Кристиан (СИ)

– Только не смейте там ни с кем подраться и не удивляйтесь местным свободным нравам. Здесь вам не Япония, – заметил сидевший рядом Мейлен.
Касэн был недоволен тем, что Мана осталась в Париже, на чем настоял его новый знакомый. Ихара не знал еще, что эта поездка перевернет его жизнь.
Лувуа принял самурая сразу же. Тот, поджарый, жилистый, в кости неширокий, но крепкий, стоял перед тучным, совсем не похожим на военного, министром. И то, что подумал прихватить свое облачение во время побега, сыграло на пользу. Одежды японского воина явно впечатлили маркиза.
– Чем же не по вам была служба сегуну, молодой человек? – спросил де Лувуа.
– Токугава сам направил меня сюда, – ответил Ихара. – Наши купцы прибыли во Францию, чтобы заключить договор о торговле.
– Но ведь вы, как я вижу, не купец и не дипломат, а воин.
– Потому и приехал сюда, – самурай метнул взгляд в сторону стоявшего поодаль живописца. – Не хочу жиром обрасти, сидя без дела.
– Жиром обрасти? – Лувуа рассмеялся так, что у него затряслись щеки. – Ну, хорошо. Поглядим на вас. Сегодня покажете, на что способны. Заодно и короля удивим.
Возможность продемонстрировать свои умения не заставила долго ждать. Днем для его величества и гостей праздника было подготовлено выступление конного балета. Однако когда все расселись на балконах над круглой площадкой и приготовились любоваться танцами андалузских красавцев, случилось нечто совершенно необычное. В центр арены выехал всадник. Удивительным был и вид молодого человека, и то, что правил он лошадью только при помощи колен. Грудная мускулатура и руки его находились в расслабленном состоянии. По тому, как уверенно он держался, в нем угадывался опытный воин. Поприветствовав зрителей, юноша пустил коня по кругу, и вскоре лошадь уже шла галопом, поднимая позади себя клубы пыли. Тем временем несколько слуг вынесли и установили посреди манежа мишень, в которую тут же вонзилась стрела. Зрители ахнули. Никто не мог бы точно сказать, в какой момент лучник сделал выстрел – настолько молниеносным было это движение. Затем в воцарившейся напряженной тишине стрелок, мчась на коне по кругу, стрелял по цели еще три раза с интервалом в десять секунд. Это вызвало восхищенные возгласы и взрыв аплодисментов. Даже его величество привстал со своего места, чтобы внимательнее разглядеть всадника.
Следующим этапом этого удивительного зрелища стала демонстрация стрельбы по движущейся мишени. Откуда-то был выпущен голубь. Когда птица поднялась на достаточно большую высоту, наездник поднял лук и пустил стрелу, поразившую несчастное создание. Овации публики оглушали, и теперь каждому не терпелось узнать, кто же этот меткий стрелок.
– Какое мастерство! – воскликнул кто-то уважительно.
На самом деле стрельба из лука на лошади считалась в Японии одним из обязательных видов воинских искусств для высших рангов самурайства[1]. Только вместо птицы в качестве движущейся мишени использовалась собака, но Лувуа решил усложнить задачу для юного воина.
Король, отложив дальнейшие развлечения, пожелал видеть стрелка у себя. Когда тот, даже не запыхавшись после скачки, шел в сопровождении военного министра к приемной Людовика и попутно отвечал на вопросы Лувуа, толпившиеся в коридорах дворца придворные с любопытством рассматривали молодого человека. Министр, довольный успехом, наставлял самурая, как держаться перед монархом и что говорить.
Ихара смотрел вокруг, приглядывался. Первые минуты в окружении незнакомых людей всегда суматошные и почти не запоминаются. Но юноша, приученный выхватывать главное, был на удивление спокоен. Лишь мечи позвякивали на поясе ножнами, да чуть развивались широкие штаны, когда он мягко ступал по мозаичному полу дворца.
В какой-то момент его взгляд наткнулся на женщину, которая тоже внимательно глядела на него. Она была бесподобно красива! Одна из самых красивых женщин, которых ему доводилось видеть в жизни! Белокурая, с глубоким тревожным взглядом голубых глаз, одета дама была роскошно и держалась почти по-королевски.
 
Александрин де Вард не могла сдержать взволнованного дыхания, ощущая, как участились удары сердца. Лицо зеленоглазого юноши было слегка деформировано старым шрамом на щеке. Она заметила, что он говорил чуть медленнее, чем обычно говорят люди, и старался использовать короткие фразы, которые ему было легче произносить. Услышала, как несколько раз запнулся. Кристиан! По возрасту это вполне мог быть он. В моменты сильного волнения ее сын начинал заикаться. Шрамы на лице и плече, а также заикание возникли у него после того, как ребенка покусала собака.
Графиня поднесла к лицу веер, стараясь побороть охватившую ее растерянность. Уж не сошла ли она с ума? Маленький барон де Брионе пропал десять лет назад. Конечно, с тех пор она видела своего сына в каждом юноше подходящего возраста. Наверняка и сейчас это просто ее разыгравшееся воображение. Если скажет о своих догадках мужу, графу де Варду, тот решит что она лишилась разума.
Александрин в своем смятении даже не обратила внимания, как побледнела и изменилась в лице при виде молодого воина ее спутница. Шинджу поспешно отступила за спины других придворных, чтобы Касэн не увидел ее.
____________________
[1] Ябусамэ – японское искусство конной стрельбы из лука. Ябусамэ относится к корю – традиционным боевым искусствам Японии. Оно использовалось не только на войне, но также являлось частым состязанием во время профессиональных соревнований среди самураев.
  
Глава XI. Сын из Страны Длинных Луков
 
Королю Франции Людовику IV было тридцать три года. Вот уже десять лет – после кончины в 1661 г. кардинала Мазарини – он самостоятельно правил Францией, окружив себя такими талантливыми государственными деятелями, как Кольбер, Летелье, Вобан, Лувуа, Лионн. Все эти годы Франция то и дело находилась в каком-нибудь военном конфликте, чаще всего выходя из него победительницей. Именно поэтому у короля были не только почитатели и друзья, но и масса недоброжелателей. Основные из них – сторонники Вильгельма Оранского, которые встречались даже в непосредственной близости от его величества – при французском дворе. Но, несмотря на непростую политическую ситуацию, конфликты между дворянами Франции и нищету народа, молодой король не отказывал себе и своим придворным в пышных празднествах и развлечениях. В отличие от мужеложца брата, герцога Орлеанского, Людовик был большим любителем женщин и старался всячески развлекать свою супругу Марию-Терезию, фаворитку маркизу де Монтеспан и других дам. Увиденное сегодня неожиданное представление со стрельбой из лука очень захватило монарха, и он пожелал встретиться с неизвестным лучником лично.
Ихара вошел к королю без всякого волнения. Пышные интерьеры дворца не впечатлили самурая, ведь он помнил, как любят французы нарочитую роскошь. Японская строгость и утонченность в этом плане больше импонировали Касэну.
Юноша поприветствовал короля традиционным самурайским поклоном. Тот едва заметно улыбнулся, окидывая взглядом стоявшего перед ним человека. При самурае были лук и мечи, которые он отказался отдать перед тем как войти. Людовик отнесся к этому на удивление спокойно и приказал пустить к нему молодого человека с оружием. Здесь же присутствовали военный министр Лувуа, живописец Мейлен и охрана Людовика, состоявшая из нескольких мушкетеров.
Мейлен представил молодого человека.
– Вы сегодня поразили нас своим умением. Правда ли, что вы прибыли из самой Японии? – раздался голос короля.
– Да, в составе японской д-дипломатической миссии, – Ихара едва заметно вздрогнул, запнувшись.
– Мне передали, чего хотят японцы… Но сейчас не будем об этом. Лучше поговорим о вашем мастерстве. Я слышал, что у самураев какая-то особая тактика боя. Может ли она быть применена здесь, во Франции?
– Самурайская т-тактика основывается на сражении лучников. А в вашей стране используют пушки и мушкеты, – ответил Ихара.