои, — мы должны участвовать! Мы не можем упустить такую возможность! Чёрт возьми, ещё недавно я грезила, чтобы сам Джокер обратил на меня внимание, а теперь я с ним занимаюсь умопомрачительным сексом. И скоро буду участвовать в конкурсе.
Она смеётся, а во мне ревность пульсирующей волной поднимается от пяток до самой макушки. Захватывает в свой капкан. Понимаю, что это глупость — ревновать к самому себе, но я не хочу делить Эвелин даже со своей грёбаной тенью.
— Начнём с того, малышка Коллинз, — недовольно рычу ей в губы и несу к кровати, — что Джокера больше нет и трахаю тебя я, — кусаю её за шею, подбородок, оттягиваю нижнюю губу, срываю напряжённый стон из её рта. — К тому же ты не можешь грезить о ком-то, кроме меня, даже если это всего лишь маска. Поняла?
Бросаю Эви на простынь, наваливаюсь сверху, прижимая своим весом к прохладной ткани. Зелёные радужки практически пропадают от расширенного зрачка. Её дыхание учащается, возбуждение проникает в каждую клетку, искрит между нами. Только сейчас не хочется нежностей — в данный момент мне требуется, чтобы моя девушка понимала, кому она полностью, без остатка принадлежит. Желание клеймить каждый сантиметр её тела, владеть им, испить до дна пьянящую похоть сводит с ума.
— Поняла, — она сглатывает, приоткрывает рот, будто приглашает пировать на её соблазнительных губах. — Ты так сексуально ревнуешь. Придётся чаще тебя провоцировать.
Провожу по ним языком, прикусываю, сминаю. Сейчас продуктивного разговора точно не получится: всеми моими мыслями в данный момент заведует нижняя часть тела. Поэтому даже не хочу сопротивляться происходящему. Целую так глубоко, что тепло Лисички проникает в меня и распространяется по всем конечностям, концентрируясь в области паха. Она стонет мне в рот, не отрываясь продолжая наше безумие. Никогда не смогу насытиться ей, так же как и она мной. Танец языков дикий, до пошлости жаркий, но до дрожи необходимый. Она мой воздух.
— А теперь ты дашь себя раздеть, — ненадолго оторвавшись друг от друга, снимаю с нас всю одежду и откидываю её в сторону.
  
Глава 54
 
Джейсон
Эвелин, словно кошка, вытягивается подо мной, прогибаясь в пояснице. Выпячивает упругую грудь с затвердевшими сосками — не могу пропустить эту манящую часть её тела и не уделить ей время. Наклоняюсь, втягиваю сосок в рот, прикусываю, слегка оттягиваю. Лисичка моментально откликается на ласки, провоцирует своими стонами.