Когда мы виделись в последний раз

– Всех с Рождеством, – сказала Сабрина. – Я не хотела мешать вашему празднику. Заехала, только чтобы отдать подарки по дороге к моему другу.
Саймон посмотрел на Кейт так, словно хотел извиниться. Блер крепче сжала ножку бокала. Ничего себе. Ну и наглость. Явиться в Рождество. Да еще и так разодеться?
– Привет, Сабрина, – скованно проговорила Кейт. – Пожалуйста, входи.
Саймон, явно сдерживавший напряжение, предложил Сабрине выпить.
  
– С удовольствием, – ответила она. – Ты знаешь, что я люблю.
Кейт свирепо посмотрела на Саймона, но он старательно избегал встречаться с ней взглядом. Блер наблюдала, как Саймон смешивает коктейль с мартини. Он протянул Сабрине бокал. Та сделала крошечный глоток и поставила бокал на журнальный столик – весьма небрежно. Напиток выплеснулся через край.
Кейт хмыкнула, встала, промокнула мокрое пятно салфеткой, а другую подложила под бокал.
Сабрина посмотрела на Кейт:
– Прости, Кейт. Я случайно пролила. – Не дожидаясь ответа, она подошла к Аннабел: – Привет, моя сладкая. У меня для тебя подарок.
«Ее сладкая»? Блер поверить не могла, что Кейт стоит рядом и ничего не говорит.
– А что это? – с улыбкой спросила Аннабел.
Сабрина протянула ей коробку, завернутую в зеленую фольгу и перевязанную красной бархатной ленточкой.
– Спасибо, – прошептала Аннабел зачарованно.
Открыв коробку, она увидела куклу «Truly Me American Girl» [49] – со светлыми кудряшками и карими глазами, как у Аннабел.
– Она на меня похожа! – воскликнула Аннабел.
– Сабрина, тебе не обязательно было покупать подарок для Аннабел, – произнесла Кейт натянутым голосом.
Сабрина даже не подумала посмотреть на Кейт. Она беззастенчиво, по-свойски убрала локон со лба девочки.
– А мне захотелось. Правда, она хорошенькая, Аннабел?
– Какой чудесный подарок, – сказал Саймон. – Как ты хорошо придумала, Сабрина.
Блер посмотрела на него. Вот мерзавец. Позволяет своей любовнице красоваться перед женой и тестем. Похоже, это дарило ему какое-то извращенное удовольствие. Блер вполне могла представить, как потом эта парочка будет хихикать, вспоминая эти минуты. «Ну уж нет, – решила она. – Я сорву с тебя маску, подонок, чего бы это ни стоило». Какое эта дрянь имела право заигрывать с Аннабел? Блер хотелось вырвать куклу из рук дочери Кейт. Кровь прилила к ее лицу, она была вне себя от возмущения и гнева.
Аннабел прижала куклу к груди:
– Я ее люблю!
– Есть еще кое-что! – Сабрина вытащила из бумажной сумки еще один подарок – коробку конфет «Godiva». – Это тебе, Кейт. Я же знаю, как ты любишь шоколад.
С этими словами она положила коробку на столик перед Кейт.
– Спасибо, но у нас для тебя подарка нет, – сказала Кейт.
Сабрина улыбнулась ей:
– Ничего страшного. Достаточно вашей дружбы. Вы с Саймоном были так добры ко мне в эти последние месяцы. Для меня это первое Рождество без папы. Было так тяжело…
Кейт ответила Сабрине натянутой улыбкой.
– Да, ну что ж, спасибо тебе за подарки. Очень любезно с твоей стороны, – проговорила она подчеркнуто вежливо. – Но я понимаю, ты спешишь туда, где тебя ждут на праздник.
С губ Саймона сорвался нервный смешок.
– Сабрина, спасибо, что заглянула к нам. Я провожу тебя до двери.
Затем из прихожей донеслись их приглушенные голоса, но разобрать, о чем они говорили, было невозможно. Все сидели в напряженном молчании и ждали возвращения Саймона. Наконец Кейт встала и разгладила юбку.
– Почему он так долго? – процедила она сквозь зубы и шагнула к двери, но в этот самый момент Саймон вернулся.
Саймон пожал плечами:
– Я просто ее проводил.
Кейт указала на оттопыренный карман пиджака Саймона:
– А это что?
Он вздохнул:
– Мы можем об этом позже поговорить?
Блер посмотрела на Харрисона, гадая, так ли же неловко он чувствует себя, как она.
– Что она тебе подарила? – повышенным тоном спросила Кейт.
Саймон что-то вынул из кармана и протянул Кейт:
– Это принадлежало ее отцу. Она подумала, что я бы хотел его носить.
Кейт открыла маленькую коробочку и широко раскрыла рот от удивления:
– Кольцо? Она подарила тебе кольцо?
– Я же сказал, это перстень ее отца. Ты знаешь, как мы с ним были близки.
Блер видела, что Кейт готова взорваться, и она не могла винить подругу в этом. И все же Кейт следовало отдать должное – она умела владеть собой.
– Поговорим об этом потом. Я должна позаботиться об ужине, – ледяным голосом произнесла Кейт. – И еще… Хильда, – сказала она, оглянувшись на пороге, – выбросьте эти конфеты. Для меня они небезопасны, и Сабрина, скорее всего, знала об этом.
Когда Кейт вышла из гостиной, Харрисон подошел к Саймону, и они начали разговор. Говорили они слишком тихо – Блер не расслышала о чем. Может быть, Харрисон делал Саймону выговор о том, что только что произошло. Блер была так зла, что готова была молнии метать.
До конца вечера Рождества гнетущее напряжение так и не развеялось. Когда наконец все начали расходиться по своим комнатам, Блер с радостью ушла к себе, в гостевую комнату рядом со спальней Кейт. Комната была просторная. Одну стену целиком занимали высокие – от пола до потолка – окна, закрытые светло-серыми шелковыми шторами. В одном углу стояли мягкое кресло и оттоманка с белой обивкой, а напротив них разместилась широкая кровать. Цвета были мягкие, приглушенные, они придавали комнате чувство покоя и безмятежности. Особенно же в эту холодную декабрьскую ночь радовал горящий камин. Блер приняла ванну и только-только забралась под одеяло и собралась почитать перед сном, как вдруг услышала сердитые голоса рядом со своей дверью. Она села и старательно прислушалась, пытаясь разобрать слова, но ничего не вышло. Блер провела так несколько минут, но так же внезапно, как голоса возникли, они утихли. Она снова улеглась и раскрыла книгу. Но тут звякнул мобильник, и она посмотрела на экран, подумав, что пришло сообщение от Дэниела. А пришло сообщение в Фейсбуке от Картера.
Спасибо за запрос о дружбе. А вдруг ты свободна и у тебя будет время поужинать? С удовольствием бы поболтал с тобой наедине. Много поцелуев.
Блер улыбнулась и напечатала ответ:
С радостью. Как насчет «Prime Rib» завтра вечером?
Картер отозвался через несколько секунд:
Не могу дождаться. Встретимся в восемь вечера?
Это свидание.
  
Глава двадцать первая
 
На следующее утро, как только Кейт проснулась, события дня Рождества нахлынули на нее бурной волной. Она вспомнила о том, как к ней в дом явилась Сабрина, и злость вспыхнула с новой силой. Кем она себя возомнила? Какое право имела дарить Аннабел эту куклу? Таких кукол просто так не купишь, их делают на заказ, значит, подарок был заранее продуман.
Кейт взяла мобильник и позвонила детективу Андерсону.
– Андерсон слушает, – отозвался он после первого же гудка.
– Я хочу, чтобы вы снова занялись Сабриной Митчелл.
– Доктор Инглиш?
– Да, это Кейт. Вы меня услышали.
– У вас расстроенный голос. Что-нибудь еще произошло?
– Эта женщина вчера явилась в мой дом с подарками для моего мужа и моей дочери. И она подарила моему мужу кольцо. Кольцо!
– Какое кольцо? – осведомился детектив.
– Это перстень с печаткой, он принадлежал ее отцу. Она наговорила какой-то ерунды – типа того, что знает, что отец хотел, чтобы Саймон его носил. Но я знаю, что у нее на уме. Она себя так ведет, будто Саймон – ее муж. Я говорила моей матери, что она хочет встать между нами. – Слова теперь сами слетали с языка Кейт. – Моя мать собиралась поговорить с Саймоном – она знала про него и Сабрину. А вдруг они вдвоем это задумали?
  
– Я еду к вам.
Кейт открыла дверь спальни и пришла в ярость, увидев, что рядом со спальней Аннабел никого нет. Где же Алан?