Звёзды стертой эпохи (СИ)

— Так зачем все усложнять, Криа?
— Я не усложняю, — упрямо, сама понимая, что говорю не правду, возразила я. — Мне просто не нравится, когда меня трогают.
— Чш, — Руш опят открыто и широко улыбнулся, — и опять твои глаза говорят о другом. Может, тебе и не нравится, когда кто-то касается твоей кожи, но моим ладоням явно дан особый доступ. Молчи, пожалуйста. Ты можешь вовсе ничего не произносить. Твои глаза мне сказали уже все. Идем, помогу расслабить плечи и спину.
— Не нужно, — отголосок паники пробился и в голос. — Подключи меня к аппаратуре, она сама все сделает.
— И упустить такой шанс? Ни за что, — Руш поймал меня за руку и потянул на себя, другой рукой возвращая на место маску. — Никогда не думал, что ты становишься такой послушной и пластичной, стоит немного надавить. Или это только мне так повезло?
Метнув в сторону Агента разъяренный взгляд, я медленно поднялась, не стараясь особо сильно сопротивляться. Мне самой хотелось посмотреть, что из этого получится и как отреагирует мое тело на совсем другие, явно не с медицинской направленностью, касания этого мужчины.
— Значит, этот только моя привилегия, — тихо фыркнул Руш, пропуская меня вперед к выходу. — Не передать, насколько меня это радует.
— Еще одно слово, и я передумаю, — тихо предупредила, все же двигаясь в сторону медицинского отсека. Это место казалось мне чуть менее опасным в такой компании, чем собственная каюта.
— Боюсь, я не склонен тебе этого позволить, Кира, — держась в шаге позади, спокойно, без усмешки, отозвался Агент, заставив внутри что-то сладко и немного испуганно вздрогнуть.
Решив оставить все мысли о будущем и о последствиях на потом, я открыла дверь медотсека, надеясь получить если ни не хороший массаж, то хоть порцию тактильного удовольствия, чтобы немного усмирить проснувшиеся, не ко времени, гормоны.
  
Глава 25
 
С одной стороны, мне вроде бы и не к чему было придраться, лужа на животе на кушетке. Руш разминал каждую мышцу, как полагается, заставляя то и дело вздрагивать от легкой мышечной боли. Но с другой, это все же не очень походило на массаж в его привычном понимании. И всему виной было именно отношение и комментарии мужчины, чьи руки, пусть и весьма целеустремленно, но все же блуждали по моему телу.
— Не зажимайся. Мне нужна шея с этой стороны, — тихо, почти воркуя, настаивал Агент, запуская какие-то невероятно длинные пальцы прямо в самую болючую точку. — Сейчас отпустит.
Чувствуя, как кожа согревается под теплыми руками, как начинает реагировать волнами мурашек по телу, благо все же укрытому покрывалом я уже начинала жалеть, что согласилась на подобную авантюру. Но плечи, которые Руш, тихо посмеиваясь с моих подергиваний, промял первыми, на самом деле чувствовали себя не так зажато.
— Где ты научился такому? — мне казалось, что разговор должен отвлечь нас обоих, и сделать ситуацию не такой интимной.
— Хм, — агент хмыкнул, стянув покрывало чуть ниже поясницы, и положив ладонь на жуткий шрам на боку. Большую часть времени красный, он иногда становился даже синим, пугая меня своим неестественным видом. — Много всего прикладного нужно для нормальной работы. Некоторые заявки требуют мастерства гонщика. Другие, как твоя, кое-каких медицинских знаний. Сейчас немного будет щипать. Посмотрим, что я тут могу.
Несколько пальцев едва ощутимо надавило на кожу вокруг шрама. По телу, то ли реагируя на слова Агента, то ли просто от волнения, прошлась волна легкого покалывания.
— Довольно неплохо, — прокомментировал Руш что-то понятное только ему. Ладони пропали, и Агент отошел к стене. — Сосуды вполне восстановились. При таких повреждениях я ждал меньшего прогресса. Впрочем, с ташвой никогда не знаешь, как пойдет. Правда же?
А в тоне такой намек на что-то совсем не связанное, со способностями моего организма к восстановлению, что я предпочла просто помолчать.
Агент вернулся, выдавив из тюбика на ладонь немного остропахнушей мази.
— Согреем еще немного, пусть восстанавливается. Где тебе спина болит сильнее всего?
 
Видеть его без маски мне было все еще непривычно и немного неловко, словно я заглянула в комнату к полуголому мужчине. Но, кажется, он это точно знал и испытывал какое-то определенное удовольствие от моих эмоций, стараясь теперь снять маску каждый раз, стоило нам оказаться одним.
— Кир? Слышишь меня? — проворные пальцы метнулись по бокам вверх, пощекотав чувствительную кожу подмышками. Вздрогнув, пискнув и едва не скатившись с койки, я не сразу даже сообразила, что Руш бессовестно ржет, удерживая меня за бока, и не позволяя окончательно упасть.
— Ну ты и … гаденыш, — все еще кипя от возмущение, выдала я.
— Зато ты, наконец, очнулась от своего смущения. Не думал, что т так сильно боишься щекотки. Ревнивая, а? — мою попытку подняться пресекли, весьма основательно надавив на спину между лопатками. — Ладно-ладно, мы еще не все сделали.
— Но я как-то уже сыта, — возразила для виду, все же возвращаясь на место, и пытаясь расслабиться.
— Обещаю намеренно больше не щекотать, — пробежав пальцами, словно краб, от шеи к крестцу, разминая мышцы вдоль позвоночника, вполне серьезно произнес Агент.
— Ну, если только обещаешь, — чувствуя, как мужчина почти вкручивает палец в мышку с левой стороны поясницы, сипло выдохнула и дернула ногой.
— Не удивительно, что тебя крутит. Тут все зажало, Кира. А знаешь, какой еще действенный способ снятия напряжения в теле?
— Физические упражнения? — жмурясь от странной смеси боли и наступившего потом облегчения, выдала наугад.
— Ну какие тебе упражнения сейчас? Кроме растяжки ничего пока не советовал бы, — фыркну Руш, мелкими движениям пальцев, которые казались сейчас тисками, проходясь по закостенелой мышце. Я и не заметила, когда руки сместились, перейдя на левую сторону тела. — Я о другом. Оргазмы, Кира. Очень рекомендую.
И голос такой отвратительно спокойный, словно мы на самом деле обсуждаем перечень упражнений.
А меня через все тело прошибло волной предвкушения и какой-то надежды. И Руш не мог этого не заметить, удерживая ладони на моей же спине.
Стараясь сделать вид, что ничего не произошло, я громко фыркнула.
— Спасибо за рекомендации, Руш. Я подумаю, что с этим можно сделать, — голос не дрожал, а иронии в нем было предостаточно.
— Э, нет, — Агент осторожно, глубоко проминая мышцы, прошелся с обеих сторон вдоль позвоночника. Кажется, такой формат беседы его не просто забавлял, а очень даже привлекал, — я же только что сказал, что никаких физических нагрузок. Как ты слушала, Кира? Только лежать и получать удовольствие.
— Благодарю сердечно, — начиная тихо хихикать, все же не выдерживая напускной серьезности, ответила, — Но, я не могу взвалить на тебя еще больше ответственности и заботы о моем здоровье.
— Кир, ты, кажется не поняла, — вот теперь, когда смешинки напрочь пропали из голоса Руша, когда в нем появилось это непробиваемое спокойствие, я совсем затихла, — я решил принять на себя все виды ответственности за тебя. И намерен сделать все, чтобы убедить тебя с этим согласиться.
— Руш, это все глупости и мимолетное увлечение, — чувствуя себя неуютно, я вся сжалась. Тонкое покрывало вернулось, накрывая меня по самый затылок. Ладонь мужчины легла сверху, между лопаток, словно напоминая — я тут не одна.
— Кира, за кого ты меня принимаешь? Я не настолько глуп, чтобы не понимать происходящего. Как думаешь, что между нами?
— Влечение? — тихо пискнула, словно только перешла в подростковый возраст. Как-то флиртовать с парнями на работе куда проще, чем вести серьезные разговоры с тем, кто провел столько дней бок о бок, видя не только твое тело, но кажется и душу.
— Лучше помолчи немного, маленькая женщина. Не стоит говорить глупостей, в которые сама не веришь. Ты иногда делаешь меня сердитым, пытаясь делать вид, что ничего не понимаешь. Я знаю, что ты мне не доверяешь, хотя не могу понять причины. Но я готов это принять и подождать, пока ты не убедишься во всем сама. Но, Кира, ты не можешь мне говорить, что я слишком переживаю о твоем состоянии, или забочусь о тебе!