Стратегия одиночки. Книга третья (СИ)

Едва мне в голову приходит это сравнение, как всё становится на свои места. И спокойствие мага, и излишняя для реального боя академичность его заклинаний. Кваришь не столько сражается со мной, сколько демонстрирует кому-то свои умения и навыки. Возможно, своему учителю, а может кому-то иному, кому конкретно, в принципе, для меня не важно. Важна суть. И подобная его манера поединка вовсе не из-за того, что он меня не уважает, как раз полностью наоборот. Видимо, Таянь изначально сообразил, что у него нет и шанса против меня. И решил использовать наш поединок в качестве площадки для демонстрации своих умений. А он молодец. Понимая, что ему не выиграть, использует этот бой, как шанс проявить себя. Отсюда и его спокойствие. Он уже смирился с проигрышем. Смирился, ещё до того, как вышел на песок арены.
Чем меньше становилось между нами расстояние, тем чаще и стремительнее становились заклинания мага. Мне даже показалось, что юноша вошёл в раж, поймал свою волну и, будь на моём месте кто угодно из оставшихся участников Бронзовой сетки турнира, он бы у них выиграл. Но ему сегодня не повезло, и жребий свёл юного мага со мной.
Тройная атака и две «Стены Огня» вместе с комбинированным «Самумом», заклинанием на стыке магий Земли и Ветра, которое поднимает песчаную бурю, пытаются преградить мне дорогу. Но я своим напором и тем, что «Разряд», когда разрушается, дестабилизирует воздушную магию, оставляю все эти препятствия позади. Меня и Таяня Квариша разделяет не более пяти метров. Всё, игра закончена. Он, конечно, может ещё попытаться отбиться от меня своим посохом и магией ближнего боя, но я вижу, что маг обессилен. Его Ядро опустело. И от магического истощения он едва стоит на ногах. Я приготовился нанести удар и поставить точку, как неожиданно для меня Таянь Кваришь склоняется в глубоком поклоне и протягивает мне свой посох.
— Признаю своё поражение. — Главный распорядитель уловил ситуацию и усилил шёпот Квариша магией, от чего эти слова услышал каждый зритель на трибуне.
Вот же хитрец! Он изначально задумал сдаться. От этого и был так спокоен, понимая, что ему не грозит быть проколотым моим копьём. Но так-то он молодец! Показал свои умения, продемонстрировал класс, выложился по полной, до истощения, а затем признал своё поражение. И никто его не осудит. Маг с истощённым Ядром — не боец, и каждый на трибунах это понимает. Следовательно, в глазах зрителей Таянь сделал всё, что мог. Вот же лисья морда! Уверен, подними сейчас юный маг на меня взгляд, и я увижу в нём хитрый блеск.
— Бой закончен победой Рэйвена из Сиэтла! — Разносится над Ареной объявление главного распорядителя.
Если бы Таянь Кваришь попробовал провернуть подобное во время обычного боя на Аренах Пятиградья, то вполне мог лишиться головы. Потому как обычно судьбу того, кто сдался и сложил оружие на песке, определяли трибуны. И зрители вполне могли проголосовать за усекновение головы предпочетшего сдаться, а не сражаться до самого конца. Но данный турнир проходил по установленным Цехом Алхимиков правилам, и подобного, предельно грустного для себя исхода, юный маг не опасался.
Кивнув замершему в почтительном поклоне Таяню Кваришу, я по-строевому крутанулся на пятках, отсалютовал копьём трибунам и неспешным шагом направился к выходу с песка. Разумеется, зрители провожали меня не настолько бурно, как делали это в отношении маски школы «Взлетающего Дракона», но свою порцию аплодисментов я всё же получил. Вот вроде мелочь, какая разница, как тебя провожают трибуны, если ты сам знаешь, что выступил хорошо? Но разница была, и эти аплодисменты, пусть ненамного, но подняли мне настроение. Может дело в том, что всегда приятно, когда твоя работа оценена по достоинству? Эта мысль навела на понимание того, что зрители, считая меня единственным победителем, были не совсем правы. В этом бою не было проигравших. Выиграли оба. И я и Таянь. Каждый получил, что хотел. Я — формальную победу и выход в полуфинал Бронзы, а Кваришь продемонстрировал всем в городе свой несомненный талант и отличную выучку. И за то, как юный маг провёл этот бой, как он реализовал свою стратегию, я мысленно пожал ему руку. Прекрасно понимая, что у такого противника, как я, ему не выиграть, он тем не менее выжал из боя максимум пользы для себя. Моё уважение.
 
Покинув песок, тут же передал турнирное копьё в руки служке. Лезть на трибуны и смотреть за остальными боями дня у меня не было особого желания. Но из-за того, что мы с Ауном не обговорили иные места встречи, мне пришлось снова идти в сектор для участников и их гостей. Я даже успел посмотреть финальную часть поединка Парави Малик. К моему глубокому огорчению и буквально к экстазу трибун, девушка снова выиграла. Причём, как и в одной восьмой, победила она далеко не за явным преимуществом, а скорее «перетерпела». Любимица публики ушла в глухую оборону и, благодаря по-настоящему хорошей технике парирования, а также превосходной работе ног и грамотному контролю дистанции, измотала своего противника. А когда тот начал совершать ошибки из-за усталости, сама перешла в резкое наступление и эффектно завершила поединок, обезоружив оппонента. Из–за достижения «Мифрильное тело» со мной подобный фокус в её исполнении не сработает. Но, надо отдать должное девушке, характер и умение сражаться, даже через «не могу», у неё точно были.
Аун появился только тогда, когда два из четырёх сегодняшних боёв на Стальной сетке турнира уже завершились. Настроение у паренька было какое-то смешанное, да и, присев рядом, он не стал как обычно тут же о чём-то рассказывать. Мне пришлось даже первому заговорить:
— Получилось хоть что-нибудь заработать на ставках из-за этого изменения правил?
— Сорок пять золотых. — Пробурчал недовольно Аун и почему-то отвёл взгляд.
— Так мало? — Даже в самых худших своих прогнозах я надеялся на большую сумму.
— На маску школы «Взлетающего дракона» надо было поставить двадцать золотых, чтобы при победе получить всего двадцать один золотой! — Негодование мальчишки неподдельно. — Да и на вашу победу коэффициент был очень похож.
— И запущенный тобой слух о том, кто настоящий учитель Таяня Квариша, никак этот коэффициент не изменил? — Удивился я.
— Дело в том… — Аун опустил глаза в пол.
— В чём?
— Дело в том, что я не успел. — Голос мальчишки стал ещё тише.
— Это как это? — Не понял я.
— После того как распорядитель огласил объявление, толпа перед букмекерской стойкой смешалась. — Рассказывая, юноша избегает смотреть на меня. — Стройная очередь распалась, а когда жеребьёвка закончилась, вся эта толпа, которая стала ещё больше, ломанулась к стойкам. И так получилось… Так получилось, что эта масса меня вынесла прямо к стойке, и я оказался первым в очереди на ставку. — Впервые Ану поднял на меня взгляд. — Мастер, я банально не успел ничего никому рассказать. И отойти от стойки не мог, так как это означало встать в конец новой очереди. А из-за ажиотажа и большой толпы я мог просто вообще не успеть сделать хоть какие-то ставки. Я помнил ваше пожелание, но не успевал. И я подумал, что сделать ставки важнее, чем… — С каждым словом его голос опять всё тише и тише, и последние его слова я уже больше угадываю, чем слышу.
Мне ясно, что парень не врёт. Видимо, всё именно так и было. Но также я уверен в том, что юноша, оказавшись в такой ситуации, не стал искать решения, а скорее вздохнул с облегчением. Ему изначально было неприятно, шло вразрез с его мнением раскрытие правды об учителе Таяня Квариша, и когда он получил возможность этого не делать, то этой отговоркой и воспользовался. Возможно, воспользовался неосознанно, но уверен, если бы он реально захотел, то с его мозгами выход бы придумал, как успеть рассказать об учителе мага и после этого сделать ставки. Но он не захотел и, скорее всего, с глубоким внутренним облегчением поплыл по течению. Я вижу эту ситуацию именно так, и вопрос только один, как мне на это реагировать? Немного подумав, решил, что мои обвинения или осуждения ничего не изменят, ставки-то уже сделаны и сыграны. Поэтому, похлопав юношу по плечу, сказал: