Лекарство от мести (СИ)

— Она… мертва?.. — Чарли закусила губу и вопросительно вскинула бровь.
— Ну это я и так знаю. — Рей понял намёк и глубоко вздохнул, взглядом требуя продолжения.
— Я её убила. — Было видно, что Шарлотте очень тяжело даются эти слова. И не потому что не хотелось признаваться, а потому что убийство — это всегда тяжело, даже несмотря на то, что она защищалась.
— И-и-и?.. — Дойл начинал злиться. — Мне из тебя клещами всё вытягивать? Как она умерла? При каких обстоятельствах? Что этому поспособствовало?
Чарли растерялась. Конечно, она понимала, что избежать этих вопросов не получится, но не думала, что придётся отвечать прямо сейчас. Хотя кого она обманывает: подобные вопросы задаются сразу, по горячим следам, когда воспоминания ещё яркие и чёткие. Но что сказать? Сказать правду? Сказать, что она прямо жаждала её убить? Сказать, что даже и не думала оставлять её в живых? Шарлотта не узнавала саму себя: сегодня она почувствовала внутри себя неконтролируемую агрессию. И если на протяжении шести лет убить виновных в смерти отца она воспринимала как нечто абстрактное, далёкое и «а что будет, если?», то сегодня она боролась не за свою жизнь. Боролась, чтобы убить и отомстить.
— Это была чистая самооборона, Рей, — вступился Стивен. Он видел, что Чарли буквально потерялась. Нужно было как-то спасать ситуацию и Шарлотту. Рейнольд с недоверием перевёл взгляд, требуя подробностей. — Джонсон намеревалась убить её. Она уже взвела курок, как Чарли кинулась на неё, отбросив пистолет. Завязалась драка. Морган, прости, но ты явно уступала ей. Естественно сказывалась усталость и пытки, которые применялись ранее. — Он рассказывал всё чётко, спокойно и последовательно. — Когда Джонсон топила её в какой-то ёмкости с водой, у Шарлотты не было возможности отбиваться. Под руку попалась сломанная ножка из-под стула, который Чарли разбила о спину этой стервы. Судя по замаху, Чарли не хотела её убивать, а лишь хотела ударить. Отбиваясь, Шарлотта воткнула в неё эту деревяшку, и только потому что Максин сама ринулась на неё.
— Ну, хорошо! Тогда почему есть ещё выстрел в грудную клетку? — Что-то в голове Рейнольда не сходилось.
— Это моя вина. — Стивен с вызовом смотрел на Рея. — Мне показалось, что у Джонсон спрятан ещё один ствол. Я испугался и закричал. Чарли среагировала. Пистолета не оказалось, к сожалению.
Он солгал. Однако ему поверили. Поверили все, кроме Рейнольда. Ему было очевидно, что тот прикрывает Шарлотту и врёт намеренно. Но решил разобраться в этом немного позже. Как бы ему ни хотелось сделать это сейчас, они заслужили отдых и поддержку. Однако он всё же повернулся к Шарлотте и выжидающе наклонил голову, требуя опровержения или подтверждения слов Стивена.
— Да. — Чарли сглотнула, но гордо вздёрнула подбородок. — Так и было.
Как и Стив, она соврала. Но не потому что хотела выкрутиться. Соврала, потому что правдой она бы подставила Стивена. Он и так и сильно пострадал из-за неё. Не хватало ещё, чтобы пострадал и сейчас.
— Ладно, — Рей сузил глаза и хлопнул ладонями по коленям, встав с подоконника. — Пожалуй, нам всем пора. Но мы ещё вернёмся к этому разговору.
Чарли кивнула и обняла его. Каждый по очереди подходил к кровати и обнимал её, желая скорейшего выздоровления и возвращения в команду. А вот Шарлотта сомневалась, что хочет вернуться. Во всяком случае, сейчас она чувствовала, что не готова. Хотя не то чтобы не готова, просто не понимала, хочет ли продолжать работать в ФБР. Пусть дело ещё не закрыто, тем не менее убийца отца найден — а это то, ради чего она вообще пошла в бюро.
— Грейс позвонит тебе попозже. — Эдвард поцеловал её в щёку, заставив отвлечься от мыслей. — Уже у входа в больницу её вызвали на какое-то дело. Кстати, — он поставил пакет на тумбу, — Грейси передала тебе вещи, чтобы ты могла переодеться.
— Боже, спасибо! — Чарли крепко обняла Эдварда.
— Давай, детка, приходи в себя и возвращайся. — Эд отстранился и коротко улыбнулся. — Без тебя будет уже не то.
Все выходили из палаты по очереди. Последним был Стивен. Чарли окликнула его и прошептала «спасибо». Стив ухмыльнулся и кивнул, а потом вышел, закрыв за собой дверь.
 
— Тебе тоже пора, Майк. — Чарли гладила его по руке. Несмотря на то, что она внутренне боролась со своими чувствами и желанием остаться одной, отпускать его не хотелось, но и ему нужен отдых.
— Не хочу оставлять тебя сейчас. — Майкл пересел на край кровати и потянул её на себя. Крепко прижав к себе, он поцеловал Шарлотту в висок и гладил по волосам.
— Ник тоже в тебе нуждается. — Чарли тяжело вздохнула. — Буквально вчера он пережил дикий ужас. И ему необходима поддержка родного человека. Я справлюсь. Обещаю. — Она поцеловала его.
— Уверена? — Майк разглядывал её лицо, словно хотел запомнить каждую черту, каждую морщинку, каждую веснушку.
Шарлотта кивнула и слегка отстранилась.
— Я очень тебя люблю. — Майкл встал с кровати и наклонился, чтобы поцеловать её в губы. — И не плачь больше, пожалуйста.
— Постараюсь. — Стоило напомнить, как слёзы вновь подкатывали. Чарли приподнялась и обняла его за шею, чтобы он не видел её глаза. — Всё будет хорошо. Мы справимся.
Говоря это Майку, она больше подбадривала себя. Пыталась внушить самой себе, что на этом жизнь не заканчивается, что это самое худшее, что может и могло с ней случиться. Майкл отстранился и поцеловал в щёку.
— Маленькая рисинка, — проговорила Шарлотта, когда Майкл был у двери. Он непонимающе свёл брови, оборачиваясь к ней. — Я называла его маленькой рисинкой.
— Маленькая рисинка… — проговорил Майкл, словно пробовал на вкус. — Почему так?
— Не знаю. — Чарли усмехнулась и пожала плечами. — Когда я узнала, было пять недель. А в пять недель, говорят, плод размером с рис.
— Если вечером успею, то ещё заеду. — Майкл улыбнулся и вышел в коридор. — С Ником, если ты не против.
— Не стоит его таскать сюда. Он же будет задавать тысячу вопросов. — Шарлотта с надеждой смотрела на Майка. — Я совсем не хочу объяснять ему, почему я здесь. Прошу тебя.
— Хорошо. — Майкл кивнул и облокотился на ручку двери. — Отдыхай. Надеюсь, тебя скоро выпишут.
Он закрыл дверь в палату и вышел в общий холл. Посмотрев на часы, Майк шумно выдохнул. Почти два часа дня. Пошли вторые сутки, как он на ногах. Хотелось есть и спать. Сев в машину, он задумался, куда ему двигаться дальше. В бюро ехать бессмысленно: Рейнольд и на пушечный выстрел не подпустит. Николас тоже не даст выспаться, если забрать его сейчас. Да и Джунг сказала, чтобы Майк не появлялся на пороге, пока не отдохнёт.
Маленькая рисинка… Он огорчённо усмехнулся. Но почти сразу почувствовал злость на самого себя. Как бы сильно Майкл ни хотел снова стать отцом, он никак не мог избавиться от ощущения, что не переживает так же сильно, как и Чарли. Стало ужасно стыдно. За себя и за свои мысли. Хотя эти мысли понятны и логичны: Майк не свыкался с беременностью и не проживал её столько, сколько проживала Шарлотта — не успел он даже что-либо понять, как уже этого лишился.
Встряхнув головой, он тронулся с места и поехал домой. Единственное, что он сейчас понимал: нужно привести себя в порядок и поспать, наконец.
***
Чарли лежала на кровати и смотрела в окно. Солнце уже начинало садиться. Красивый ярко-оранжевый закат освещал палату. Шарлотта сморщилась: луч неприятно ударил в глаза. Весь день она лежала и думала, что нужно выйти и навестить Шона. Но выход из палаты означал для неё только одно: принять реальность, которую не хотелось принимать. Хотелось, чтобы всё это было страшным сном. Хотелось, чтобы это было лишь дурацкой шуткой.
Собрав всю волю в кулак, Чарли встала с постели и пошла к двери. Она чувствовала себя неполноценной. Ходить было ужасно больно: Ноги едва передвигались, шаркая по полу, а низ живота сразу же начал тянуть. Шарлотта и рада бы была лечь обратно, но Шон явно ждёт её. Точно ждёт. Да и врач сказал больше ходить…
С этими мыслями она добралась до двери. Но не успела Чарли повернуть ручку, как в дверь постучали. Она сделала шаг назад, чтобы открывающаяся дверь не ударила её в лоб.