Властелин Безмолвного Королевства

– Это безнадежно! – пожаловалась Анна. – Фреки от меня уйдет.
Фреки Благови служила в доме приходящей горничной. Она была беженкой и находилась в отчаянном положении, поэтому не ушла бы от Анны ни за что.
– Как буду в банях, поговорю с Геррин и Юной.
– Вот уж нет. Еще не хватало, чтобы ты привел в мой дом своих девушек для забав.
Хект радостно уцепился за эту возможность и принялся спорить. Так можно было отвлечь Анну от мыслей о Хагиде.
Главнокомандующего редко оставляли одного. Особенно после недавних покушений. Хект хотел выбраться в вечный город, затеряться среди всеобщей суматохи, незаметно навестить дринджерийское посольство или убежище шпиона из каифата Аль-Минфета, но ему это так и не удалось.
– Ты и этот труп велел забрать? – спросил принципат Делари.
– Да, ваша милость. Подумал, вы захотите его осмотреть.
– У нас уже набралась целая коллекция. Хотя тех, с ночной засады, начали раздавать родне. За ними пришли родственники. А вот тех, кто напал на тебя, пришлось похоронить. Их никто не хватился.
– Трупы с ночной засады опознали? – удивился Хект.
– Сплошь жители Брота. Обозлившиеся на жизнь. Решили показать, почем фунт лиха, тому, кто оказался у власти именно в тот момент, когда жизнь их обозлила. Если ты понимаешь, о чем я.
Хект не понимал.
– У нас тут бунтарские настроения. Но пока никто из официальных лиц не обратил на это внимания.
Это Хект вполне понимал.
– Дэвы не потрудились нас предупредить?
– Скажем так: человек моего положения не может искренне верить в благие намерения тех, кто поклоняется ложным богам.
Хект подумал, не напомнить ли принципату об исторических фактах: Аарон Чалдарянский никогда не утверждал, что его бог чем-то отличается от дэвского бога. А вот от позднейшего епископального бога он отличался, и весьма.
– Были ли среди убитых дэвы?
– Нет. В основном безработные епископальные чалдаряне. По словам родственников, они спелись с теми, кто винит во всех несчастьях Безупречного.
– Интересно. И это после того, как им столетиями внушали, что патриарх непогрешим. Это какой-то большой заговор?
– Да, мне кажется, эта засада лишь часть плана. Но ее устраивали наспех, тяп-ляп – просто кучка пьяниц подначивала друг друга в кабаке. Они не собирались доводить до смертоубийства. И не довели бы, не вмешайся Братство Войны.
– Да, эти не терпят полумер. У них все либо черное, либо белое.
– Люди определенного типа во всем бросаются в крайности. И обычно естественным образом рано или поздно вступают в Братство.
Дальше разбираться с телами пришлось Пинкусу Горту. Родственников погибших арестовывать он не стал – надеялся вызнать про их связи.
– Может, это Пинкус все устроил, чтобы не вылететь со службы. Нет, ваша милость, я шучу. Но пять кланов, похоже, больше не видят особого смысла в городском полке.
– А-а. Мне порой трудно понять, когда ты шутишь.
– Вы такой не один, ваша милость.
– Да. Итак, взглянем на тело.
Делари что-то бормотал себе под нос. Хект постарался не путаться у старика под ногами. Он опасался, что принципат определит, откуда родом был погибший.
– Вероятно, кальзирец, – заключил Делари. – Определенно, праманин. Впрочем, его единственный и истинный Бог не защитил его от этого чудовища.
– О чем вы, ваша милость?
– Пайпер, у нас неприятности. Я о таком раньше только читал.
– Что случилось, ваша милость?
– Здесь некромант – волшебник, который убивает людей ради своего колдовства. И он швырнул нам этот труп прямо в лицо. Бросает вызов, хочет, чтобы мы начали охоту. Наверное, хочет выманить.
– Неужели?
Хект не хотел в это верить. Фиральдию давно обжили. Подобные фокусы не случались со времен зловещих императоров Древнего Брота, которые любили потешить свое самолюбие.
– Если какой-то выродок сотворил такое ради своего колдовства, не бродят ли теперь по городу могучие создания Ночи, с которыми не так-то просто покончить?
– Именно. Нужно было это предвидеть. Возможно, назревают серьезные трудности.
 
– Что я могу сделать?
Они как раз шли к покоям Делари.
– Ничего. Сделай вид, что ничего не заметил. Если это чудовище решит, что мы не обратили внимания, то потеряет бдительность.
– Хорошо.
– Ты, похоже, испугался.
– Верно. В таких делах у меня опыта нет. Я и вообразить не могу, чем это чревато.
– Вообрази самое страшное. Ужас и безумие ждут нас.
– Что вы хотите сказать, ваша милость?
– Мне вроде как знать не положено. Дружки Безупречного держат меня за такого же древнего старика, как Хьюго Монгоз. И совершенно не понимают, что Монгоз совсем не тот, кем кажется.
Хект нетерпеливо дернулся, и Делари улыбнулся.
– Придется тебе сначала выслушать небольшую лекцию, а уж потом я перейду к плохим новостям.
Пайпер сделал каменное лицо. Пусть принципат распинается сколько угодно, раз на него нашла охота.
– Ладно, Пайпер, на меч бросаться еще рано – буду немногословен. Здесь, во дворце Чиаро, мы не просто делимся на сторонников и противников Бенедокто, стараясь примкнуть к победителю, – мы также образуем союзы, исходя из способностей каждого управлять Орудиями Ночи. И желания такие способности применять. Например, мы с Донето расходимся в отношении полоумных амбиций Безупречного, но синхронно стараемся обуздать силы коллегии.
– Я так и думал. Слишком уж мало вы с принципатом Донето цапаетесь.
– Хорошо, – улыбнулся старик. – Ладно, ты не спрашиваешь, так вот тебе новости: Безупречный все-таки желает покарать герцога Джерму фон Дрессера и Кларенцу. Прослышал, что Лотарь болен и вряд ли оправится, а имперцев сейчас занимает лишь вопрос престолонаследия.
Хект не стал говорить, что думает по этому поводу. Даже принципат Делари серьезно недооценивал имперцев. Кроме Пинкуса Горта, никто, насколько было известно Пайперу, не принимал Ферриса Ренфрау всерьез. В случае Делари все ясно: ему на ухо ведь нашептывал всякую чушь Оса Стил. А еще мальчишка мгновенно сообщал хозяевам обо всем, что узнавал старик.
Значит, Феррис Ренфрау узнает о замысле Безупречного еще до того, как о походе на Кларенцу объявят официально.
– Стоит ли мне спорить и выступать против этой идиотской затеи?
– Чем больше с Безупречным споришь, тем больше он упрямится.
– Да, знавал я таких. Взять хоть сестру… Что такое, ваша милость?
– Ты о чем? А, ничего-ничего. Я просто удивился. Ты никогда не рассказывал о родных.
– Редко о них думаю. А если и вспоминаю, то лишь в присутствии тех, кому по-настоящему доверяю.
Пайпер надеялся, что его слова прозвучали достаточно расплывчато. Он не осмеливался показать свое истинное лицо.
Они добрались до принципатовых покоев.
– Тебе пора на службу, – сказал старик, ступив одной ногой на порог. – Приказы доставят утром. А я поразузнаю насчет этого некроманта.
Хект краем глаза заметил Осу Стила. Мальчишка обладал поразительным талантом прятаться по темным углам. Если в комнате висел гобелен, то за ним запросто мог оказаться Оса Стил.
– Не списывайте Лотаря со счетов, – сказал на прощание Хект. – Ему постоянно нездоровится. Но он всегда справляется с болезнью.
Делари нахмурился. Подобное слышать ему хотелось не больше, чем Безупречному. Хотя, возможно, по совершенно иным причинам.
На Пинкуса Горта Хект наткнулся прямо во дворце.
– Вижу, ты уже слышал, – поприветствовал его Горт. – Мой начальничек обязательно бы спросил откуда.
– А ты сам как узнал? – спросил Пайпер, не уточняя, о чем идет речь.
– Мой начальничек – приятель твоего начальничка. А у меня есть приятели, которые держат ушки на макушке, когда он что-нибудь говорит. Он, знаешь ли, сам с собой разговаривает, когда думает, что один.
– Главное, чтобы сам себе отвечать не начал.
– Так он начал. Ей-ей. Жутковатое зрелище.