Я попал в свою же книгу! Том 1 (СИ)

Безрукий Мидас покрыл свои обрубки золотом, чтобы не умереть от кровопотери.
- Мой талант «Фальшивый Симулякрум» позволяет мне воссоздать свою абсолютную копию, которая сражается вместо меня, пока не получает смертельных травм. Этой копией тоже руковожу я и ощущаю всё то, что ощущает она, пока моё основное тело скрывается в небытии. Естественно, я могу управлять лишь одной версией себя. Минусом моего таланта является лишь то, что копия обладает только половиной моей силы.
- Всё это время я сражался только с пяти десятью процентами твоей силы? И зачем ты мне это говоришь?
- Да, - кивнул Харуки. – Я говорю о своём таланте только тем, кому удаётся убить мою копию. Ты достоин похвалы, ведь это удалось мало кому.
«Чёрный Сердцеед» с самодовольной улыбкой удостоил Мидаса своими глухими аплодисментами.
- Ха-ха-хах-ха! – рассмеялся Мидас. – Все те, кого я убил бы взывали от обиды.
- Мне всё равно, - покачал головой Харуки. – Ты неплохо сражался и потому удостоился моей малой похвалы. Я убийца и убиваю кого скажут.
Убийца взмахнул клинком в воздухе, чтобы очистить тот от крови и вложил его обратно в ножны. Харуки достал из внутреннего кармана пачку сигарет и зажег одну из них у себя во рту пламенем, возникшем на кончике указательного пальца.
- Можешь встать поудобнее, чтобы я красиво отрубил тебе голову? И золотом покрой свою шею, пожалуйста. Мне нравятся трудности, - выдохнул полосу дыма вверх он.
- Могу. А можешь ли ты в ответ пощадить моего сына?
Мидас сел на колени покорно склонив голову. В каком-либо сопротивлении уже не было смысла. У него не осталось ни рук, ни приличного количества выносливости, чтобы противостоять врагу.
Он примет смерть и казнь, которую сам не раз устраивал над другими.
- Как наивно, - усмехнулся Харуки вынимая на секунду сигарету из рта. – Сколько твоих жертв умерло, моля о том, чтобы ты пощадил их семью?
- Сотни и я не пощадил ни одну.
- Не подумай, - покачал головой убийца. – Я не осуждаю тебя, ведь мне всё равно. Просто это забавно, как ты рассчитываешь на милость, когда сам её ни к кому не проявлял. Твой сын умрёт от руки «Золотого Дракона». И ты умрёшь с мыслью о том, что не смог его спасти.
- Как печально, всё же души убитых мной могут сегодня ликовать… - с тяжестью произнёс Мидас.
Харуки поднёс обнаженную катану к опущенной шее Мидаса. Та покрылась золотом, палач поднял вверх катану и одним быстрым точным взмахом опустил её.
«Чёрный Сердцеед» очистил взмахом меч от крови и вложил его в ножны, несмотря на свою жертву.
Только спустя секунду голова Мидаса упала с плеч и свалилась на асфальт, покрытый трещинами. Безголовое же тело упало в другую сторону. Кровь побежала по асфальту, заполняя трещины.
Этим днём глава «Золотых Ворот» Мидас был казнён. Его тело осталось гнить на дороге. Жители брезгливо будут его объезжать, возобновив движение на дороге и не удивляясь, что в городе стало на одну главу синдиката меньше.
Страх перед ним вместе с его смертью пропадёт и о нём забудут, как жители забыли о прошлых городских легендах. Такова была жизнь в городе.
 Глава 65. Не зацикливайся 
Харуки поднимался на лифте вверх, довольно выкуривая очередную сигарету во рту.
Лифт остановился, дверцы его открылись и внутрь вошла Акира с телом Аластора в руках. На ней вместо кимоно был строгий мужской костюм, который она позаимствовала у своего товарища из «Чёрных Йокаев».
- Чего такая хмурая? – посмотрел с удивлением на подавленное лицо сестры Харуки.
Дверцы закрылись, и они втроём стали подниматься выше.
- Аластор мёртв, - вздохнула она.
- Выглядит неплохо, хотя он очень и бледноват.
Её старший брат с подозрением оглядел лицо парня в руках Акиры. Чистое и бледное лицо Аластора не было здоровым, но и мёртвым его нельзя было назвать.
- Я смыла всю кровь, что покрывала его. До этого он выглядел просто ужасно. Весь в крови и неспособный даже слова произнести…
Акира стыдливо опустила голову на тело в своих руках.
 
- Я проиграла и должна была умереть… - тихо процедила она. – Василий пробил мою грудь копьём почти достигнув сердца. В моём теле не осталось крови, и я ощутила холод смерти. Но потом внезапно я очнулась вся окутанная светом. Аластор излечил меня, но потом без сил упал. И…
Девушка замолкла слегка смутившись.
Харуки, увидев заминку сестры хитро улыбнулся.
- Он не умер. Я видел его подобное состояние, когда он активировал мой артефакт высшей категории, - стукнул по своей катане Харуки. – Мне тогда тоже показалось, что он умер, но как оказалось это откат его таланта. Можешь не боятся.
- Чего?
Акира с паникой стала бить Аластора по щекам. «Золотой Дракон» никак не отреагировал.
Девушка приложила ухо к его сердцу, чувствуя, как слабо оно бьётся.
- Это тоже нормально?
- Ага, - кивнул Харуки. – Ему просто нужно время, чтобы очнутся. А что ты так запаниковала? Я думал, что ты обрадуешься его жизни. Неужели ты сделала, что-то что могла сделать только умирающему?
Акира отвернулась, проклиная то, как долго лифт добирается до верха муравейника.
- И что же? – вздохнул Харуки. – Сестрёнка мне нужно это знать как твоему старшему брату.
- Я поцеловала его… - немного покраснела Акира.
«Она умеет краснеть не от желания кого-то убить?» - закашлял внезапно дымом он.
- Ну это неплохая плата за спасение твоей драгоценной жизни, - откашлялся Харуки. – Первый поцелуй можно назвать наградой.
- Это второй.
- Вау, - захлопал глазами убийца. – И кто же украл первый поцелуй моей сестрёнки? Почему я об этом ничего не знаю? Я не видел никого кто бы был тебе близок. И кто этот парень? Мне стоит за тебя боятся? А может это девушка? Если это так, то знай я не осуждаю твой выбор и…
- Это тоже был Аластор.
- Как у него это получилось?
Харуки был тем ещё ловеласом и никак не мог понять, как у невзрачного Аластора могло получится украсть первый поцелуй его неприступной сестры.
- Я хотела его ошеломить, - вздохнула Акира. – Он вёл себя так уверенно со мной и делал вид, будто всё знает. Меня раздражала его самоуверенность, так как он слабак и я подумала, что поцелуем собью с него всю спесь. Но вместо того, чтобы обомлеть он просто продолжил наш разговор, будто ничего такого не было.
- Какая же ты иногда самонадеянная.
Харуки потрепал волосы Акиры, которая недовольно на него стала озираться. В детстве она часто пыталась отбиться от него, но с возрастом поняла, насколько тот сильнее её и потому Акира кротко терпела эти ласки.
- Что-нибудь ещё смущающего сделала, когда думала, что он умрёт?
- Спела ему мелодию, когда он терял сознание. Помнишь ту, которая пела нам мама в детстве?
- Конечно. Мама иногда её напевает, когда готовит чай. А ты знаешь, как она любит во время моих с ней встреч делать это.
«Чёрный Сердцеед» потушил сигарету и потянулся к следующей в кармане, выкидывая окурок на пол.
- Не кури, - остро взглянула на него Акира.
- Почему? Мы воины и наши тела полны магии, сигареты почти не вредят нашим лёгким.
- Почти, - фыркнула Акира. – Дело в Аласторе. Он сейчас в плохом состоянии и лучше заботится о его здоровье. Тем более пассивное курение гораздо вреднее!
Харуки закатил глаза на внезапное заявление сестры и закурил вторую сигарету.
Акира попыталась вырвать её из его рта одной рукой, но Харуки лёгким движением уклонился от неё нагнувшись.
- Если хочешь, то могу дать тебе пару любовных советов, - выдул дым в её лицо с наглой усмешкой он. – Ты же знаешь какой я мастер в делах амурных.
- Я не люблю его, - нахмурилась Акира. – Хотя, конечно, благодарна ему.
Девушка попыталась снова рывком забрать сигарету брата, но Харуки вновь резко нагнул свой таз, из-за чего его сестра ударилась об стену лифта.
С вызовом она смотрела на ненавистную сигарету в его рту.