Лекарство от мести (СИ)
Майкл не успел договорить: Чарли дала ему пощёчину. То ли акустика в коридоре была хорошая, то ли и правда она ударила так сильно, но хлопок был слышен в конце коридора. Джунг прикрыла глаза от звука. Грейс и Эдвард стояли рядом. Майкл провёл языком по ссадине в уголке губ. Шарлотта же смотрела на него испепеляющим взглядом. Если бы она и правда могла, то, пожалуй, спалила бы его живьём.
— Ненавижу тебя, Морган.
Он отошёл от неё и поспешил выйти из здания, толкнув в плечо Эда. Чарли поспешила за ним, но Джунг перегородила ей дорогу.
— Дай ему время. Нужно всё переварить, — сухо сказала она. Шарлотта сделала шаг.
— Нам всем нужно это переварить. — Грейс взяла Джунг за плечи и развернула её. — Все прекрасно понимают, для чего это было сделано, но не требуй от нас ласковых объятий и щенячьих восторгов. Пока, Чаки.
Она пошла к выходу за Джунг, а Эдвард шёл следом за ней. Чарли прикрыла глаза и с горечью выдохнула. Конечно, она не надеялась, что все будут вести себя так, словно ничего не произошло, однако всё равно было больно. Коди подошёл сзади, а Шарлотта развернулась к нему и уткнулась в грудь, горького заплакав… Он зло смотрел на входную дверь, поглаживая Чарли по спине.
Уже на парковке Майкл сел в машину и приложил прохладную влажную салфетку к щеке: та ужасно горела. Посмотрев в зеркало, он усмехнулся… Неплохо она приложила.
— Майк. — Коди подошёл к машине. — Майк, открой окно, пожалуйста.
— Пошёл к чёрту, Уильямс! — прокричал Майкл, заблокировав дверь. — Мне нечего тебе сказать.
— Ну раз нечего сказать, тогда слушай! — Коди кричал в ответ: разговаривать нормально сквозь закрытое окно было довольно трудно. — Ты не имел право срываться на неё! Она — такая же жертва обстоятельств! И если бы я не знал, как тебе больно сейчас, я бы прострелил твою тупую башку, О’Коннор!
— Давай! — Майкл выскочил из машины, заставив Коди отойти. — Давай! — Он толкнул его в грудь. — Давай! Стреляй!
— Дурак ты, Майк… — Коди разочаровано усмехнулся и опустил голову. — Ты даже не представляешь, как тяжело и больно было ей. Да и сейчас ей не легче. Ты повёл себя как кретин! — Он ткнул пальцем ему в грудь. — Мы все прекрасно понимаем твои чувства, но и её чувства тоже имеют право на место под солнцем. Клянусь, Майк, если бы я не знал, каково тебе, я бы тебя ударил.
Коди отошёл от него и направился к своей машине. Майкл же смотрел ему в спину до тех пор, пока тот не скрылся за поворотом.
***
Майк прожигал взглядом телефон. Он отшвырнул его подальше, словно это поможет избавиться от маниакального желания позвонить. Чарли сделала свой выбор! Она сама решила, что ему не место в её «новой» жизни! Однако глаза то и дело смотрели на телефон. Майкл выдохнул и глотнул пиво из бутылки.
Сопение рядом заставило обратить на себя внимание: Николас лежал рядом на диване и спал вот уже около часа, подперев ладошкой щеку. Майкл улыбнулся и убрал челку с его лба.
Сегодня он, Николас и мать будут ночевать в явочной квартире. Хотя в этой квартире они находятся последние две недели: с тех пор, как Майк заметил двоих подозрительных людей у дома. Конечно, он предполагал, что Солофф захочет надавить на него, угрожая Нику или Клариссе, поэтому эта квартира готовилась с тех пор, как прошли похороны.
Похороны…
Майкл разочарованно усмехнулся. Почему-то сейчас ему всё казалось пустым и неважным. Особенно его траур стал наигранным и искусственным. Даже чем-то нелепым… Смог бы Майкл поступить так же? На самом деле, эта мысль терзала его целый день. Что бы сделал он, будь на месте Шарлотты?..
Он снова посмотрел на Николаса и понял, что готов раствориться в воздухе, лишь бы сыну ничего не угрожало. Готов умирать хоть сотню раз, только бы Ники оставался цел и невредим…
Признаваться в таком тяжело. Даже самому себе. А тяжелее было признать то, что он сделал всё, чтобы втоптать в грязь женщину, которую любил, да и любит до сих пор. Её появление только доказало, что он очень… очень скучал по ней.
На самом деле, Майк пожалел о своих ужасных словах в ту же секунду, как они слетели с губ. Как бы то ни было, Чарли не заслужила. Он корил себя за несдержанность.
Но как можно вернуть всё назад? Точка невозврата уже пройдена. Она переступила черту. Да и он тоже…
Майкл аккуратно поднял Николаса и отнёс в комнату, где спала Кларисса. А сам схватил ветровку и вышел. Предупредив агентов, что отъедет на пару часов, Майкл сел в машину. Однако тронуться с места не решался: за эти пару минут от квартиры до машины смелости-то поубавилось. Он закурил сигарету, словно это поможет принять верное решение и всё взвесить (хотя, к слову, одна сигаретка может помочь вернуть баланс).
Докурив, Майк поехал в сторону явочной квартиры, где находилась Шарлотта: сегодня ближе к вечеру ему пришло письмо с информацией о месте нахождения и о том, кто допущен к посещению. Пожалуй, именно это и сбивало его с толку: не знай он, где она находится, рьяного желания выяснить отношения у него бы не было. Да и сказанное Коди тоже повлияло.
Показав маршалам документы, Майк прошёл по коридору и остановился у двери. Он шумно выдохнул, но всё же постучал. Шарлотта открыла почти сразу. Она была так удивлена, что не понимала, что нужно сделать.
— Майк? — спросила она, громко сглотнув молочный коктейль. — Ой, извини. — Чарли отошла от прохода, шире открывая дверь. — Проходи.
Майкл неуверенно вошёл и огляделся. Довольно простенькая квартирка с минимальным количеством мебели. Хотя для Шарлотты это не так важно: её квартира была обставлена примерно так же. Разве что мебель и ремонт были дороже.
— Выпьешь чего-нибудь? — спросила Чарли. Майкл отрицательно мотнул головой, продолжая осматриваться. — А я, пожалуй, выпью…
Шарлотта резко схватила бутылку скотча и плеснула в стакан. Пришёл… Он пришёл! Для неё это было уже большим и важным прорывом. Откровенно говоря, она даже и не предполагала, что он придёт уже сегодня. Особенно после того, что наговорил ей в суде…
Было ли ей обидно? До слёз обидно. Однако Чарли понимала его вспыльчивость, во всяком случае, старалась понять. Она отхлебнула из стакана и сморщилась.
— Давно ли ты перешла на виски? — спросил Майкл. — Ты же крепче вина ничего не пьёшь.
— Тебе напомнить, как я глотала текилу на дне рождения Джунг? — Шарлотта нервно усмехнулась и допила залпом.
— Не стоит. — Майк усмехнулся в ответ. — Как ранение?
— Мне повезло. — Чарли отставила стакан и села в кресло. — Повезло, что Элиас — хреновый стрелок. Пуля не задела ни лопатку, ни позвоночник.
— Это хорошо…
— Как твоё ранение? — спросила она.
— Тоже везение…
Оба замолчали. Разговор явно не клеился. Оба не понимали, как начать диалог, чтобы разрешить эту ситуацию и прийти к хоть какому-то решению. Шарлотта уже хотела было спросить, как Николас, но поняла, что не имеет права спрашивать, по крайней мере, сейчас.
Майкл же не понимал, как начать разговор, чтобы извиниться за свои слова. Обычное «прости» тут не подходило, однако на ум больше ничего не пришло. Он смотрел на неё и не понимал, как за эти пару месяцев она успела измениться: пропала смешинка в глазах и потускнел взгляд. Будто пропало желание жить.
— Почему ты так смотришь на меня? — тихо спросила Чарли.
— Как? — прохрипел Майкл
— Как будто совсем не узнаёшь меня. — Шарлотта то смотрела на Майка, то отводила взгляд.
— А я и не узнаю тебя, Чаки. — Майк придвинулся чуть ближе к креслу. — Почему ты ничего не сказала? Почему не предупредила? Почему не дала шанс защитить тебя?
— Так получилось… — Чарли виновато опустила глаза, ковыряя кожу вокруг пальцев.
— Получилось? — сорвался Майкл, а Шарлотта вздрогнула. — Так получилось?! Ты считаешь, что я заслужил всё это? Я чуть с ума не сошёл от горя, Чарли!
— Ты же знаешь…
— Что я знаю? Объясни мне, почему ты так поступила?
— Просто, увидев тебя, я бы не смогла принять такое решение. — Шарлотта выдохнула и прикрыла ладонями глаза, чтобы не заплакать. — Я даже позвонить боялась! Боялась, что передумаю! — Она вскочила с кресла и прошлась по комнате. — Что мне тебе сказать, Майк? Что ты хочешь услышать? Что я жалею? Так я тебя разочарую! — Чарли всплеснула руками. — Я бы повторила это ещё раз, угрожай вам опасность! Не тебе одному было плохо, Майк! Мне каково было пойти на такое? Ты не подумал? — Поток слов прорвался с такой силой, что она даже не чувствовала, что плачет. — Как бы это пафосно и громко ни звучало, но я умирала, Майк! Умирала каждый чёртов день!