Признания Элли Кэт (ЛП)

— Знаешь, как бы заманчиво это ни звучало, мне, наверное, пора идти. Я хочу просмотреть этот файл сегодня вечером и сделать кое-какие пометки. Но тебе спокойной ночи, и увидимся завтра. Я надеюсь, что твой отек спадет. Честно говоря, это уже выглядит лучше. Этот крем, должно быть, помогает!
Я осторожно дотрагиваюсь до своих щек. Он прав. Кожа стала гораздо более расслабленной, чем была некоторое время назад.
— Ты прав, и спасибо тебе за идею. Я даже не думала об этом. Может быть, тебе следовало стать врачом.
— Ах, но тогда мне пришлось бы весь день видеть голых женщин на работе, знаешь ли — без нижнего белья и прочего. О, подожди! Это происходит со мной и сейчас! — Он смеется, наблюдая за моим лицом. Мое лицо, очевидно, вспыхивает пламенем.
— Я шучу, — говорит он мне. — Я не должен был бы находить это таким смешным, но я ничего не могу с собой поделать. Я надеюсь, ты не сочтешь это неуместным. Ты должна признать, что вся эта ситуация забавна.
Я несчастно киваю.
— Я знаю. Так и есть, — признаю я. — В последнее время, с каждым глупым трюком, который я выкидываю, мне кажется, что я испытываю внетелесный опыт. Как будто я продолжаю наблюдать, как кто-то другой делает все те глупости, которые продолжаю делать я.
Алекс только посмеивается.
— Не беспокойся об этом. У меня был период после развода, когда я тоже немного сошел с ума. Это пройдет, и все снова вернется на круги своя.
Я киваю, потому что знаю, что он прав, но беда в том, что я даже не знаю, что такое норма. Думаю, мне придется найти новую нормальную жизнь. Я провожаю его до двери и благодарю за то, что он пришел забрать папку, и еще раз извиняюсь за то, что испортила ему промежность.
— И твои штаны, — заикаясь, добавляю я.
Он ухмыляется.
— Рад был увидеть тебя сегодня, Элли, — улыбается он. — На самом деле.
И он ушел.
И я успеваю дойти только до своего коридора, как он возвращается, смущенно улыбаясь и просовывая голову в дверь.
— Эм, моя машина не заводится, — говорит он, качая головой. — Я собираюсь вызвать эвакуатор. Тогда ты не возражаешь, если я подожду здесь с тобой?
Я пристально смотрю на него.
— Твоя машина не заводится? На чем, черт возьми, ты ездишь?
Я подхожу к окну и смотрю на свою подъездную дорожку, чтобы увидеть сверкающий черный BMW. Он явно совершенно новый.
— Хм. Что ж, даже самые лучшие вещи ломаются, — говорю я, оборачиваясь. — Конечно, ты можешь подождать здесь. Не хочешь ли выпить сейчас?
Алекс кивает.
— Это было бы здорово.
Он находит по своему телефону компанию, предоставляющую эвакуаторы, и затем звонит им, пока я наливаю ему бокал вина. А потом еще один для себя. Я жестом показываю ему, что сейчас вернусь, и направляюсь в свою спальню, чтобы одеться.
Мне приходится заставлять себя не надевать что-нибудь сексуальное.
Я поражена этой тяге.
Я хочу выглядеть сексуально для своего босса?
Но мой босс потрясающе сексуален, напоминаю я себе.
Поэтому, конечно, я тоже хочу выглядеть сексуально. Вместо этого я натягиваю штаны и футболку, в которых я занимаюсь йогой. Это облегающая футболка с v-образным вырезом, но это все равно футболка. И штаны для йоги действительно хорошо подчеркивают мою задницу, но это все равно штаны для йоги. Я бросаю взгляд в зеркало. Мое лицо выглядит немного лучше, но оно все еще не феноменально. Но, по крайней мере, облик Человека-слона исчез. Это определенно мне не шло.
Когда я возвращаюсь на кухню, Алекс вешает трубку.
— Ты выглядишь лучше, — объявляет он, выглядя во всех отношениях как модель GQ, отворачиваясь от окон и улыбаясь мне.
— Ну, одежда может сделать это с человеком, — отвечаю я. Теперь, когда я улыбаюсь, мое лицо не кажется напряженным из-за припухлости. Это, должен быть, хороший знак.
— Хорошо, — говорю я, оглядывая свою кухню. — Практически единственное, что у меня есть, — это шоколад, попкорн и куча замороженных овощей. Но я проголодалась. Хочешь заказать китайскую еду, пока мы ждем эвакуатор? Они у меня на быстром наборе.
Алекс смеется.
 
— Я так и думал, что твоя кухня слишком чистая, чтобы ею кто-то пользовался. Я люблю китайскую кухню. Я знаю, что сейчас только 5:00, но я пропустил сегодня обед, так как мне пришлось уйти пораньше.
Я пожимаю плечами и тянусь за телефоном.
— Я не такой уж хороший повар, — честно говорю я ему. — Но я могу испечь замороженную пиццу лучше всех. И я отлично умею набирать номер по телефону.
Он снова смеется, когда я заказываю наш ужин. Затем я наливаю нам еще по два бокала вина, и мы устраиваемся во внутреннем дворике ждать.
— Итак, как ты решил перейти в «Zellers»? — спрашиваю я, поддерживая вежливую светскую беседу. Я намеренно не обращаю внимания на то, что его живот плоский, как стиральная доска. Единственная рябь на нем — от мышц. И я практически вижу их сквозь его сшитую на заказ рубашку. Я чувствую горячую вспышку, возникающую от одной только мысли, поэтому не свожу с него глаз.
Он барабанит пальцами по столу во внутреннем дворике, и я смотрю на них. Они длинные и прямые, но в то же время очень мужественные. У него сексуальные руки. Я вздыхаю. Почему они должны быть какими-то другими? Они прикреплены к сексуальному телу.
Сосредоточься, идиотка! Я упрекаю себя. И я снова зацикливаюсь на его глазах.
Что, конечно, не помогает, потому что у него великолепные глаза.
Но я продолжаю смотреть на них и не обращаю внимания на то, как двигаются его полные губы, когда он говорит.
— Ну, один из моих хороших друзей — рекрутер. И когда он увидел эту должность, он подумал, что она идеально подойдет мне. Он знал, что я давно хотел что-то изменить. Я действительно хотел начать все с чистого листа.
Я пристально смотрю на него.
— Ты местный? — спросила я.
— Да, — отвечает Алекс, делая глоток вина. — Но после развода я переехал на другой конец города и как бы изменил свою жизнь во всех отношениях. Я завел несколько хобби, внес кое-какие полезные изменения… что-то в этом роде. Иногда, когда вы женаты, вы забываете расти как личность, потому что вы так сосредоточены на том, чтобы быть частью единого целого.
— Как давно вы развелись? — спрашиваю я с любопытством. По какой-то причине мне пришло в голову, что прошло уже какое-то время.
— Восемнадцать месяцев, — говорит он. — И мне от этого только лучше.
Я делаю глоток вина. Боже, как я люблю вино.
— Что случилось? Почему вы развелись?
— Мы отдалились друг от друга, — пожимает он плечами. — Я думал, что у нас все было в порядке, и, очевидно, с моей женой все было в порядке… но у нее все было в порядке со своим инструктором по теннису. Итак… мы развелись. Я не из тех уродов, которым нравится делить свою жену.
Он криво усмехается, и мне внезапно хочется обнять его. Я, конечно, знаю, каково это, когда тебе изменяют. Но кто в здравом уме стал бы изменять Алексу Харрису?? Святая корова, какой же глупой девчонкой, должно быть, была его бывшая.
— Мой бывший тоже изменял, — говорю я ему. — И это было тяжело. Я имею в виду, что это заставляет тебя переосмыслить все в своей жизни. Но мне тоже от этого лучше.
Он смотрит на меня с выражением полного шока.
— Кто в здравом уме стал бы тебе изменять? — откровенно спрашивает он.
— Это именно то, что я только что думала о тебе! — Признаюсь я. — Я думаю, наши бывшие были просто сумасшедшими. Итак, выпьем за сумасшествие. — Я чокаюсь своим бокалом с его.
Он улыбается.
— Что ж, у сумасшествия действительно есть некоторые преимущества, — говорит он. — Если бы они не сошли с ума, мы бы все еще были привязаны к ним, верно?
Да, я думаю. И я бы не сидела здесь с тобой, практически пуская слюни.
Хорошо. Я должна положить конец такого рода мыслям. Он мой босс. Я не могу связываться с ним. Но я, кажется, не могу убедить свой мозг перестать думать о нем.
Поэтому я делаю единственное, что приходит мне в голову, чтобы остановить безумие… единственное, что может подавить мою ненасытную потребность вести себя с ним как идиотка.