Звёздный зверь

– Мерца, отдай артефакт, – сказал Одиссей мягко и спокойно. – Обещаю: мы выкупим тебя у гаджитов и отпустим. Вин-вин.
– Чьестно? – поразился вор.
– Я знаю, почему ты украл его.
– Почьему?
– Ради красоты.
– Отькуда?..
Силовой захват врезался в двойную фигуру сбоку.
– «Гар-Рэн» заявляет право на цель! – воскликнул зычный басистый голос, настолько мощный и густой, что раса говорившего угадывалась сразу.
  
– Наш тэг был первым, – отрезала Ана. – И мы его поймали, а не вы!
– Зато у нас приоритетная поимка по доп.лицензии Гаджитрона, – загрохотал смех наёмника, и Одиссей представил себе его ветвистые, украшенные кольцами рога. Сколько их, шесть? Или даже восемь? – Вы не платили гаджитам, а мы раскошелились, так что нам его и получать.
И это было отчасти правдой, ведь гаджиты крайне предприимчивый народ. Увидев, что на их десятимиллионный контракт среди наёмников возник ажиотажный спрос, они тут же внесли дополнение к лицензии: за солидную доплату каждый желающий мог купить у Гаджитрона приоритетное право вернуть им артефакт.
Одиссей почувствовал, как его сжали сразу три захвата: Аны, Трайбера и Фазиля, пытаясь удержать.
– Отпустите, – рассмеялся он. – Будет весело.
– Уверен? – Ана, как всегда, стремилась поступить разумно и безопасно.
– Совершенно, – кивнул детектив, отпуская атомного вора.
Ему хотелось размяться.
– Ну ладно. «Гар-Рэн», держите кого схватили.
Резкий рывок, Фокса и Мерцу унесло в разные стороны; звёзды, планета и кольцо замелькали, человек закрыл глаза и открыл их уже когда его втягивало в шлюз-переходник весьма симпатичного, хоть и потрёпанного корабля-фалькона. Обтекаемое тело и два изогнутых крыла, вытянутых вперёд, одна из самых красивых форм для странников космоса. Когда-то «Гар-Рэн» был золотистым с фиолетовым отливом, теперь стал скорее цвета облупленной латуни. Но всё равно производил серьёзное впечатление. Возможно, благодаря жерлам пушек под крыльями, а может, из-за кольца ракетных установок вокруг узкого корпуса.
– Мерца, также известный, как Атомный вор! – пробасил алеуд, похожий на шершавую серую башню. Он ждал Одиссея с термальной пушкой наперевес и занял аккурат весь проём шлюза, уже забитого пустыми контейнерами из-под употреблённых припасов.
Рогов оказалось всего четыре – когда-то алеуд дорос до восьми, но ныне вместо половины торчали короткие обрубки. Значит, капитан фалькона достиг немалых высот в Империи, но однажды опозорил свой род, обманул доверие одного из алеудских соргонов – и потерял половину гордости. Непростая судьба.
– Мы с командой приветствуем тебя на борту, Мерца, – исполнив формальную обязанность капитана, сказал он. – Хотя быть пассажиром тебе недолго, ха-ха, скоро перейдёшь в статус груза. Зато лететь спокойнее, ничто не потревожит.
Алеудская честь и гордость, жертву нужно обязательно предупредить о её незавидной участи. Иначе позорно.
– Вы с командой перепутали, я частный детектив Одиссей Фокс, – вежливо сказал пассажир. – А Мерца в плену у моих товарищей, которые задержали его и в данный момент грузят на наш корабль.
– Что? – поразился алеуд, разом потеряв вальяжность. – У тебя в руках артефакт! Вот мы тебя и цепанули.
– Конечно, – согласился Фокс, рассматривая удивительную раковину-спираль в прозрачном футляре. Ребристые вогнутые сегменты раковины чередовались с выпуклыми и создавали завораживающий эффект «глубины в разные стороны».
– Значит, ты и есть вор, – настойчиво грохнул алеуд. – И тэг у тебя спрятан, мошенник. Не пытайся меня обмануть!
– Тэг у меня в кармане. Как и награда за это дело, пока фигурально.
Детектив сверкнул кристаллом и открыл алеуду свой профиль, подкреплённый сигнатурой Великой сети, которую невозможно подделать.
– «Одиссей Фокс»? – почти брезгливо переспросил алеуд. – Первый раз слышу. Хррм, какой-какой рейтинг? Такого рейтинга не бывает!
– Бывает у лучших сыщиков в галактике, – скромно проинформировал Фокс.
– Ты, значит, лучший? – разгромыхался алеуд, от смеха задел плечами сразу четыре контейнера, а рогами пятый.
– В данном деле не факт, – пожал плечами человек. – Я потратил два дня и сотни тысяч тонн обшивки «Мусорога», чтобы найти и поймать Атомного вора.
– И как нашёл? – вкрадчиво спросил капитан.
Разумеется, опытный наёмник не ожидал ответа. Кто в здравом уме будет раскрывать конкурентам свои секреты? Но в незнакомце было что-то простецкое, наивное, может он такой простофиля, что…
– В артефакте стоит гипер-маяк Музея Исторической Коммерции, – ответил Фокс.
– Это ясно. Но Мерца сразу заблокировал маяк, иначе его бы моментом нашли. Нет, маяк был мёртвый, и это понятно, все бросились искать другие способы. А сейчас он внезапно заработал, на такое никто не рассчитывал! Мы отслеживали его частоту только для порядка, по принципу «следи за всеми путями».
– Отличный принцип.
– А остальные, выходит, и не отслеживали, решили, нет смысла. И тут бах, сигнал. Мы на него и прыгнули.
Алеуд прищурил маленькие глазки с тяжёлыми веками, полными дымящихся серных нагноений. И требовательно спросил:
– Но почему маяк заработал, а?
– Потому что мы заманили вора в наждачный шторм на планете Метулар.
– Не понял.
– Это не какая-то природная раковина, – сказал детектив, приподняв иксарскую древность. – А половинка филигранно сделанного асимметричного четырёхмерного эталона. Вместе половинки складываются в то, что в моей культуре называется ультимативным золотым сечением. Но для нас важен сам факт того, что это парный объект.
– То есть, реликторы нашли и продали в музей две древние хреновины? – быстро сообразил капитан, от возбуждения подавшись вперёд. – Я и не знал, что есть вторая половина, она нигде не выставляется!
– Потому что она в частной коллекции, не у гаджитов. Но музей и владелец наверняка соединяли раковины и проводили с ними эксперименты. Как можно было этого не сделать? Ну, так я подумал. Официальной информации об этом нет.
– А ты просто взял и предположил, что так и есть? – хмыкнул алеуд.
– А я просто взял и предположил, что так и есть, – подтвердил простак. – Но Мерца не в курсе, что вторая часть реликта найдена. Он думает, она затеряна где-то в необитаемых мирах.
– И он решил с помощью одной раковины найти другую! – догадался алеуд.
– Конечно, – просиял детектив, довольный сообразительностью собеседника. – Мало кто знает, но, если пустить по одной раковине правильно сконфигурированный звук, он зазвучит и во второй. Где бы она не находилась, потому что они связаны. И на время звучания между ними установится струна, невидимая нам с тобой, но ощутимая в четвёртом измерении.
– И вы убедили владельца второй половины пустить звук?
– Мы сказали владельцу Музея, что это единственный способ найти вора и раковину. Владелец подёргал за ниточки своих связей, дал пару взяток и заплатил три налога, у гаджитов так принято. А мы ретранслировали звук через гипер-канал так, чтобы он шёл якобы с планеты Метулар.
– А причём здесь наждачный шторм? – нахмурился алеуд.
Ну, раз уж этот простофиля сам всё рассказывает.
– Притом, что глушитель такого сильного гипер-маяка должен быть немалого размера. Это стационарное устройство. В инфо о похищении фигурировал стелс-трейсер, который успели засечь службы охраны и безопасности Гаджитрона. А на стелс-трейсерах практически нет свободного места. Единственное, куда вор мог поместить глушитель, это снаружи, на обшивку.
Алеуд уставился на человека с недоверчивым изумлением.
  
– Погоди, погоди. Хочешь сказать, чтобы поймать Неуловимого вора, ты придумал запустить сигнал второй раковины с планеты, где погода сама собой уничтожила глушитель маяка?! Сделал, чтобы Неуловимый по собственной воле прилетел на эту чёртову планетку, а сам затаился там в ожидании? И песочные шторма стёрли ему глушитель, а тебе половину брони?