Когда мы виделись в последний раз

Кейт наблюдала за всеми, переводя взгляд с одного на другого. Она представляла, в чем они могут быть виноваты, что скрывают. Ей хотелось, чтобы все они убрались из ее дома. Теперь она могла откровенно разговаривать только с Блер.
Ее вдруг бросило в жар, она покрылась испариной и решила подняться наверх и переодеться. Выходя из гостиной, Кейт остановилась около охранника в холле:
  
– Я скоро вернусь. Проследите, чтобы Аннабел не выходила из этой комнаты. Ни с кем.
– Хорошо, мэм.
Кейт поднялась по лестнице. Порой она морщилась от тупой боли в лодыжке – травма все еще давала о себе знать. Капли пота выступили у нее на лбу. Войдя в спальню, она села на кровать, чтобы отдышаться. Потом она встала и прошла в гардеробную. Там она стала перебирать блузки – никак не могла решить, какую надеть. В какой-то момент нерешительность настолько овладела ей, что она застыла на месте, не в силах пошевелиться.
Что с ней происходит? Наконец Кейт схватила вешалку с темно-синей футболкой. Бросив вешалку на пол, она стащила с себя джемпер и натянула футболку. После этого она прошла по коридору в гостевую комнату, чтобы в ванной подкрасить губы помадой. Она открыла дверь ванной и заметила мелькнувшую тень. Тут кто-то был? Она в испуге обвела ванную взглядом. Нет, никого тут не было, но на краю ванны стояли три большие свечи, обычно стоявшие в подсвечнике в гостиной. Не просто стояли. Они горели.
Кейт резко обернулась. Сердце у нее забилось так часто, что кровь застучала в висках. Она выскочила из ванной, опустилась на колени и заглянула под кровать. Ничего и никого. Вскочила, подбежала к окнам, резким движением раздвинула шторы, в страхе представляя, что на нее кто-нибудь напрыгнет. Нет, в спальне никого не было. Вернувшись в ванную, Кейт задула свечи и поплескала водой на лицо. Опрометью сбежав по лестнице, она нашла Блер и отвела ее в сторону.
– Что случилось? – встревоженно спросила Блер. – На тебе лица нет.
– В ванной горели свечи. Я их точно не зажигала, – прошептала Кейт, испуганно глядя по сторонам. – Я это делаю только тогда, когда принимаю ванну, а сегодня я ванну не принимала.
Блер сочувственно смотрела на подругу. Она кашлянула и сказала:
– Кейт, дорогая. Вспомни: ты говорила, что примешь ванну до прихода гостей на праздник Аннабел. Ты уверена, что не зажгла свечи, а потом забыла их задуть?
Кейт ожесточенно помотала головой:
– Нет. В итоге я ванну принимать не стала. Я заснула, а потом мы смотрели мультик с Аннабел.
Кейт помнила, что они говорили с Блер по телефону… но разве она могла отнести свечи наверх? Кейт, врач, осознавала, что, возможно, ее психика могла выделывать фортели, ведь она так жутко устала, стала такой рассеянной, но все-таки… Нет, Блер явно ошибалась.
– Простите, доктор Инглиш. Куда мне это поставить?
Флер держала большой поднос с сэндвичами.
– Давай-ка, я скажу куда, – предложила Блер. – А ты присядь на минутку, Кейт.
Кейт обвела гостиную взглядом, остановила его на Саймоне. Он разговаривал с Селби. Наверняка ее обсуждают. Говорят о ее безумном поведении. Когда Саймон посмотрел на Кейт и заметил, что она смотрит на него, он тут же вернулся взглядом к Селби.
Селби рассмеялась. Над ней смеется?
А Картер завладел вниманием Блер. Он стоял рядом с ней – слишком близко. Так близко, что Блер отступила от него на шаг. Вот ведь поганец. Флиртует с другой на глазах у жены, а Блер явно чувствует себя неловко.
Кейт встала и подошла к ним:
– Прошу прощения, но мне нужна Блер. На минутку.
– Все хорошо? – спросила Блер, когда они ушли подальше от Картера.
– Да я просто-напросто спасла тебя, вот и все.
Блер улыбнулась:
– Спасибо. Он съел сэндвич с тунцом, и от него жутко пахло.
Почему-то это показалось Кейт жутко смешным, и она начала сдавленно хихикать. Вскоре они с Блер смеялись вместе, но мало-помалу смех Кейт стал истерическим, больше похожим на рыдания. Она прижала ладонь к боку и не в силах была остановиться. В гостиной стало тихо, все устремили взгляд на Кейт. Из-за этого она начала хохотать еще громче, и в конце концов у нее по щекам потекли слезы.
К ней подошел Саймон и отвел ее в сторону:
– Что тебя так развеселило?
Кейт оттолкнула его:
– Ты лучше пойди с Селби поговори. Вы с ней тоже весело смеялись.
Саймон посмотрел на нее так, словно она сошла с ума:
– Да что с тобой? Мы просто разговаривали.
– Ты всегда оправдание найдешь, да?
Кейт ушла от Саймона. Она какое-то время ходила по гостиной, и ей очень хотелось, чтобы праздник поскорее закончился. Изначально планировалось дождаться восьми часов вечера, пропеть «Happy Birthday» и разрезать именинный торт, но теперь Кейт было нужно, чтобы гости разошлись до того момента, как она, что называется, развалится на части.
В половине восьмого она решила поторопить события. Она поискала глазами Саймона, чтобы тот помог ей с подарками, но его нигде не было видно. Впрочем, как всегда: его никогда не было рядом, когда он был нужен Кейт. Кейт взяла столько подарков, сколько могла, и понесла в столовую. Там она уложила их на столик и пошла в кухню, чтобы найти Флер. Они взяли торт и тарелки, и в этот момент открылась дверь, ведущая в дом из гаража, и вошел Саймон.
Кейт с раздражением посмотрела на него:
– Я тебя искала. Где ты был?
– Нигде. Просто вспомнил, что оставил телефон в машине. – Он похлопал по карману. – Тебе что-то нужно?
– Забери оставшиеся подарки из гостиной и отнеси в столовую, – распорядилась Кейт и, не глянув на мужа, вышла из кухни.
Затем Кейт пригласила всех в столовую, и, как только Саймон выключил свет, Флер внесла именинный торт с горящими свечками и серебряный нож. Саймон поспешил принести оставшиеся подарки, и все хором пропели «Happy Birthday». Когда Аннабел задула свечки, комната погрузилась в темноту.
– Папочка, включи свет! – прозвучал на фоне общего негромкого смеха испуганный голосок Аннабел.
Свет зажегся. Кейт увидела, что все подарки лежат на большом столе. Но нож… Серебряный нож исчез. Кейт была готова вскрикнуть, но увидела, что нож держит Саймон и собирается разрезать торт. Кейт испустила вздох облегчения.
– Ну-ка, детка, – сказал Саймон и положил руку дочери поверх своей руки. – Давай разрежем твой именинный торт вместе. Первый кусок тебе, потому что ты именинница.
Кейт улыбнулась, глядя на дочку.
– Когда все угостятся тортом, ты должна будешь распаковать подарки.
– Угощайтесь, – сказала Аннабел, и торт стали передавать всем гостям.
Аннабел съела два кусочка и положила вилку.
Она посмотрела на Кейт:
– Мне хватит, мамочка. Я больше не хочу. Можно мне уже посмотреть подарки?
Кейт рассмеялась.
Она подвинула коробки с подарками ближе к Аннабел. Та выбрала квадратную коробку, завернутую в синюю бумагу и украшенную большущим желтым бантом. Аннабел попыталась развязать бант, но он никак не поддавался. Пришлось Кейт ей помочь. Через несколько секунд Аннабел разорвала упаковочную бумагу, открыла коробку и обнаружила игру «Яркие искры» – подарок от Кейт.
– Ой! Как раз то, что я хотела! – радостно воскликнула Аннабел.
Добравшись до середины горки подарков, Аннабел подвинула к себе маленькую прямоугольную коробку, завернутую в простую белую бумагу, украшенную красными блестками:
– Смотри, мамочка, как красиво.
Аннабел развернула бумагу и подняла крышку коробки. Кейт наклонилась к дочке, чтобы лучше рассмотреть, что в коробке.
– Дай-ка мне посмотреть, – сказала она и взяла коробку у Аннабел. – Кто тебе это подарил? Где открытка? – У Кейт задрожал голос.
  
– Что там? – Саймон поднялся из-за стола.
– Мамочка! Я хочу мой подарок!
Аннабел протянула руку и попыталась забрать коробку у Кейт.
Кейт в панике обвела взглядом столовую и снова посмотрела на коробку, которую держала в руках. Внутри коробки лежал маленький деревянный гробик – шестиугольный и с одного края конический – в стиле Дикого Запада. Кейт ахнула и попятилась от стола, вытащив гробик из коробки.