Я попал в свою же книгу! Том 1 (СИ)

- Честно сказать на гораздо более слабый эффект…
Я пригляделся к лицу Мидаса, такому непривычно кроткому и пустому. Что-то похожее я видел, когда встретился с ним после взрыва в муравейнике «Д-28» и он вспоминал умершую жену, но даже тогда в его глазах был огонёк жизни.
- Лак!
К нам подошёл Пётр в таком же траурном наряде, как остальные.
- Давай поговорим, - сказал он Лаку.
- Хорошо, дядя Пётр, - кивнул Лак. – Я отойду.
Я быстро кивнул и вытащил из внутреннего кармана пачку сигарет. Вытащил одну, зажёг её магическим пламенем с пальца и глубоко затянулся, наблюдая за накрывающемся для поминок столом.
Шикарный с множеством разных экзотичных блюд на сотню человек стол с белой скатертью выглядел слишком богато для смерти дряхлого старика вроде Кленса. И конечно многие литры разного высококлассного алкоголя, чтобы напиться сегодня до потери воспоминаний об этом сером дне.
Приятный дымок заполонил меня, лаская мою душу в танце никотина. От спокойствия, который он мне дарует трудно отказаться.
Я помню его смерть такую бесславную и пустую. Я был там в невидимости под кольцом Гига и смотрел как его усталые глаза потухают.
Кленс был простым человеком без моральных принципов, которому повезло сдружиться с Мидасом. Да он был верным и это было его единственным положительным качеством.
Хотя я был не таким же, когда только решил вступить? Я оправдывал своё вступление нуждой, но разве не каждый так делал? Все они не считали себя плохими людьми при вступлении, а каждый плохой поступок списывали на нужду.
Сколько не думаю об этом всегда прихожу к мысли, что это было огромной ошибкой. Пускай мне нужны были деньги на операцию Апрель и собственные нужды, но я также мог их заработать игрой в казино.
- Не боишься? – меня окликнул Василий.
Он также как любой другой на этих похоронах был одет в траурный костюм, но в отличии от других не скрывал своего приподнятого настроения.
- Чего? – раздраженно ответил я.
- Что он нас сдаст.
Я проследил за его взглядом и увидел говорящих между собой Петра и Лака в отдалении от других.
- Он сделал слишком многое, чтобы нас сдать.
- Однако, его в отличии от нас не убьют, если настоящий заговор вскроется, - нахмурился Василий. – Я, конечно, понимаю, что ты используешь его, чтобы Мидас нам больше доверял, но зачем так сильно доверять самому Лаку?
Он мой друг.
Если я скажу, что-то подобное, то Василий рассмеётся. Лак не плохой парень, хотя и вырос среди моральных уродов, поэтому мне нравится с ним работать и не хочется его предавать.
- Чтобы он ничего не заподозрил.
- Что ты хочешь его кинуть? – усмехнулся Василий.
Василий видит в Лаке ненужное бремя, поэтому в сделке с ним мне пришлось пообещать убрать сына Мидаса. Не убить, но обезвредить. Забрать всё влияние и какие-либо претензии на титул главы синдиката.
Конечно, я соврал. Пускай Василий на нашей стороне он ничем не отличается от других бандитов, поэтому обманывая его я не чувствую угрызений совести.
- Да, а тебе лучше помалкивать об этом, - вздохнул я.
- Хорошо, «Золотой Дракон»…
Он усмехнулся, смотря внимательно на моё лицо.
- Нормально, что ты без маски?
Я дотронулся до своих щёк, не ощущая давления маски.
- Всё нормально. Большинство здесь члены синдиката, и я уже получил все их имена. Когда начнётся атака, всех кто видел моё лицо убьют.
- Даже Петра? – усмехнулся он. – С главой района шутки плохи. Он вполне может запросить у государства поддержки титульного героя.
Ты тоже есть в этом списке Василий…
- С ним всё сложнее, но если понадобится, то и его.
- Влияние «Чёрных Йокаев» настолько сильно?
Моё знание о секретах государства настолько страшно.
- Ага.
Василию о своей договорённости с ними я рассказал лишь в общих красках. Он не знает, что они заберут все деньги Мидаса, а лишь подозревает о проценте.
- С тобой шутки тоже плохи, - усмехнулся Василий. – Не знаю, как я буду тебя контролировать, когда стану главой.
- Мы уже это обсуждали. Почему вам всегда приходится всё повторять? Я не заинтересован быть главой. Мне главное, чтобы деньги поступали в мой карман.
 
- Я понимаю, но всё же слабо верится, когда человек вроде тебя говорит о подчинении кому-либо.
Кого он себе представляет, когда смотри на меня?
- Если не хочешь быть главой, то так и скажи, - закатил глаза я. – Мы подыщем кого-то ещё.
- Нет уж! Я буду главой! – возмутился Василий.
- Тогда не ной.
- Как умер Кленс?
Лак стоял рядом с Петром, разглядывая голые деревья вдали.
- Эдик убил его, из-за того, что Кленс узнал о его предательстве синдиката пару лет назад.
Он сказал ту же самую версию, которую Аластор скормил Мидасу.
- Нам повезло, что вовремя подоспели Василий с Аластором и убили Эдика до того, как он скрылся.
- Понятно, понятно…
Пётр едва слушал Лака, разглядывая фигуры Аластора с Василием в отдалении.
- Что-то случилось, когда Аластор вступил к вам.
Задумчивый взгляд маленьких глаз Петра зациклился на фигуре молодого парня едва переставшего быть подростком с тёмно-красными волосами, которые в темноте становились чёрными.
- Смерть высших офицеров, затем убийство Кленса, ну и конечно твоя внезапная заинтересованность в делах синдиката…
Лак спрятал испуг слегка грустной улыбкой, которую часто дарил Петру в детстве, когда тот навещал его отца в синдикате.
- Несчастья идут одно за другим. Похоже наступила чёрная для нас полоса.
- Если бы я не видел куда идёт течение, то ни за что не стал главой района, - покачал головой Пётр. – Лак, прошу обратись ко мне за помощью. Я вижу, что ты всего лишь мальчик на побегушках у тех, кто умнее тебя. Конечно, ты ничего не можешь им противопоставить, но у тебя есть я, который с радостью перевернёт всё, чтобы ты встал на первое место.
«Он знает о заговоре? Почему тогда не поможет моему отцу? Он же его друг!» - запаниковал в голове Лак.
- Ты всё ещё не понял такого жирного намёка? Ха-ха-ха!
Пётр громко рассмеялся, хлопая себя по толстому животу. Большая туша главы района наклонилась к лицу Лака.
- Мидас потерял свой былой огонёк и не желает больше расширятся. Ему не хватает амбиций, а главное он боится за тебя. Его время прошло, я приветствую тебя на его месте. Откажись от своей глупой шпаны и иди ко мне. Тебе не придётся предавать отца, который не видит заговора, из-за своей окостенелости. Мы просто куда-нибудь с тобой его сбагрим. В Сибирь, в психбольницу или вообще в тюрьму! Хоть кого-то туда кроме оппозиционеров наконец посадят!
- Вы всё понимали с самого начало? – тихо спросил Лак.
- Парень, я каждый день кручусь в заговорах, - усмехнулся Пётр. – Я вижу, когда инкумбента хотят скинуть.
- Кто такой инкумбент? – наивно спросил парень.
- Не важно, - покачал головой Пётр. – Я сказал достаточно.
Глава района отошёл обратно к своему другу Мидасу, болтая с ним о тех временах, когда они оба были шпаной, так непринуждённо, будто минуту назад он не предлагал Лаку сместить его.
«Вот тебе и дружба с детства…» - разочарованно смотрел за ними Лак.
После похорон, плотного ужина возле могилы Кленса, где я наелся до отвала, Мидас пригласил меня с Василием и Лаком к себе в тронный зал.
Он сел за свой золотой трон, где рядом лежал его огромный боевой топор, но выглядел Мидас уже не так пугающе, как в первую нашу встречу. В траурном наряде и ничего желающем взгляде легко виднелась его общая усталость от всего.
Мы втроём стояли и ждали его слов, пока он просто молчал, смотря в пустоту.
- Я планировал тебя сдать правительству, Аластор…
Что? Зачем он признаётся?
Я невольно огляделся. В тронном зале находились только мы. Он даже всю охрану выдворил, чтобы с нами поговорить. Неужели решил меня убить? Обезумел от смерти Кленса? Или всё прознал?