Стратегия одиночки. Книга третья (СИ)
— Приглашайте.
Цирюльник удалился в глубину своего дома и вернулся меньше чем через минуту. Вернулся не один. С ним вместе в мастерскую зашла немолодая бодрая худощавая женщина, которую парикмахер представил как свою супругу Тхенжин. Было видно, что дама стесняется, но после подбадривающих слов мужа она уселась на табурет напротив меня, закрыла глаза и погрузилась в медитацию.
— Первый вариант. — Обратился к супруге цирюльник, и через несколько секунд в воздухе между нами появилось изображение новой причёски.
Уловив отсутствие заметной заинтересованности с моей стороны, парикмахер тут же приказал:
— Второй вариант.
За вторым последовал третий, затем четвёртый, потом пятый и так далее… Было заметно, что мастер много и долго работал над переосмыслением своей профессии после моего прошлого заказа. Его явно зацепила та моя причёска за живое. Открыла для него новые горизонты, вдохнула свежесть и новизну в профессию, в которой, как ему до этого казалось, он знал всё. Скорее всего он долго обсуждал свой новый взгляд с женой и та помогла ему визуализировать его обновленные мысли.
— Вам ничего не понравилось. — После просмотра девятой иллюзии с грустью и тоской в голосе констатировал мастер. — Я много дней думал, представлял, но всё оказалось не то…
— Не совсем так. — Улыбнулся я. — Да, вы не смогли окончательно перешагнуть свои привычки. — С каждым моим словом плечи цирюльника опускались всё ниже. — Это так, но вы пытались, и это видно.
— Пытался… — Горько рассмеялся мастер. — Как это оби…
— Постойте! — Прерываю я его причитания резким жестом. — Во-первых, новый путь не пройти за один шаг. Во-вторых, первый шаг вы сделали в верном направлении.
— Да?
— Госпожа Тхенжин, вы можете вывести две прически сразу?
— Да. — Голос жены цирюльника сух и безэмоционален, она полностью сосредоточена на медитации визуализации.
— Тогда, если не трудно, выведите сразу первый и пятый варианты.
Минут десять я пояснял, что мне надо, и что я в итоге хочу увидеть. Показывал это на примерах уже разработанных мастером причёсок. Что-то он схватывал сразу, а вот что-то вообще не мог понять и принять:
— Как? Выбрить полосу волос? Начисто? Словно просеку в лесу? И такую тонкую полосу?
Несмотря на потерю косы, я хотел сохранить в своей причёске птичью тему. И через частичное выбривание полос, а также комбинирование данного приёма с небольшими и тонкими косичками, мне показалось, можно получить искомый результат. А те изменения в иллюзии, которые вносила Тхенжин, следуя моим словам, только уверили меня в верном выборе.
— Это необычно! Ещё более смело, чем ваша прошлая прическа! — Когда я добился нужной мне визуализации, цирюльник не менее пяти раз обошёл иллюзию по кругу.
— Справитесь? — С провоцирующей улыбкой спросил я.
— Да. — Мастер даже не обратил внимание на мою усмешку, он уже мысленно был в работе.
От цирюльника я вышел через час. Вышел, получив то, что хотел. Моя причёска напоминала сложенные крылья ворона. Крылья, среди которых можно было разглядеть отдельные «перья». Мастер ножниц и расчёски не взял с меня ни медяка. А когда я уходил, он поклонился мне в пояс и так и стоял, пока я не ушёл. Так он выразил своё уважение и благодарность судьбе, которая свела его с тем, кто вдохнул в него новый интерес к его, казалось бы, изученной вдоль и поперёк, и уже ставшей обыденной, профессии.
— Мастер, — подал голос Аун, как только мы оказались на улице, — как у вас так постоянно получается?
— Получается что?
— Всегда хорошо выглядеть!
— Природный талант и понимание того, что мужчине не зазорно выглядеть хорошо.
Пока мы шли в молчании, серьёзно задумался о том, что следует изучить несколько бытовых заклинаний магий Воды и Воздуха, чтобы ухаживать за своей новой причёской. Впрочем, подобная повседневная магия вообще сильно облегчает жизнь. Особенно жизнь походную. В отличие от боевых техник, изучение бытовой магии никак не ограничивалось, никто не делал из неё никаких секретов, так что мне и правда стоило озаботиться её изучением. Две с половиной моих Звёзд Талантов в Воде и Воздухе для освоения большинства бытовых заклятий было вполне достаточно. Заодно потренирую плетение энергопотоков на отличных от Молнии стихиях, что тоже полезно. Точнее, этим точно надо будет по-любому когда-нибудь заняться, так почему не в ближайшее время?
— Подскажи, магические лавки, с обычными заклинаниями, в Триесе также, как в других старых городах, располагаются на улице за Храмом? — Спрашиваю у паренька, идущего рядом.
— Да, между Домом Гильдии Проходчиков и Храмом эта улица начинается. — Подтверждает мои домыслы Аун.
— Понял. Завтра, после гранд-финала и всех церемоний, загляну туда.
— Кстати! — Внезапно оживился, до этого пребывающий в глубокой задумчивости, мальчишка. — А что вы выбрали в качестве награды за победу на Бронзе?
В ответ я достал из поясного кошеля небольшой деревянный футляр и на ходу открыл его. В обшитом изнутри бархатом футлярчике лежали два хрустальных шарика размером с перепелиное яйцо, и к каждому такому шарику прилагалась стеклянная палочка.
— Это что? — Видимо, Аун впервые видел такую вещь.
— Сигнальный артефакт. Точнее, целых два таких. Увы, одноразовые. Каждый шар образует со своей палочкой связанную пару. Как только палочка ломается, так связанный с ней шар становиться чёрным или красным. Самое интересное, что расстояние, с на которойм срабатывает эта связь, не имеет значения. В пределах Айна, разумеется. Например, если шар будет у меня, а полочка у тебя, то мой шар среагирует на поломку твоей палочки, даже на западном мысе континента.
— Что-то слышал о таком. — Кивнул мальчишка.
— Вещь не то чтобы редкая, но в основном подобные артефакты намертво привязаны к своему создателю. — К примеру, Лариндель сам делал такие «сигналки» и именно аналогичной вещью был вызван мастером по камню на Унудо. — Изготовление же подобных связанных пар без привязки к создателю артефакта — секрет, которым владеет только Цех Алхимиков.
— Наверное полезно. — Пожал плечами юноша.
— Мне пригодится, — улыбаюсь в ответ и прячу футляр в кошель, — не сейчас, но точно пригодится.
Вот в чём, а в этом я был полностью уверен. В Прошлом Цикле земляне начали скупать такие вещи на корню, чем создали затянувшийся на много месяцев дефицит подобных артефактов. Потому как мы, в отличие от местных, понимали, насколько важна связь, пусть и столь примитивная.
Одна из групп земных магов разрабатывала очень интересную концепцию дальней связи, которая бы опутала весь континент чем-то похожим на телеграфную сеть. У них вроде даже что-то начало получаться, но неожиданный обход одного из демонических легионов отрезал ту группу, блокировал и уничтожил. Девять прекрасных магов-теоретиков оказались в ловушке и были перебиты. Потом «мы» узнали, что демонов навёл один из землян, который так «купил» свою жизнь. До сих пор «помню» лицо и имя предателя. «Помню», потому как именно «моя» группа была выделена Нейтом на устранение того Иуды. И «я» справился, пробрался в лагерь Легиона Бури и убил предателя. На отходе «мы» потеряли троих, но никто из «моей» группы не усомнился в том, что эти жертвы были не напрасны. Никто.
Эти воспоминания о том, чего ещё не было, нахлынули так резко и были столь чёткими и явными, что мне пришлось остановиться и прислониться к стене, чтобы не упасть. Наваждение продлилось всего пару секунд, и Аун даже не заметилмоего отставания. Мальчишка брёл по улице в глубокой задумчивости. Когда я с ним поравнялся, паренёк поднял голову вверх и сказал:
— Скоро закат. Вы же, насколько помню, собирались сегодня идти в «Суши вёсла», чтобы разузнать побольше об офицере Лаоре Темпае. — Уже приготовился отказать мальчишке в просьбе пойти со мной, причём готов был сделать это в резких тонах, но он меня удивил, — Мастер, а можно я с вами не пойду? — И тут же принялся оправдываться, как обычно скороговоркой, — я ничего не задумал! Честно! Я никуда не уйду и никуда не полезу, просто вернусь домой. — Затем опустил голову и, уже тише, добавил, — мне надо подумать. Долго и много подумать.