Попаданка. Сердца трех
Я потянулась к фантомному экрану впереди, и тот вдруг приблизился – виртуальная сенсорная панель буквально оказалась возле моих рук. Я нашла кнопку «Спасите», нажала – и та стала красной, яркой, пульсирующей.
Я понятия не имела – может ли эта «кнопка», в принципе, «достучаться» хоть до кого-то. И совершенно не представляла – чем все завершится, в итоге.
Впрочем, у нас с Дамиром выбора не было.
Мы крепко прижались друг к другу и ждали.
В салоне или, как это все теперь называлось, царила тишина, сын иногда всхлипывал. Я гладила его по голове и целовала: чмокала в носик, в щечку, в макушку… А что еще я могла сейчас сделать? Пообещать, что все закончится хорошо? Я понятия не имела – что будет дальше. Сказать, что мы выживем? Вероятно. Но у меня просто язык не поворачивался. Тут бы самой не разрыдаться в голос и не начать причитать об ужасной судьбе…
Так что я стиснула зубы до боли, до скрежета, и единственное, что могла – просто держаться… Держаться, насколько хватит моих сил. И ребенку не позволять совсем раскисать. Лучше-то от этого не станет…
Со временем дышать стало труднее.
На виртуальном экране появилась надпись «Кислорода осталось 5 процентов».
Я не понимала – что именно значат эти подсчеты. Пять процентов от всего газа в помещении? Пять процентов от необходимого человеку? Пять процентов от того, что тут было?
Я просто чувствовала, как кружится голова. Дамир будто задремал у меня на плече, но я-то понимала, что он отключился.
Внутри что-то обрывалось, болело. И даже не за себя – я-то уже пожила, пусть не так долго, как хотелось, мечталось. Но я имела семью, замечательного сынишку…
А он? Что успел он увидеть? Он толком и не пожил, мой Дамир…
Грудь сдавило от удушливого отчаяния, а может еще – и от недостатка воздуха.
И тут, словно бы из небытия, послышался резкий, очень низкий мужской голос.
– Ар-мен-дальеры! Мы готовы прийти к вам на помощь! Но мы – пиратская станция «Лекалта», и вам придется нам отслужить.
– Отслужить? Это как? – едва выговорила я. Язык еле-еле ворочался, дыхания не хватало. Каждое слово я будто выталкивала из себя ценой огромных усилий и напряжения.
– Вас двое. Мы видим – женщина и ребенок. Ребенку мы наденем специальный ошейник, который будет отчасти его контролировать. Но жить вы сможете спокойно и без проблем. Однако вам придется помогать нам бороться с врагами.
– С полицией? С мирными жителями? – я будто даже совсем очнулась от этой мысли, и Дамир поднял голову с моего плеча.
– Нет. Только с другими пиратами и ликвидаторами – особыми подразделениями полиции, которые имеют лицензию на наше убийство. Это будет и в ваших личных интересах, раз вы останетесь жить на нашей станции. Ваша безопасность и благополучие станут напрямую зависеть от нашего. Что скажете?
– Сколько времени я должна буду вам отслужить? – у меня еще хватало сил, чтобы договариваться – и, слава богу. Кто его знает, до чего все дошло бы, если бы я сходу и на все согласилась.
В тот момент я не думала – что именно мне придется делать и как. Почему пираты вообще так уверены, что женщина и ребенок из параллельного мира способны принести хоть какую-то пользу. Но у меня банально выхода не оставалось. На экране пульсировала огромная надпись «Кислорода осталось 1 процент». Расплывалась красной бесформенной кляксой и вбивалась в мозг неприятным движением.
Голова кружилась, дыхание обрывалось, Дамир то закатывал глаза, а то открывал.
Время играло против нас – это факт.
«Рация» или как с нами тут связывались, молчала, мужчина не отвечал.
В какой-то момент я начала уже паниковать, думая, что он либо нас обманул, либо решил изощренно поиздеваться, либо посчитал, что я слишком много о себе думаю. Вздумала поторговаться, когда все козыри у него на руках.
Я уже собиралась позвать незнакомца, хотя понятия не имела, как это сделать.
Внезапно из динамиков послышался ответ:
– Два года отслужишь – и вы с ребенком свободны. Но это время будешь делать, что обещала. Без отговорок и любых других женских глупостей.
Я дернулась, ощутила, как горло словно стянула петля. Дамир вырубился и сполз ко мне на колени.
Не-ет! Надо ответить! Это важнее, чем любое недомогание и немощь. От этого зависит жизнь моего мальчика, а ради него я сделаю все, что угодно! Мертвая встану и отвечу пиратам!
– Ссогласна, – выдавила я из пересохшего, саднящего горла и… отключилась…
Очнулась я уже на космической станции Фасталя.
Подскочила на мягкой, удобной кровати с гелиевым матрасом, который явно подстраивался под тело, и огляделась. Первое, что нашла взглядом – сынишка. Он сидел на диване, и, видимо, ждал, пока я очнусь. На шее Дамира висело нечто тонкое, больше похожее на цепочку, чем на ошейник. Но все же…
Второе, что привлекло мой взгляд в просторной округлой комнате, с большим столом, несколькими креслами и чем-то вроде квадратного шкафа от потолка до пола – мужчина.
Точнее – гуманоид.
Фасталь пугал и заставлял вглядываться в его странное непропорциональное для человека лицо, пялиться на хвост, который медленно двигался из стороны в сторону. Изучать бирюзовую кожу, чуть более светлую на лбу и ладонях. Странные, лиловые ногти и губы… Непонятное розоватое пятно на шее – после я узнала, что это шрам от большого и очень опасного ожога. Такие были по всему телу Фасталя, но мало кто мог их увидеть…
– Мамочка!
Сын все же сорвался, подскочил ко мне и крепко обнял.
– Ты три дня пролежала тут без сознания! Я уже боялся, что не очнешься!
– Я же сказал – все с ней будет нормально, – довольно нейтрально произнес Фасталь. – Вот ведь неверующий маленький человечек! Медицинская капсула все починила. Требовалось лишь время на восстановление и адаптацию. У детей все проходит намного быстрее.
Я посмотрела прямо в глаза мужчине.
– Вы – пират?
– Да. Меня зовут Фасталь Лехов. Я капитан этой космической станции. Я внимательно следил за твоим состоянием, обеспечивал твоему ребенку еду, питье, и хочу напомнить про наш уговор.
– Служить вам? Но как?
– Ты – ар-мен-дальер и способна на расстоянии взрывать объекты.
Я дернулась, выпрямилась и округлила глаза. Он, что, принял меня за кого-то другого?
А если ошибка вскроется, нас убьют? Выбросят в космос? Или еще что похуже?
Дамир ощутил, слегка отстранился и пояснил:
– Мама. Я видел пленку – как мы угодили в тот звездный челнок, и как вокруг нас взрывались метеориты. Ты, действительно, это умеешь и очень неплохо. Надо только приноровиться, потренироваться…
– Уверены? – уточнила я осторожно – глядя то на Фасталя, а то на Дамира.
– Абсолютно, – коротко кивнул Лехов. – Попробуешь – и сразу увидишь.
– Ар-мен… даль… что это?
– В переводе с древнего языка – прошедшие сквозь пламя. В более редкой интерпретации – рожденные в пламени.
– В смысле?
Я все еще находилась в каком-то ступоре. Чувства как будто до конца так и не запустились, но информацию хотелось бы получить максимально возможную. Понять – что происходит и как теперь действовать.
– Вас забросило из параллельной Вселенной силовым взрывом множества бомб, когда ликвидаторы уничтожили пиратскую планету – Тортугу. Случилась какая-то там скрутка пространства – и пламя вместе с кусками материи пронеслось сквозь ближайшие параллельные миры. Так ар-мен-дальеры и получили свои способности.
– То есть мы с сыном такие не одни?
– Несколько. Кого-то смогли спасти ликвидаторы. Кого-то забросило к другим пиратским судам.
– И все способны взрывать звездолеты?
– Нет. Только ты. У каждого ар-мен-дальера свой дар.
– А если вы ошибаетесь? Вы нас убьете? Или еще что?
Я прижала к себе сына покрепче и в ужасе покосилась на Фасталя.
Тот улыбнулся, демонстрируя ровные белые зубы, со слегка заостренными концами, словно у этого гуманоида сплошные клыки.
– Успокойся. Никто вас тут не убьет. Даю слово.