Янычары

— Печальная перспектива.
— Не так чтобы очень, — мэтр пожевал губами. — Человеческое сообщество достаточно пластично. И уже не единожды доказывало это. То распадаясь на мелкие группы, сформированные по племенному принципу, то вновь собираясь в самые немыслимые, но вполне устойчивые конгломерации. Беда в уровне развития системы. Одно дело древние источники энергии, и совсем иное — энергетическая инфраструктура империи. После обретения независимости большинство обособленных мини-государств и федераций окажутся не в состоянии поддерживать на должном уровне производство и хранение энергоносителей. А выход из-под контроля всего лишь одной такой станции…
  
Мэтр Ник-кита замолчал, давая Весту самому додумать. А тому и думать не было необходимости. Взрыв аннигиляционного заряда мгновенно встал перед глазами. Каждый, кто хоть раз видел ад, пусть даже всего лишь на полигоне, не забудет этого кошмарного зрелища никогда.
— Да, — граф Арктурианский заметил, что его слова произвели нужное впечатление на собеседника. — Расчеты подтверждали именно такое развитие событий. После чего — вполне вероятное скатывание в каменный век тех народов, кто уцелеет после техногенных катастроф. И возвращение в эру предшествовавшую освоению Космоса — всех остальных.
— Жуть…
— Конечно. Причем, прошу заметить, мой принц, что этот ужас поджидал человечество не в отдаленном будущем, а непосредственно угрожал внукам людей, сделавших расчеты. Как вы думаете, они были готовы смириться с судьбой, уготованной своим близким?
— Вряд ли.
— Совершенно верно. И еще…
— Еще?
— Да Ваше Высочество… Был еще один прогноз. Еще более фантастический. И поскольку он ничего не прибавлял к общей картине, мы его не принимали в расчет. Так, запасной вариант… всего лишь подтверждающий, что промедление смертельно.
— Я слушаю.
— В общем, часть аналитиков-футурологов считала, что в ближайшем будущем нам предстоит столкнуться с враждебной цивилизацией.
— Этот прогноз устарел еще до рождения моего прапрадеда. Это не серьезно.
— И опять вы правы. Уж в это точно никто бы не поверил. Да и ненужно. Хватило первой части… Доклад императору глава СВВИБ придержал, а аналитический отдел получил новую задачу. Найти способ изменить будущее. Ценою любых жертв, соизмеримых конечному результату.
— Поскольку с тех пор прошло почти полвека, а Империя по-прежнему едина, надо полагать — они справились.
— Ответ был прост и лежал в основе человеческой психологии. Люди — животное стадное. И ничто их так не сближает и не объединяет, как опасность. Враг, победить которого можно только сообща.
— Да, — кивнул Климук. — Одабаши любил приговаривать, что гуртом и батьку легче бить.
— Это одна из тех поговорок, которые наш аналитический отдел потом ввел в обиход, подготавливая психологическую почву, — улыбнулся мэтр. — Внедряя в массы, так сказать, необходимый настрой. Как вот это стихотворение, помнишь: «Единица — вздор, единица — ноль, один — даже если очень важный — не поднимет простое пятивершковое бревно, тем более дом пятиэтажный…»
— «Плохо человеку, когда он один. Горе одному, один не воин. Каждый дюжий ему господин, и даже слабые, если двое…» — проявил образованность и Вест. Тем более что стихи ему по-настоящему нравились.
— Вот-вот… Просчитав все возможные варианты, аналитики сошлись в одном: человечеству необходим внешний враг. Страшный, таинственный и непобедимый. Такой, чтоб до каждого жителя на самых окраинах Империи дошло — пощады не будет никому. Во Вселенной останемся либо мы, либо они. А если такого врага нет, его следует немедленно придумать. Назначить, так сказать…
— Подождите! Вы хотите сказать, что все это время Империя воюет с призраком?
— Нет, ну что ты. Фальсификация исключительно в информационном поле не продержалась бы так долго. Все реально. И война, и эннэми.
— Я что-то запутался, — помотал головой Вест, непроизвольно поглядывая на холодильник. Во рту опять пересохло, словно после десятикилометрового марш-броска. — Где же вы их нашли?
— А помните, мой принц, я вас спрашивал об этичности жертвовать малым ради большего?
— Вы хотите сказать, что империя воюет сама с собой?
— И да, и нет…
— Объясните ж наконец!
— Конечно. Ваше предположение имеет смысл. Именно оно и было одним из первых вариантов, предложенных аналитическим отделом. Выбрать какую-то периферийную систему, имеющую ограниченные контакты с остальным миром, и либо объявить ее саму эннэми, либо о ее захвате пришельцами. Второй вариант был более интересен с точки зрения быстроты роста гражданского самосознания, но имел и минусы. Во-первых, — это вряд ли сильно могло задеть людей, проживающих на другом конце империи. У них же главный принцип: «моя хата с краю». Да и вообще, праведное негодование убывало бы по мере отдаленности от места военных действий. Во-вторых, — поскольку империи необходимо перманентное противостояние, то вялотекущая война, вместо сплочения, добавила бы козырей сепаратистам. Сразу посыпались бы обвинения, что если Император не в состоянии освободить одну провинцию, то как он защитит других? А значит, надо брать все в свои руки и отделяться.
— Логично… — насупился мичман. — И врагом всего человечества были назначены такие же граждане Империи, которым не посчастливилось уродиться на ее периферии.
— Именно так и планировалось, — кивнул мэтр Ник-кита. — Но Провидение в самый последний момент сказало свое веское и решающее слово.
Вест заинтересованно поднял голову, но вместо лица главы СВВИБ, увидел перед собою стакан.
— Я заметила, ты хочешь пить… Здесь сок авайи, — Антонина отдала напиток.
— Спасибо… — Вест жадно отпил. — Очень кстати. Прошу прощения, мэтр. Продолжайте. Я весь во внимании… Вы сказали: провидение?
— Иначе и не объяснишь, — пожал плечами тот. — Когда на расширенном заседании СВВИБ уже был вынесен вопрос о эннэми, а аналитики предоставили семь возможных кандидатов, поступила совершенно неожиданная информация из архивного отдела Космофлота. Оказалось, что за год до начала Смутного времени была осуществлена отправка последней партии переселенцев в одну из отдаленных Галактик. Естественно, за сто лет неразберихи о ней все благополучно забыли, а вот теперь они как раз пришел срок их прибытия в пункт назначения.
— Бред… — скривился Климук. — У них что связи не было? Да и где та Галактика, до которой надо лететь сто лет?
— Нет, мой принц. Совсем не бред. Связи у них действительно не было. Я не астрофизик, толком объяснить не могу, что-то связанное с магнитными звездами. Но, если это важно — сейчас запросим развернутый комментарий специалиста.
— Позже…
— Как пожелаете, мой принц, — изобразил поклон мэтр Ник-кита. — А что до расстояния, то по нынешним меркам — это не так уж и далеко. От столицы Ирии до Беллоны можно добраться за три месяца и еще несколько суток, в зависимости от класса судна.
— То есть, роль эннэми в СВВИБ отвели переселенцам?
— Изящный ход, не правда ли? За время перелета сменилось два поколения. Так что они де факто уже как бы и не граждане Ирия, то бишь чужие. А потомкам переселенцев была предложена версия о чудовищной трагедии, в результате которой именно они единственные выжившие люди во Вселенной.
* * *
Вест глядел на главу СВВИБ и в который раз пытался по выражению глаз мэтра, по его мимике понять, сколько правды в столь невероятной истории, будто списанной со страниц самого примитивного комикса.
— И как их удалось убедить?
— Легко. Потомкам переселенцев была предложена версия о чудовищной трагедии, в результате которой именно они единственные выжившие люди во Вселенной. И теперь только от их мужества и героизма зависит быть ли человечеству вообще.
  
— Мэтр, — Климук потряс головой, словно пытался избавиться от навешанной нам уши лапши. — Вы серьезно хотите, чтобы я в этот бред поверил?
— Хочу. Только не в бред, как вы изволили изящно выразиться, — улыбнулся мэтр Ник-кита. — Все рассказанное правда, от первого и до последнего слова. Сомневаетесь? Задавайте вопросы.