Моя Оборона! Лихие 90-е. Том 4 (СИ)
Через две недели насекомые, звери и влажная весенняя погода сделают свое дело. Если даже труп когда-нибудь отыщут, в чем Егор очень сомневался, его будет уже невозможно опознать.
Покосясь на БМВ, Егор направился к деревянному крыльцу — входу в общую прихожую. Не успел он дойти до ступеней, как дверь распахнулась, и на свет уличного фонаря вышел… Косой.
— О, — Удивился он и даже не стал скрывать своих эмоций, — здорова, Автомат.
— Привет, Косой, — Егор изобразил добродушную улыбку. — А ты чего здесь?
Увидев бандита, бывший киллер напрягся. Что-что, а его он не ожидал найти у себя дома.
— Как ты узнал, где я живу? — Хмыкнул Егор.
— Опыт, как говориться, не пропьешь, — улыбнулся в ответ Косой. — Я тебе звонил весь вечер. Где ты был?
— На конторе у Летова, — солгал Егор. — Я ж нанялся к нему ремонт делать. Ну и че-то заработался. Упахался. Только вот закончил.
Косой хмыкнул.
— Видок у тебя и правда запаханный.
— Ну а то ж. Дел там непочатый край.
Косой помолчал немного. Егор быстро догадался, что бандит оценивает его, ищет любую деталь в его образе и одежде, которая могла бы сказать, что киллер лжет.
— Че ты, подрался? — Косой взглядом указал на гематому, оставшуюся после удара прикладом.
— Да гопники какие-то наехали, прикинь? Тачку пытались вскрыть, пока я один торчал в прачечной. У меня ж там, в салоне, борсетка, документы остались. Хорошо, хоть покурить вышел, увидел. Ну и давай их разгонять, а они быканули. Пришлось дать пацанам п#зды.
— Понятно. Ну, как? Втерся к Летовским в доверие? — Спросил Косой.
— Втираюсь, — Егор пожал плечами. — Летов осторожный, как лиса в чужом дворе. Всех вокруг подозревает, перепроверяет. Но меня, вроде, ни в чем не заподозрил. Вон, на работу взял к себе. Это уже прогресс. Мож, еще неделька другая, и станем мы с ним кентами. Бухнем пару раз, на шашлыки съездим, в баньку. Ну а там уже, считай, буду среди обороновцев своим.
— Хорошо, — холодноватым тоном сказал Косой.
— А ты чего звонил-то, Слава?
— Есть информация.
Косой спустился со ступеней, подошел к Егору ближе, чем нужно было бы.
— Горец сегодня вышел из СИЗО.
— Да? Очень хорошо, — Егор изобразил сдержанное удивление. — Где он сейчас?
— Где-то у мясуховских. Чуть позже я разузнаю для тебя, где его можно будет найти. А ты, Автомат, пока продолжай работать. Производить, так сказать, внедрение. Когда со всем закончишь, расскажу, где можно подкараулить Горца. Ну и вторая часть лэве будет твоя.
Ничего не ответив, Егор кивнул.
— Ну ладно, погнал я.
Косой протянул Егору широкую ладонь. Киллер пожал. Косой пошел было к машине, но вдруг обернулся.
— Кстати, а девчонка твоя, Светка, ниче такая. Даже удивительно, как ты умудрился такую кралю подцепить.
— Нравится? — Егор не выдал беспокойства. — Это все моя природная харизма. Во.
— У тебя с ней все серьезно?
— Более-менее.
Косой улыбнулся одними губами.
— Ну ты, это, береги ее. Город у нас неспокойный.
— Да уберегу уж как-нибудь, — Егор добавил в голос легкую угрожающую нотку.
— Ну бывай, Автомат.
— Давай. Удачи, Слава.
Егор проводил Косого взглядом, подождал, пока он сядет в БМВ и уедет. Выезжая за ворота, бандит кратко подсигналил Егору. Тот, в ответ, поднял руку в прощальном жесте. Когда машина выехала на дорогу, Егор поторопился домой.
— Егор к тебе приходили, — встретила его чуть не на пороге Света.
Это была невысокая, но очень стройная девушка двадцати трех лет. Блондиночка, аккуратненькая, словно куколка, она была очень красивой. Лицо ее, маленькое, с правильными чертами, почти детское, напоминало Егору лица куколок Барби, которых так любили покупать свои детям бандитские жены.
— Ой, а че ты такой грязный? Елки зеленые… А с лицом что⁈ Побили⁈
— Работал, кафель от стены отдирал, ну и осколок в лицо попал, — пояснил Егор. — Свет, этот мужик разговаривал с тобой?
— Ну… ну да, — покивала девушка.
— Что-то говорил? Что-то спрашивал?
— Только о тебе. Говорил, звонил весь вечер, но трубку никто не брал. Меня ж тоже не было. Я только час как со смены. Пришла, и он почти тут же приехал.
В Светиных глазах заблестели непонимание и испуг.
— Скажи, Витя, а этот… он бандит, да?
— Бандит. Короче, так. Сегодня ночью мы уезжаем из города.
— Что? — Удивилась Света. — Уже сейчас? Но как? У меня ж послезавтра смена… я ж не могу бросить…
— Света, ты же знала, на что идешь, когда мы познакомились, — перебил ее Егор. — В тот раз я все рассказал тебе честно. Помнишь, что ты потом ответила?
— Что… — девушка замялась. — Что буду с тобой, несмотря ни на что…
— Да. Нам надо уезжать. Тут стало небезопасно. Не переживай, бабки на первое время есть. Собирай вещи, Света.
* * *С Заветного до центра города я доехал на попутках. Потом пришлось пройти еще минут двадцать пешком. Когда я добрался до квартиры Степаныча, мужики все вместе ждали меня там.
— Витя! Витя пришел, мужики! — Крикнул всем Фима, когда застал меня на пороге. — Вернулся, прикиньте?
Степаныч выглянул из комнаты. За ним и Женя.
— Да нормально все, — сказал я, снимая обувь.
— Ну вот, я говорю ж, подождать просто надо было, — меланхолично заметил Женя. — А ты, Степаныч, поехали да поехали.
— Куда поехали? — Хмыкнул я.
На лице Степаныча возникло что-то напоминающее смущение. Он отвернулся, спрятал глаза.
— Да Степаныч, как за восемь часов перевалило, разбегался по квартире, как квочка, — рассмеялся Фима. — Все рвался на бетонный ехать. Машину твою хотел взять. Ходит, ворчит, типа, взяли вас там, похерилась операция, и все в своем дедовском духе.
— Ой, да замолчи ты, — отмахнулся от него Степаныч. — Ну а че, Витя, как все прошло? Удачно? Целый, не ранен?
— Во, — снова хохотнул Ефим. — Я ж говорю, как квочка.
— Да иди ты… в кухню, Фима, — зло огрызнулся старик. — Давай, пожрать Витьку разогрей чего-нить.
— Так, я тоже послушать хочу, че там было, — запротестовал Ефим.
— Мы щас придем на кухню, — сказал я.
Потом я зашуршал пакетом, встал, носком подвинул снятые ботинки в сторону.
— А че там у тебя за пакет? — Спросил Женя. — Че притащил-то?
— Пойдемте, мужики. Щас все расскажу.
Все вместе мы пошли в кухню. Я и Степаныч сели за стол. Женя подковылял к окну, приоткрыв форточку, закурил. Фима гремел чем-то в холодильнике.
— Короче, — я взял пакет и вытряхнул на стол пачки денег, — Короче, вот.
— Еб твою ма-а-а-а-ть… — протянул Степаныч.
Женя аж закашлялся, поперхнулся затяжкой.
— Че такое? — Обернулся Фима и, увидев бабло, удивленно расширил глаза.
— Откуда это? — Степаныч взял пачку зелени, — сколько тут?
— Давайте по порядку, — немного устало вздохнул я.
Все слушали внимательно, не перебивали. Когда я закончил рассказ, первым заговорил Женя:
— Вить, ну, нахера ты их взял? — Спросил он мрачно. — Если дело выгорело, надо было просто уходить, и все. Бандитского бабла не трогать. Ладно, замел ты следы с этим Корягой, но че будет, если нас все же вычислят? Короче. Я считаю, что от денег надо избавиться. Выкинуть куда-нибудь или вообще сжечь. Это бандитская капуста. Ничего хорошего от нее ждать не надо.
— Поздно выкидывать, — в угрюмой задумчивости проговорил Степаныч, подперев подбородок ладонью. — Уже поздно. Деньги мы взяли. А че с ними потом будет, бандосам уже не важно. Главное, что взяли. Сколько тут хоть?
Степаныч поплевал на пальцы, стал пересчитывать купюры.
— Ну и че теперь делать? — Спросил Женя, закуривая вторую.
Старик быстро посчитал бумажки, потом пачки.
— Двадцать семь кусков, — выдал он.
— Что теперь делать? Да, то же самое, что и раньше, — ответил я. — Работать, мужики. Работать.
* * *Через два часа в доме Косого