Яду, светлейший? Придворный маг

– Вот и правильно! – Юргас похлопал по плечу, повел обратно к столу. – Ставить нужно всегда на две карты. И уж точно не надеяться исключительно на мужчину, даже если он тебе муж или отец.
Смелое признание, но пустое. Уж чего-чего, а менять себя в связи со сменой фамилии я не собиралась.
– Час поздний, миледи. Я провожу вас!
Юргас не стал садится. Обойдя стол, фамильярно накинул на голову герцогини капюшон накидки, подал руку.
  
– Но?
Дама в растерянности посмотрела на меня то ли в поисках объяснения, то ли защиты.
– Все в порядке! – приободрила ее улыбкой. – Я невеста местного главы магической службы и гарантирую вашу безопасность.
Прозвучало пафосно и серьезно, а по факту… Но герцогине хватило и такого. С другой стороны, человек, проделавший долгий путь ради запретного зелья, обязан сознавать все риски.
Юргас с герцогиней неспешно удалились. Выскользнула следом, чтобы взглянуть, на чем прибыла столь важная особа, сколько человек охраны взяла. Увы, меня встретила лишь темнота и покачивающиеся над входом фонари. Не сквозь землю же они провалились!
– Кого-то ищешь?
Фу ты, пушной зверек!
Вздрогнув, через силу улыбнулась Линасу.
– Как ты меня напугал!
– Ты слишком зачастила к отцу. – Линас не ответил привычным поцелуем в щеку. – Вилкас сказал, была у него в среду…
– И?
Скрестив руки на груди, приготовилась держать оборону.
– Он темный маг.
Линас сделал паузу, выжидающе посмотрел на меня.
– И? – упрямо заладила одно и то же. – Мне теперь запрещено к нему приближаться? Если ты запамятовал, я ведьма, и у меня могут быть дела не личного порядка.
– Клиентов ищешь?
– А хоть бы и так! Запрещено? Тогда покажи приказ.
Линас тихо рассмеялся, тряхнул головой:
– Ты быстро учишься!
– А то! Я живу с крючкотвором.
Насчет «живу» несколько преувеличила, потому как переезжать на служебную квартиру жениха категорически отказалась. Останавливаться во время визитов в Колзий – да, а так у меня свой домик, сад, травы, как я без них?
А насчет крючкотвора сущая правда. Есть у Линаса один, но бесящий недостаток – любовь к разного рода инструкциям, отчетам, правилам. Свободолюбивой ведьме в моем лице порой хотелось прибить его за «а почему графа не заполнена?»
– Твой клиент случайно не в карете приехал? – Линас пропустил колкость мимо ушей и, как истинный инквизитор, попытался прижать меня к стенке. – Видел, когда шел сюда. Кто-то явно знатный, пять всадников охраны…
Пользуясь тем, что свет фонарей падал жениху в глаза, не позволял рассмотреть мою мимику во всей красе, фальшиво рассмеялась:
– Где я, а где клиенты в каретах? Разве только прихватит кого по дороге, врача не найдут, тогда и я сгожусь. Где ты ее видел, карету-то!
– У гостиницы.
Закатила глаза и, ухватив Линаса под локоток, спустилась с крыльца. Могла бы и не держаться, спускаться без опаски – отец о своем доме заботился. Это у других крыльцо обледенело, снег возле него не расчищен, у него будто летом, танцевать можно.
– То есть ты всерьез полагаешь, что некто топал сюда, из центра в предместье, ради встречи со мной? Нет, я, конечно, девушка красивая, – горделиво приосанилась и поправила меховую шапочку, – с некоторых пор известная, но не до такой степени!
– А Юргас?
– Что – Юргас? Он мне не докладывает, сам спроси. Все равно вам пора налаживать контакты.
– С ним наладишь! – тяжко вздохнул Линас.
Вроде, успокоился. Спросить, что ли, про Марюса? А, зачем портить вечер! Отец уже сподобился, хочу хотя бы остаток провести в тепле и уюте.
 
Глава 3
 
Квартира Линаса в Колзии оставляла желать лучшего. Руки чесались привести ее в порядок, но я мужественно терпела. Фактически здесь витал дух всех инквизиторов, некогда возглавлявших службу магического контроля, этакое сборное, по вещи от каждого, жилище холостяка от двадцати до восьмидесяти лет. К примеру, в комнате сохранилась ширма, на которой Мозе Аджис, предшественник Линаса, развешивал одежду для просушки и которой заслонялся от местных сквозняков. Не удивлюсь, если окаменевший помазок в ванной тоже его. Думала выбросить, но не решилась. Вдруг это памятный сувенир или, того хуже, переходящее знамя? Но от кое-чего на правах невесты я все же избавилась – от ковра. Это пыльное нечто только привлекало моль, не несло ни эстетической, ни практической пользы. Линас не возражал, да и вся окружающая обстановка свидетельствовала о том, что ему абсолютно все равно, где проводить ночи. Сегодня и мне предстояло спать среди кружевных салфеток и высоких подушек.
– Ощущение, будто я снова к двоюродной тетке попала!
Двумя пальцами приподняла край вышитой скатерти, покрывавшей овальный обеденный стол. На нем, как положено, ваза с цветами, книги, расчеты… И тарелка с огрызком яблока. Оно успело потемнеть, засохнуть – видно, лежит здесь со вчерашнего вечера. И ведь пока Аурелия не придет, никто не выбросит! Что-то не припомню, чтобы в список обязательных работ входила уборка.
– А, по-моему, уютно. Совсем не похоже на родительский дом.
Линас разулся, засунул ноги в мягкие войлочные туфли. Пару раз зевнул, мельком глянул на записи и сгреб их в ящик секретера в углу. Мог бы не беспокоиться, меня дела инквизиции не волновали.
– Давно хотел тебя спросить, – Линас, как истинный представитель своей профессии, умел приберегать важные вопросы на потом, – откуда у тебя кольцо?
Состроила большие глаза:
– Как – откуда? Ты сам купил.
Изображала невинность, а сама понимала, речь совсем о другом кольце, которое спешно, пока жених не видит, пыталась снять и засунуть в карман. Подарок матери Юргаса, простенькое серебряное украшение с рунами. Несмотря на натянутые отношения с отцом, решила-таки не гневить бабушку, носить ее артефакт. Как показали недавние события, защита лишней не бывает. Обычно я прятала кольцо под помолвочным, но иногда оно сползало. И надо же именно сейчас! Линас и так подозревал меня в очередных махинациях с Юргасом.
– Я о другом. Том, что ты только что запихнула в карман.
У него глаза на затылке, что ли?! Однако ведьмы просто так не сдаются.
– Любовник подарил. Вместе с огрызком яблока.
Помахала перед носом Линаса трофеем и отправила в тот самый карман, с расчетом, что жених побрезгует в нем копаться.
– Он богатый, красивый, – томно закатила глаза, игриво провела языком по губам, – отлично целуется, умопомрачителен в постели и готов бросить к моим ногам весь мир. Пока ограничился бриллиантами. Видишь, как в ушах сверкают?
По очереди повернулась к Линасу одним и другим ухом.
– Значит, отец, – любимый умел делать парадоксальные выводы.
Помрачнев, он задумался, словно истукан, замер на месте.
Подняла брови:
– Ты полагаешь, у меня любовная связь с Юргасом?
И рассмеялась.
– Я, конечно, ведьма, но не настолько! Нет никакого кольца, только твоя работа, от которой у тебя уже двоится в глазах. На кого ты стал похож! Решительно, я отказываюсь выходить замуж за привидение!
Лучшая защита – это нападение. Как любая женщина, я в совершенстве владела искусством переключения внимания. Не учла одного: меня угораздило влюбиться в инквизитора. Это то же, что темный маг, только на стороне добра. Оба подвида невыносимы, уж поверьте, я тесно общалась и с тем, и с другим.
– В последние две недели ты слишком много времени проводишь в предместье.
Линас, не мигая, смотрел на меня, словно с помощью магии пытался вытащить правду, но я точно знала: он не менталист.
– Ничего удивительного, – пожала плечами. – Там мой бывший дом, кладбище, где похоронена мама. Знаешь, сколько всего нужно усопшим! Это у вас, аристократов, поплакал на могилке, поставил памятник и свободен, а у нас… К тому же оттуда начинается дорога в Малые ямки. Мне из-за твоей паранойи теперь крюк делать, ходить через Большие?
  
Старалась ни жестом, ни взглядом не выдать своего волнения. Чего-то такого следовало ожидать, Линас слишком быстро успокоился у трактира.