Стратегия одиночки. Книга третья (СИ)

В молчании я дошёл до своего копья, обвязал косу пониже наконечника и, только совершив эти действия, высоко поднял оружие, и оглядел трибуны. С момента объявления победителя, и пока я не поднял копьё, зрители молчали. Но, стоило мне вскинуть оружие в победном жесте, как трибуны взорвались. Вначале поднялись первые ряды, затем середина, а потом и зрители ВИП лож присоединились к общим овациям. Парави Малик больше не была всеобщей любимицей трибун. Она теперь никто, та, кто была избита волосами своего же врага на глазах десятков тысяч, великая неудачница, не более.
Думаю, никогда за всю более чем двухтысячелетнюю историю Арена Триеса не видела ничего подобного, а возможно и ни одна Арена Айна. Чтобы в поединке равных по рангу один из участников победил, используя только свои волосы⁈ Нонсенс. Небылица. Невозможно. Но случилось, и видели это своими глазами тысячи зрителей.
Пока стою в центре арены, высоко подняв свою косу, обмотанную вокруг копейного древка, чувствую, как пульсирует моё Ядро, сообщая этой пульсацией о лёгкой степени Переполнения. По моим расчётам, я не должен был достигнуть даже планки обычного Повышения в этом бою. Выход на Сталь мною был запланирован после получения девиза, не ранее, но я готов к Повышению уже сейчас, причём с Переполнением!
Низко поклонившись трибунам и застыв так на несколько секунд, быстро погрузился в себя. На поверхности моего Ядра горела новая запись: «Твой клинок — это ты сам». И цвет этой записи блестел божественным адамантием! Из-за этой новой надписи на Ядре моё «Мифрильное тело» сменилось на «Адамантитовое тело»! Что дало мне повышенную сопротивляемость вообще ко всему, даже по сравнению с «Мифрильным телом». А также по какой-то непонятной мне синергии увеличило мой талант в магии Ментала на целую Звезду, даровав повышенную защиту от этого раздела магии.
Сказать, что я был удивлён, это сильно преуменьшить, но на фоне моей усталости, зрители на трибунах этого удивления не заметили. Ещё раз вскинув копьё, я покинул песок с поднятым высоко над головой оружием. И всё то время, пока брел к выходу с трудом передвигая ноги, аплодисменты за моей спиной не смолкали.
Как только зашёл в подтрибунные помещения, тут же снял с копья волосы и отдал оружие младшему служке. Затем огляделся и, найдя нужную мне молодую женщину в одеяниях рядового распорядителя, подошёл к ней, и уточнил:
— Если я верно прочитал цвета ваших одежд, вы маг Огня Стального ранга?
— Всё верно, участник Рэйвен. — Степенно ответила мне она, не сводя взгляда с зажатой в моей ладони косы.
— Не могли бы вы, — я протянул волосы к ней, — чтобы даже пепла не осталось.
В ответ заклинательница Огня прикоснулась пальцами к косе, и та вспыхнула ярким, но не обжигающим мою ладонь пламенем. Вспыхнула и тут же прогорела вся без остатка.
— Спасибо.
Молодая женщина непроизвольно коснулась своей причёски и произнесла:
— Вам очень шла коса.
— Я знаю, тем тяжелее потеря.
— Так этой стерве и надо! Правильно вы её «растоптали»! Потому как нельзя так! Одно дело убить, но портить людям причёску⁈ Это за гранью! — Глаза мага Огня на миг вспыхнули гневом, но тут же погасли под давлением воли, и она произнесла уже значительно спокойнее: — Сочувствую.
Обменявшись понимающим взглядами, мы раскланялись, и я прошёл в свою комнату, попросив распорядителей дать мне полтора часа на отдых и не тревожить. После чего упал на жёсткую деревянную койку и мгновенно вырубился, забывшись сном без сновидений.
Сон — лучшее и самое лёгкое средство, чтобы скинуть небольшое Переполнение. С большим перенасыщением энергии роста Ядра простой сон не справится. Как примеру с тем, что я заработал, выполнив Достижение «Пустой ладони». Но вот с нынешним избытком вполне. Если бы не условие Турнира, не повышать ранг до его завершения, то я бы прямо сейчас перешёл на Сталь, но впереди ещё гранд-финал. И то, что этот гранд-финал пройдёт под ритуалом Возврата к Великому Древу и, по сути, обнулит ранги всех участников, никак не влияло на утверждённый регламент. Ещё в первую свою беседу с распорядителями я на всякий случай уточнил эту деталь.
 
Меня разбудили резко и требовательно. С трудом открыв глаза, я пару секунд недоуменно пялился на лицо одного из старших распорядителей.
— Участник Рэйвен, мы выполнили вашу просьбу об отдыхе. Ровно полтора часа. Но больше мы ждать не можем! Поединок Стального финала уже давно завершился, и всё готово к промежуточному награждению. — Алхимик резко мотнул головой. — Тянуть время уже никак нельзя. Все ждут только вас.
— Понял. — Встал с койки и меня качнуло в сторону.
Со мной всё было в порядке, Переполнение ушло, а неожиданная слабость в ногах была простым проявлением остаточной усталости. Подойдя к тазику с холодной водой, окунул туда голову. Это взбодрило. С громким фырчаньем я выпрямился и раскрытой ладонью взъерошил свои волосы.
— Готов. — Сказал я.
В ответ распорядитель молча поднял руку, и с его пальцев сорвался сильный горячий порыв воздуха. Алхимик продержал своё заклинание около минуты, высушивая мне волосы, после чего удовлетворённо кивнул и произнёс:
— Вот теперь готовы. Следуйте за мной.
Послушно двигаясь за представителем Цеха Алхимиков, с трудом сдерживал порывы зевоты. Пройдя по коридорам подтрибунных помещений, мы пристроились к небольшой процессии и все вместе вышли на песок Арены прямо под палящее солнце. Я сразу почувствовал себя не в своей тарелке. Это было необычное и непривычное ощущение, мне казалось, что моя кожа чувствует давление падающего света. Это, разумеется, было иллюзией, но иллюзией настолько правдоподобной, что на какое-то время я поплыл, потеряв ориентацию в пространстве. На автомате следуя за распорядителем, занял своё место, соответствующее регламенту торжественной церемонии. Трибуны шумели, главный распорядитель что-то говорил, но для меня всё это шло общим фоном. Со мной что-то происходило, но что именно, я понять не мог. Общее впечатление: словно мои чувства обострились до болезненности, и не только зрение, но и слух и тактильные ощущения.
Каждому из победителей турнирной ветки Цех Алхимиков предлагал выбрать себе награду. Эти награды не были какими-то очень ценными или баснословно дорогими, но одновременно с этим являлись эксклюзивными продуктами Цеха. В основном это были зелья и пилюли временных усилений. Практически всё из этих наград мне было бы полезно, но и одновременно ничего из представленного не было чем-то жизненно необходимым. Любой из наград я смог бы найти применение, но ничего сверхценного в них не было.
Когда на награждение вызвали меня, главный распорядитель так громко объявил моё имя, что из-за повышенной чувствительности я вновь поплыл, словно от хорошего нокдауна. Чтобы не показывать свою слабость перед трибунами, на автопилоте подошёл к столу с наградами и взял, что первое попалось в руку, не особо разбирая, что же это было, после чего вернулся на предназначенное мне место.
Краем взгляда заметил, что Ронин пытается мне что-то сказать незаметными для трибун жестами. Но из-за того, что у меня перед глазами плыли гигантские круги, а в ушах от каждого слова распорядителя или рёва трибун, словно взрывались мощные петарды, разобрать, что именно землянин хотел до меня донести, не получилось. Вся церемония награждения продолжалась не более получаса, но в её конце мне стало казаться, что я банально упаду в обморок, и тогда прощай весь мой так лелеемый имидж. Но повезло. Когда я уже был на грани, церемония завершилась, и нас увели с песка.
Снова оказавшись в лёгкой полутьме подтрибунных помещений, попросил отвести меня обратно в комнату для подготовки и оставить там одного. Даже Ауна запретил к себе пускать. Подобно механическому роботу, я дошёл до комнаты и упал на жёсткую кушетку, тут же погрузившись в самую глубокую из доступных медитаций.
С тем, что со мной происходит, получилось разобраться довольно быстро. Причиной моего странного состояния болезненной гиперчувствительности служило новое Достижение. «Адамантитовое тело» — это не просто слова и запись на Ядре, за этим стоит пока мне непонятная перестройка всего организма. Перестройка, которой я не мог никак управлять, и которая шла сама по себе, без моего участия или согласия. С другой стороны, в этом не было ничего страшного. Как только я успокоился и привёл мысли в порядок, пришло понимание, что процесс этой перестройки закончится довольно быстро. Надо было только подождать. Этим ожиданием я и занялся, углубившись в медитацию настолько, что перестал ощущать внешние раздражители.