Объятия перламутра (СИ)

– Почему же ты не сказал мне? ― задала я вопрос, терзавший сердце все это время. ― Почему не признался, что я твоя истинная?
– А ты бы поверила? ― прищурил глаз брюнет. ― Поверила, что первый встречный дракон жить без тебя не может? ― Ответа от меня не ждали, он и так был понятен. ― Мне еще предстоит завоевать твое сердце без всяких указок на судьбу и ее волю.
Я рвано выдохнула, не зная, что ответить дракону. За одну минут он признался, что жаждет мести и собирается завоевать любовь. Первое меня пугало, а второе он, скорее всего, уже выполнил, но я не решалась об этом говорить.
РЕЙНАР
Пока я охранял сон своей истинной, Кайл и Джефф провели расследование на острове, допросили подозреваемых и потерпевших, помогли морякам, пострадавшим от моей руки. Чувство стыда ворочалось внутри. Хоть я и понимал, что другого выбора у меня не было. Я должен был защитить себя и жизнь истинной. Но осознавать, что моряки бились не по своей воле, ― неприятно. Хорошо хоть ведьминский контроль над моряками слетел раньше, чем я успел кого-нибудь убить.
А вот жрицу и старейшину, что наслали проклятие, можно было бы спалить сразу, но находившаяся рядом Лили каким-то чудом усмиряла ярость, бушующую внутри меня. В момент встречи больше всего на свете мне было нужно держать свое сокровище в объятиях. Возмездие пришлось отложить.
Кайл приходил около часа назад и сказал, что у них уже все готово, осталось лишь взять показания у Лили. Но прыткому уму брата было и без того уже многое понятно. Друзья успели пленить главных виновниц и ждут нас на утесе.
Когда с завтраком было покончено, мы поднялись и отправились в деревню. Весь путь я крепко прижимал Лили к себе, рассказывая, как мы долетели и что произошло, пока она спала. Мои вопросы остались на потом, каждое воспоминание о случившемся отзывалось болью и страхом в душе девушки и моей яростью. Никогда ее больше не потеряю, никогда. Маленькая черная ящерка семенила рядом, плутая из одних кустов в другие. Как они сблизились с моей истинной ― оставалось самой интересной загадкой. Никогда не видел, чтобы ящерицы привязывались к людям.
Поселение ведьм встретило нас тишиной. Жительницы попрятались по домам и опасались даже нос высунуть на улицу. Однако усмирить любопытство получилось не у всех. За нами то и дело подглядывали. То тут, то там в окнах появлялись румяные девичьи лица, отчего Лили все больше напрягалась и отстранялась от меня.
Наконец, не выдержав вида очередных горящих глаз, златовласка тяжело вздохнула и сняла с бельевой веревки женскую сорочку. Тряпица тут же преобразилась, увеличилась в размере, рюши отпали, появились рукава и манжеты. Критично осмотрев свое творение, Лили протянула вещь мне.
– Надень пожалуйста, ― отдав мне новенькую мужскую рубашку, девушка скрестила руки на груди.
– Спасибо, ― и тут у меня наконец возникли подозрения. ― Ты ревнуешь?
– Просто холодно на тебя смотреть, ― пожав плечами, истинная направилась вперед по тропинке, скрывая от меня свое лицо.
– Ну конечно! ― ответил я, не переставая улыбаться. Моя маленькая ведьма ревнует! ― Я же дракон, я так часто мерзну, ― не скрывая иронии, я надел рубашку, догнал суженую и взял ее маленькую ручку в свою.
– Многие из местных до тебя вообще мужчин не видели, тем более, в своей деревне, да ещё и голого, да ещё и такого! ― проворчала златовласка.
– Какого? ― хитро уточнил я.
Лили остановилась и с вызовом повернулась ко мне.
– Надоедливого!
– А ещё знаешь, какого? ― спросил я, точно зная ответ. ― Твоего, Лили! Мне нет никакого дела до остальных! ― Истинная забавно фыркнула, вздернула подбородок и снова направилась в центр деревни, продолжая держать меня за руку.
Деревушка отличалась особым колоритом. Везде чисто, убрано. Каждый дом украшали растения и плетёные занавески. Однако все дома были какими-то странными. Окна были расположены то слишком высоко, то слишком низко. Крыши слишком заостренные, порожки слишком широкие. Носы, торчащие из домов, и правда слишком любопытные. Милая, безусловно, права ― не стоит смущать население. Льняная рубашка заботливо обнимала тело, защищая владельца от посторонних глаз. И как это у девушки так легко получилось преобразовать вещицу?
  
– Ты подчинила магию! ― воскликнул я, осознавая, как много пропустил.
– Вроде того, ― улыбнулась златовласка. ― Я поняла, что у меня нет драконьего самоконтроля, но ведьмам он и не нужен, ― Дорога повернула направо, огибая длинное деревянное строение. ― Ведьма не должна сдерживать магию и сбрасывать эмоции. Нужно позволить магии защищать, когда страшно, греть, когда холодно, творить, когда хочется. Если дракон ― озеро для чувств, то ведьма ― русло реки. Она не может удержать энергию, только верно ее направить. ― Лили проводила перебегающую из куста за куст ящерицу глазами. ― В этом была ошибка, моя и всех девушек, попавших на остров. Мы пугались свалившегося на голову дара, пытались его заглушить, искали решение вовне. Именно поэтому случай приводил нас на остров. Мы не справлялись, становились опасными.
Мы вышли к большому кострищу, над которым висел здоровенный чугунный котел. Лили замолчала и помрачнела. В основании лежали подготовленные для разжигания и сложенные аккуратным шалашиком поленья. Истинная невольно прижалась ко мне, словно прячась за моим плечом.
– Что такое? ― Мышцы напряглись, готовясь встречать нежданного противника, выпрыгивающего на нас из котла.
– Они собирались сварить зелье с моей кровью, ― прошептала златовласка. Вот как! Поленья и жуткая кастрюля над ними были приготовлены для моей ведьмы.
– Постой здесь, ― попросил я Лили. Дальше действия были почти бессознательными. Подойдя вплотную к котлу, я положил на него руки и направил энергию через ладони. Сначала покраснела зона вокруг рук, затем нагрелся весь котел, но этого было мало. Мой жар расплавил орудие жертвоприношения, разнося по округе специфический аромат. Пусть каждая жительница деревни узнает: на острове больше нет места их жестоким ритуалам. И лишь когда котел превратился в лужу под ногами, я отозвал магию, наблюдая, как чернеет расплавленное месиво.
– Думаешь, у них есть еще котлы? ― От моего вопроса Лили на секунду задумалась. Маленький черный хвост выглядывал из-под блузки девушки и изредка вилял из стороны в сторону. К этому мне еще предстоит привыкнуть.
– Нет, думаю, он был такой один, ― улыбнулась мне Лили. ― Теперь сестрам негде будет варить зелье молодости. Спасибо.
– Все уже в прошлом. Тебя больше никто не обидит, ― крепко обняв свою маленькую ведьму, я повел ее к рыжей голове, мелькавшей между домами.
Джефф разговаривал с босой островитянкой в свободном платье ниже колен. Розовые ракушки на одежде повторяли цвет глаз девушки, а волосы прятались под конической шляпой.
– Прошу вас! ― донесся обрывок их разговора. ― Они всего лишь дети! Они не причиняли никому вреда!
– Но нет никакой гарантии, что в их сердцах тьма еще не пустила корни, ― непривычно сухо ответил Джефф. ― Мы заберем их с острова, а они потом начнут пить кровь дракониц. Я не буду так рисковать.
– Я позабочусь о них, пожалуйста! ― обещала девушка, склонив голову перед медным драконом. ― Не оставляйте их здесь, не обрекайте на такую судьбу!
– Ты позаботишься, ― фыркнул Джефф. У него было слишком много поводов не доверять чужестранцам. И еще больше поводов оберегать юных дракониц, таких, как его племянница. ― А кто поручится за тебя?
– Я поручусь! ― сказала Лили, чем сильно нас удивила. Неужели она еще не поняла, что от этих ведьм хорошего ждать не стоит? ― Не знаю, имеет ли мое слово вес, но душа этой девушки чиста. Она единственная из сестер, кто был добр ко мне здесь. Она остановила кровь и залечила мою рану, когда другие брезгливо обходили меня стороной. ― Златовласка показала внутреннюю сторону предплечья со шрамом от укуса, и мое сердце сжалось от боли. ― Я бы могла быть сейчас в гораздо худшем состоянии, если не при смерти. ― Заметив мой потемневший взгляд, Лили торопливо спрятала руку за спину и обратилась к девушке: ― Если ты готова бросить этот образ жизни, я помогу тебе. Если драконы не согласятся брать тебя и девочек с собой, мы поищем места в людских странах.