Архангел (СИ)

– Не думай, что поверила тебе, – я спрятала пистолет за поясом брюк. – И перестань ко мне лезть! Даже не подходи близко! Метр от меня – вот разрешенная дистанция! Все понял?
– Полли, кого на самом деле ты приехала искать в этот город?
– Убийцу, – ответила я и подошла к окну.
– Своих родителей?
Я не ответила.
– Ты вообще знаешь, что с ними произошло?
– У меня нет доступа к их делу, – одернула штору и посмотрела на улицу, освещенную тусклыми огнями фонарей.
– Но ты знаешь, что их обвинили в работе на одну из крупных сетей.
– Когда агентов обвиняют в предательстве, слухи об этом всегда распространяются по конторе. Особенно бравировать этим любят завистники, чтобы уколоть побольнее. Дочь предателей, – я улыбнулась сама себе и отошла от окна. – А что в этом затхлом городишке делаешь ты? – остановилась в метре от него.
– Работаю.
– На сеть? – я даже хмыкнула. – Тебя сослали на родину за грязные делишки в прошлом, и теперь ты пытаешься отмазаться от грязных делишек, которые проворачивал здесь? Не думай, что твой опыт работы на контору поможет тебе меня обмануть. Ты – подозреваемый в предательстве архиерей. И когда начнется зачистка, тебя убьют.
– Тебя тоже, – спокойно ответил он. – Если не будешь меня слушать и делать, что я говорю.
Я щелкнула пальцами и провалилась во второе измерение. Уоррен упал вместе со мной. Я обрушила браслет на голени, который он на меня повесил, и вернулась в первое измерение. Уоррен попытался подойти ко мне, но я выставила ладонь вперед.
– Метр от меня!
– Как скажешь, – он отступил на шаг назад.
– Ты знаешь, где искать Эндрюса Годфри?
– Думаю, он мертв и где-нибудь закопан. И убила его не сеть, потому что сеть сама его разыскивает.
– Его убил четвертый подельник?
– Тебе кажется это логичным? – Уоррен обошел кровать и вернулся в кресло. – Если бы четвертый в их группе хотел следы замести, он бы сперва убил Донохью в больнице, чтобы рот ему закрыть. Потом устранил бы Годфри. Я согласен с тем, что эти ребята приехали в С., чтобы раскрутить дело о сети черной Жатвы в округе Т. Но ты пытаешься их связать с тремя другими делами, а они могут быть к ним не причастны. Что, если в одном приюте познакомились трое или четверо парней, у которых по тем или иным причинам был повод приехать сюда, чтобы не мстить, а найти ответы? Донохью собирал информацию о причинах гибели брата. Ему помогал Джонс. Годфри мог познакомиться с Софи Крейн для того, чтобы соблазнить ее и тоже вытянуть информацию. Напомню тебе, что Софи Крейн забеременела и, когда Одьен Ригард сообщил Годфри, что у любовницы неприятности, Годфри поехал к ней в больницу. Так поступают те, кто собирается убить? Они позволяют себе секс без контрацепции? Ты повесила на этих парней клеймо убийц, но все материалы дела говорят о том, что они такие же искатели правды, как и мы с тобой. Мотив четвертого возможного участника их группы мог быть не известен остальным. У них вообще могло не быть четвертого участника.
Я присела на кровать.
– Но Годфри собирал компромат на Мэйю Соммервиль!
– Это ничего не значит. Он мог следить за ней, чтобы понять: она в сети или к сети не имеет отношения.
– Допустим, так и есть. Тогда, кто желает столкнуть Ригардов и сеть лбами?
– Назовем его «Некто». Что мы знаем о Некто?
– Он напал на Мэйю Соммервиль в больнице. Предположительно, убил Софи Крейн, ее мужа, Азали Горна и Поука Соммервиля. Повесил красный билет на дверь Алексис Ней.
Уоррен задумчиво потер подбородок.
– У Некто как минимум три цели. Сеть, Ригарды и клан Алексис Ней. Мотив?
– Месть, – ответила я.
– Вот и давай работать с тем, что есть.
– У нас ничего нет!
– Отчего же, – хмыкнул Уоррен, – мы знаем время, когда на дверь Алексис Ней повесили билет. Есть записи камер с улицы, где находится офис Азали Горна. Приблизительное время смерти Поука Соммервиля в С. – с двенадцати до двух часов дня. Хронология событий дает подсказки, где искать. Билет на двери Алексис Ней в Р. появился около трех часов дня. Азали Горна в офисе убили около четырех дня. Р. и С. находятся друг от друга на достаточно большом расстоянии. Даже убийство через порталы из третьего и четвертого измерений ограничены дистанцией до цели.
 
– Некто должен был быть недалеко от своих жертв, – сделала вывод я.
– Да. И перемещался он, скорее всего, на машине. На выездах из Р. и С. на автомагистрали установлены камеры. Нужно сначала проверить их. Возможно, вычислим машину, которая ездила туда-сюда в окне происшествий в Р. и С.
– А если он воспользовался старой дорогой? – спросила я.
– Будет сложнее, но можно поднять записи с камер на улицах перед выездом на эти дороги в Р. и С.
– Ты представляешь, какой это объем работ? – я исподлобья взглянула на него.
– Ну, у тебя же есть люди. Пусть помогут.
– Нужно ехать и изымать записи, – я встала.
– Доверь это своим людям. Нам с тобой нужно поговорить с соседями Алексис Ней. Возможно, кто-то из них видел человека, который повесил красный билет на ее дверь. И говорить с архиереем высшего уровня, смотрящей на них свысока, они не станут. А вот с архиереями не при исполнении и в неформальной обстановке – вполне.
Я достала из кармана ключ от машины и бросила ему в руки.
– Подожди в машине.
– Стесняешься переодеваться в присутствии своего Desima? – он вскинул брови.
– Ты не мой Desima!
Уоррен улыбнулся.
– Мои отношения с женщинами всегда казались мне чем-то обыденным и посредственным. Я не понимал восторгов своего брата, когда он начал встречаться со своей будущей женой. Влюбленный Билли казался мне дураком, которого за штаны притянули к алтарю. Мне тридцать пять лет, и я никогда не влюблялся. Дружба, уважение, секс, в конце концов, – это не любовь. «Где же мой рассвет?» – спрашивал я себя. Может, мне просто не дано испытать то, что могут испытывать другие? Ты не задавала себе тех же вопросов?
– Нет, – я покачала головой. – У меня таких проблем не было.
– Ты очень красивая, знаешь об этом?
– Спасибо за комплемент, – отрезала я.
– Мой рассвет пришел ко мне в офис, – он улыбнулся шире. – Такая строгая и высокомерная. Но я заметил, что нравлюсь тебе.
– Может, оставим уже эту тему? – разозлилась я. – Тебе все равно ничего не обломится!
– Знаешь, когда я окончательно убедился, что ты – та самая?
– Уволь! – буркнула я и полезла в шкаф за спортивным костюмом.
– Когда ты сунула руку в задний карман моих джинсов и окатила меня таким выбросом, что я едва сдержал стон!
– Не было у меня никакого выброса! – я схватила костюм и бросила его на кровать.
– Ты, значит, и сама не поняла, что это было, – Уоррен встал и прошел мимо меня. – Зато сейчас раскраснелась. Ладно, жду тебя в машине.
Как только он вышел, я бросилась к зеркалу. Чертов Райт прав! Щеки полыхают! Соберись, дура! Тебя используют! Грамотно льют в уши то, что хочет слышать каждая женщина от красивого мужика. Это только слова. За ними ничего нет, кроме подставы. Используй его так же, как и он тебя. Получай информацию. Анализируй. Выбирайся из ямы, в которую угодила.
Я переоделась, созвонилась с Шатски и поручила ему новое задание, свернула все голопроекции и остановилась у двери. Если Уоррена действительно тренировал мой отец, значит Райт был одним из агентов конторы. Либо он продолжает работать на контору, либо нет. Правды мне никто не скажет. Алексей достаточно быстро и просто принял его в группу расследования. Он знает, что Райт действующий или бывший агент? Наверняка. Но зачем Алексей приставил его ко мне? Райт уверен, что меня отправили сюда неслучайно. Поговорить с ним обо всем на чистоту я смогу только в пятом измерении. В других измерениях всегда есть вероятность быть подслушанными. Поэтому он спровоцировал меня на переброс в пятое. И ни словом не обмолвился о моем отце в первом. Значит, я на верном пути. Соберись, Полли. Скоро будет развязка.