Властелин Безмолвного Королевства

– Да, уже скоро. Верни кольцо и не расставайся с ним.
Сонный Хект вышел на улицу. Один из телохранителей помог ему сесть на лошадь. Начальник охраны смерил Пайпера сердитым взглядом, но не стал отчитывать за то, что вчера тот ускользнул от своих опекунов.
В Кастелле царила суматоха, но Хект даже не обратил на это внимания.
– Вы какой-то задумчивый сегодня, – заметил полковник Смоленс.
– Да уж, это мягко сказано.
– Хотите поговорить?
– Семейные неурядицы.
– Женщины, – протянул Бюль Смоленс, который иногда брал выходной из-за скандалов с женой.
– Точно. – Пусть так и думает. – Что у нас тут?
– Утром пришли дурные вести.
– Хуже обычного?
– Пожалуй. Консент говорит, Доминаг, Стилурия, Вангелис (и не они одни) собираются уклониться от своих обязательств, если мы потребуем у них рекрутов.
– Мы знали, что столкнемся с трудностями в Дромедане и патриарших владениях в Ормьендене. Там сильно влияние еретиков. Доброе утро, брат Седлако.
– Всегда удобно свалить вину на дуалистов, – заметил Клэй Седлако, – но тут дело скорее в глубоком нежелании подчиняться патриарху.
– В каком это смысле?
– В том смысле, что, по их мнению, Безупречный спятил. В том смысле, что мейсальская ересь не настолько их раздражает, чтобы убивать свою же родню и соседей.
– Дело действительно в патриархе, – встрял Титус Консент. – Он всегда делает глупости.
– Что-что? – рявкнул Бронт Донето. – Что ты сказал?
Как это Донето умудрился прокрасться сюда незамеченным?
– Он лишь излагает факты, ваша светлость, – пояснил Хект. – Докладывает, о чем думают люди в патриарших владениях. Да, наверное, не только там, а вообще повсюду.
Благонадежность Седлако, проверенного епископального чалдарянина, Донето подвергать сомнению не стал.
– Сотни епископов и священников каждый день молят Господа, чтобы Он забрал к себе своего непогрешимого слугу, ваша светлость. И это правда. Ничего не изменится только лишь потому, что нам так хочется.
Принципат нахмурился, но промолчал. Он тоже знал, что его родственника с каждым днем недолюбливают все больше.
– Главнокомандующий, следуй за мной.
В Кастелле за Хектом хвостом ходили двое телохранителей: не хотели снова его потерять. Теперь они тоже устремились следом.
– Но его светлости мы же можем доверять, – сказал им Пайпер.
А даже если нет – что толку от простых солдат?
Донето зашагал по коридорам, Хект трусил за ним.
– Они что, все так презирают моего кузена? – спросил принципат. – А ты сам?
– Они – да, почти все. А я стараюсь воздерживаться от суждений. Я и видел-то патриарха всего несколько раз, даже не разговаривал с ним никогда.
– Поторопись, у нас мало времени.
– Я все еще не оправился от того взрыва.
Донето направился в ту часть Кастеллы, где Хект еще не бывал. Они спустились вниз и прошли по коридорам, в которые, очевидно, редко кто заглядывал. Там было очень холодно и сыро, а кромешную темноту рассеивал лишь тусклый свет глиняных фонарей.
– Не самое приятное место, – сказал Донето. – Словно вот-вот столкнешься с Минотавром или другим чудовищем из древних мифов.
– Или со всеми Орудиями Ночи разом, – пропыхтел Хект. – Куда мы идем?
– В Кройс.
Больше Пайпер ни о чем не спрашивал, но ни на секунду не выпускал принципата из виду. Хотя вряд ли тот решит учинить какую-нибудь пакость. Не здесь и не сейчас.
Снова его занесло в подземелья, на этот раз под Терагаем. Хект представил, сколько сейчас над ними воды, и раскис.
– Жутковато, да? – спросил Донето, ставя ногу на первую ступеньку длинной лестницы.
Лестница эта закручивалась наверх и вправо – не как в обычных крепостях. Значит, строители предполагали, что по ней придется скорее отступать в подземелья, чем подниматься.
Хект почти всегда и на все смотрел глазами солдата. Если перед ним был холм, он не мог просто любоваться пейзажем – его ум тут же начинал вычислять, как на этом холме обороняться, как ловчее напасть. Точно так же он всегда оценивал и здания – как внутри, так и снаружи. Вот и замок Кройс, хоть и стоял на острове и считался неприступным, оказывается, был уязвим из-за подземелья.
 
Вслух этого Пайпер не сказал.
Их встретили часовые: двое патриарших телохранителей поджидали возле арки, которая венчала лестницу. За аркой располагалась укромная ниша. Телохранителей Безупречного Хект уважал: они хорошо сражались во время набега кальзирских пиратов на Брот.
Принципата Донето ждали: его поприветствовали по имени, но все равно обыскали. Главнокомандующего обыскали еще более тщательно. Тем временем к арке подошли еще несколько гвардейцев. Как и когда их успели позвать, осталось для Пайпера загадкой.
У Хекта с собой был лишь шестнадцатидюймовый кинжал, но его отбирать не стали.
– И зачем же тогда обыск? – спросил Пайпер у Донето, когда они уже шли вслед за своими провожатыми по замку.
– Чтобы проверить, нет ли у нас с собой зловредных штучек, осененных Ночью.
Хект почесал левое запястье. Амулет не заметили.
Эр-Рашаль аль-Дулкварнен действительно был искусным магом.
Вид патриарха поразил Хекта. Казалось, Гонарио Бенедокто, получивший после своего избрания имя Безупречный V, страдает от изнурительной болезни. Смертельно бледный, он был весь в поту и трясся как в лихорадке. Одежду патриарх, очевидно, не менял уже несколько дней. От него исходил омерзительный запах. Но его приспешникам, по всей видимости, не было дела, в каком состоянии находится их патрон.
Хект видел главу церкви несколько раз и даже как-то обменялся с ним приветствием. Но тот, кто сейчас предстал перед ним, был лишь тенью былого Гонарио Бенедокто.
Патриарх умирает?
Хект опустился на колени и коснулся лбом холодного каменного пола. Донето еще по дороге объяснил ему, что следует делать. Почти так же обычно приветствовали каифа Аль-Минфета. Донето проделал все то же, хоть и более сдержанно.
Вокруг патриарха, словно мухи вокруг коровьей лепешки, кружили приближенные. Никого из них главнокомандующий не знал.
– Встань, – повелительно произнес Безупречный. – Мне сегодня нехорошо. Не желаю тратить время на глупости.
Назойливые мухи изумились, кружение прекратилось.
– К вашим услугам, ваше святейшество, – сказал Хект, вставая на ноги, но головы не поднял.
– Ты сможешь это сделать?
– Что, ваше святейшество?
– Очисти Коннек. Избавь меня от этой чумы – от еретиков, величающих себя ищущими свет. Я страдаю, я словно в аду, не могу спать, меня постоянно выворачивает. А эти старые наседки лишь кудахчут, докучают мне… Пора выполнить волю Господа.
Он содрогнулся, будто от внезапного приступа озноба.
Все еще не поднимая глаз, Хект осенил себя знамением и ответил:
– Воля Господа будет исполнена.
Безупречный проковылял пару шагов и уселся в массивное кресло, которое словно бы заглотило его. Титул не добавил ему величественности.
Ненадолго воцарилась тишина.
– Эй вы! – закричал вдруг Безупречный. – Оставьте нас! Все вон! Желаю побеседовать с главнокомандующим наедине.
Свита патриарха и принципат Донето дружно возмутились.
– Оставьте нас! – У Безупречного был хриплый визгливый голос, как у шлюхи, которая возмущается, что ей не заплатили.
Все вышли, последним – Бронт Донето. В дверях он смерил Хекта своим самым суровым взглядом.
– Не хотят оставлять меня одного, – пояснил патриарх.
Хект кивнул. Понятное дело.
– Боятся, что какая-нибудь не получившая их одобрения мысль просочится от тебя ко мне.
– О чем вы хотели мне сказать, ваше святейшество?
– Забудь про мой титул. Пусть на несколько минут я стану для тебя просто Гонарио Бенедокто. Расскажи, что ты на самом деле думаешь о священном походе против коннекских еретиков. Твой патриарх готов его объявить.
Ну конечно. Вот сейчас они с патриархом, словно солдаты на привале, перемывающие косточки офицерам, начнут трепать языком. Все это Хект уже проходил. Дружба закончится ровно в тот момент, когда он скажет правду.