Властелин Безмолвного Королевства

– Зачем оправдываться? Не вижу в этой привычке ничего дурного.
– Ты прямо как наш принципат. Эй! Парень! Пеллапронт, как поживает Альма?
Мальчишка замер и в изумлении вытаращился на Горта:
– Что, ваша честь?
– Да ничего. Ты иди-иди. Лучше с мощеных улиц не сворачивать. Пусть даже так дольше идти придется. – Горт повернулся к Хекту: – «Баллада об Ихрейне» – это такая длиннющая комическая поэма. Главный герой отправляется в Святые Земли. Но только во сне. А проводником у него призрак, который ни разу не называет своего настоящего имени.
– Понимаю, почему тебе так понравилось, знакомый сюжет, – хмыкнул Хект, тревожно оглядывая окрестности.
Сонса сильно изменилась. На улицах было полно мрачных типов, которые били баклуши и явно винили во всех своих бедах кого-то другого.
– Всем нам знакомый. Так вот, призрак этот называется разными именами, и все это имена богов, так или иначе связанных с Кладезями Ихрейна. Сплошное богохульство. В конце поэмы герой, которого зовут так же, как и самого поэта, крутит шашни с одной шлюшкой, а потом оказывается, что это его сестра Альма. Очень забавно. Церковь «Балладу об Ихрейне» запретила. Хотя кто на это смотрит? Разве что жители Брота. Принципат Донето сказал, во всем городе, наверное, наберется только четыре или пять экземпляров. Но балладу эту хорошо знают на севере. Да и здесь, как я вижу.
– Думаю, мы почти пришли.
– Держи ушки на макушке. Здесь могут начаться приключения.
Пелла чуть умерил шаг, и они его нагнали.
– Ваша честь и ваша честь, вот она – улица Карагез. Пересекает нашу. Но ни про какие «Десять галлонов» я не слышал.
– Расспроси местных, – велел Хект.
– Бегу, ваша честь. А почему вы спрашивали про Альму, ваша честь?
– Да нипочему. Есть такая поэма, а главный герой там Пеллапронт Версулиус. И у него есть сестра по имени Альма.
Мальчишка аж задохнулся от удивления.
– Вот дерьмо! – выругался Горт. – У тебя и правда есть сестра по имени Альма?
Пелла кивнул. Он был очень худым и слишком щуплым для своего возраста, глаза на осунувшемся лице казались неестественно большими.
– Разузнай про «Десять галлонов».
– Чертовщина какая-то, – сказал Горт, когда парнишка отбежал подальше.
– Странно, да, – согласился Пайпер. – Но нам некогда разбираться с этими загадками.
– Точно. Эй, смотри, кто-то ему подсказал дорогу.
– Хорошо. А то уже ночь скоро. Нужно убираться с улицы.
– Ваша честь и ваша честь, – сообщил им вернувшийся Пелла, – вы неправильно расслышали. На самом деле место называется «Десять галеонов».
– Тогда понятно, почему мы ошиблись. Идем.
– Моя сестра меньше бы взяла.
Пайпер вспомнил, как на причале мальчишка предлагал услуги своей сестры.
– Вот тебе и еще одна цитата из поэмы, – сказал он Горту. – Я так понимаю, «Десять галеонов» – это бордель.
Пелла кивнул: он явно не сомневался, что его подопечные твердо знали, куда шли.
– В интересных местах обретается наш общий друг, – заметил Горт.
– Да уж.
Члены Братства Войны давали обет безбрачия, как и менее воинственные священники. Вот только, в отличие от последних, обет этот старались соблюдать. Все до единого. Из-за чего между ними и другими представителями церкви неустанно случались раздоры.
– С твоей сестрой потом разберемся, – сказал мальчишке Пайпер. – Нам нужно повидаться с мужчиной, который живет в «Десяти галеонах».
– Да неужели? Он, верно, евнух, ваша честь.
– Показывай дорогу.
И Пелла привел их к нужному дому. Горт дал ему монетку и велел подождать:
– Мы там ненадолго. Потом ты нам снова понадобишься. – Уже на крыльце он спросил Пайпера: – Мы же правда ненадолго? Тебе же не дали каких-нибудь особых указаний?
– Просто нужно отдать кошель человеку по имени Бьемонд, сказав при этом пароль и получив точные отзывы.
– Как выглядит этот Бьемонд?
– В высоту шесть с половиной футов, в ширину почти столько же. На лице огромный шрам. Да еще на щеке родимое пятно винного цвета – спускается на шею и дальше, под воротник.
– Красавчик какой. Добрый вечер, господин, – обратился Горт к типу, который открыл на стук.
 
– Мы из Гебера, – назвал Хект первую часть пароля.
– Поздравляю, недоумки. Монеты есть?
В отзыве такое не значилось.
– Подвинься-ка, Крошка, – послышался откуда-то из-за спины громилы тоненький голосок.
Тот подвинулся. На порог вышла действительно крохотная старушенция, судя по цвету кожи – явно уроженка востока.
– Откуда вы? – Говорила она на безупречном фиральдийском с легким сонсианским акцентом.
Видимо, беженка-чалдарянка из каифата Каср-аль-Зеда. В разных уголках Обители Мира жило бесчисленное количество чалдарян неепископального толка.
– Из Гебера.
– Добро пожаловать, земляки. Заходите. Что-нибудь выпьете?
– Кофе было бы неплохо. – Все это были пароли, и старушка называла нужные отзывы, хоть и не совсем в том порядке.
– На кофе у нас больше денег нет. Дела идут худо.
– Жаль. – Да, правильно, любой соглядатай ничего особенного в этих словах не заподозрит. – Тогда подайте, что есть.
– Вина бы неплохо, – протянул Горт.
Хект нахмурился: слишком уж Пинкус усердствует с вином. Но лучше ему не выговаривать, ведь все жители запада пьют вино, многие без меры, можно навлечь на себя подозрение.
– Здесь ли мой двоюродный брат Бьемонд? – спросил у старушки Хект. – Дядюшка просил передать ему подарок на день рождения.
Крошка просительно вытянул руку.
– Иди-ка разбуди его, – велела старушка, а сама смерила гостей внимательным взглядом. – Наконец-то выучились походить на обычных людей.
Хект ничего не понял.
– Талант, – отозвался Горт. – С этим рождаются. Либо дано, либо не дано. Мы с Мэтом этим талантом наделены. Мэт на самом деле когда-то и правда был из обычных людей.
В комнату, покачиваясь и на ходу протирая глаза, вошел огромный грязный детина. На нем не было рубашки, и видно было, что родимое пятно винного цвета спускается по груди до самого сердца.
– Братец Бьемонд успел сильно поправиться с нашей последней встречи.
Хект нервно усмехнулся, ведь Горт, сам того не зная, сказал правду: детина действительно растолстел с их последней встречи. Хект видел его в Ранче на сонсианском постоялом дворе. Только вот шрама у него не было. А пятно родимое Хект не разглядел тогда в полумраке коридора. И звали великана не Бьемонд, а Гойдар.
Детина, явно подвыпивший, прищурившись, поглядел на Пайпера:
– Я тебя где-то видел.
– Я твой двоюродный брат Мэтис. Мэт. Привез подарок на день рождения от твоего отца. Хотел его передать. Мы спешим. У нас еще другие дела.
Упоминание о подарке рассеяло клубившийся в голове у верзилы туман.
– Папочка все-таки вспомнил? А я-то уж заволновался. С вами никакой беды не приключилось? На улицах?
– Нет, – озадаченно отозвался Хект. – Мы наняли на пристани мальчишку-проводника, он нас сюда и привел. – Он махнул рукой на лежавшие возле порога дорожные мешки. – Город словно вымер.
– На отряды трех кланов не натыкались? – продолжал расспрашивать толстяк.
– Нет.
– Еще наткнетесь. Уже, наверное, слухи пошли об иноземцах. Скоро их раздуют и станут болтать про приезжих шпионов из Братства или дэвов. Очень уж местным не терпится хоть с кем-нибудь поквитаться. Сонса умирает, и они хотят свалить вину на нас. Не на поганых дэвов, заметь. Эй, им понадобятся подорожные. Хорошие подорожные. Братья, если вас остановят, забудьте о своей чести. Просто покажите подорожные, и все. Делайте, что скажут. Не дайте повода себя раздеть. Иначе вас мало того что оберут да поколотят – обязательно что похуже учинят. На прошлой неделе тут убили дэва. А он был под защитой дона Альсано.
– Мэт, – сладким голосом проворковал Горт, – напомни, почему это я за тобой сюда потащился?
– По глупости?
– Ага. Точно.
– Глупца уму-разуму не научишь, – выдал вдруг нечто осмысленное Крошка, видимо первый и последний раз в жизни.