Романов. Том 6 (СИ)

— Государь и великий князь Русского царства! — громко оповестил собравшихся слуга.
Рюриковичи уже сидели на своих местах и сейчас поднимались, чтобы поприветствовать монарха.
— Садитесь, — сухо велел Михаил II, первым занимая свое кресло.
Сегодня не было журналистов, что только подчеркивало серьезность момента.
— Итак, — заговорил царь, положив ладонь на столешницу, — я уже ознакомился с делом. Потому перейдем к обсуждению. Какие выводы сделаны из этого инцидента?
— Романовы нас всех обманули, — заявил Можайский со своего места. — Что обещал тебе княжич? Никаких больше внешних врагов на нашей земле? Оперативное реагирование на угрозы? А по итогу дочь одного из нас пришлось отдать замуж за немца, чтобы избежать позора. А второго сына и вовсе попытались убить в центре столицы.
Государь кивнул.
— Я тебя услышал. Михаил Викторович, ты, как пострадавшая сторона, что скажешь?
Соколов был хмур и зол. Но держал себя в руках.
— Очевидно, что вина лежит не на княжиче, государь, — произнес он негромко.
Остальные едва слышно зароптали, выражая несогласие. Но великий князь Выборгский продолжил:
— Нельзя винить Дмитрия Алексеевича в том, как мы распорядились его подарком, — сказал он, глядя исключительно на государя. — Я знаю, как и все присутствующие, что «Оракул» работает ровно так, как обещал княжич Романов.
Михаил II хмыкнул.
— Чего же ты тогда хочешь? — спросил он.
— Я хочу, чтобы человек, виновный в допущенных ошибках покаялся. И каялся до конца своих дней, — ответил великий князь Выборгский, расправив плечи. — Я не прошу, государь, я требую, чтобы твоя супруга была лишена всех титулов и привилегий, после чего приняла постриг и больше никогда не вернулась к мирской жизни.
Вот теперь великие князья были с ним полностью согласны. Слово взял Апраксин.
— Я готов свидетельствовать, что княжич Романов непричастен к нападению, — объявил он. — Те, с позволения сказать, люди, которые напали на великого княжича Выборгского, это доработанные версии прототипа, который я передал несколько дней назад в руки Дмитрия Алексеевича. И я прекрасно заметил, насколько шокирован был княжич, когда увидел найденного мной киборга.
— Так, может быть, он его и доработал, — хмыкнул Можайский.
— У меня есть копии его отчетов по анализу, — холодно взглянув на великого князя Киевского, отрезал Петр Глебович. — Княжич не делает такой халтуры, а ближайший срок для создания первой машины на основе нашего киборга — три месяца.
— Ты перепроверил его слова? — уточнил государь, нахмурив брови.
— Разумеется, — кивнул тот. — Мои специалисты подтвердили, что если все будет так, как утверждает Дмитрий Алексеевич, у него действительно уйдет не меньше квартала до первых результатов. Вместе с тем Дмитрий Алексеевич по первому требованию может вскрыть защиту любого государства. Лгать о своих проектах для него — недостойно. В этом мы уже все убедились.
Михаил II покивал в ответ на его слова.
— Итак, Романовы не связаны с происходящим. Тогда с чего вы взяли, что царица виновна? — уточнил он.
Ответил Соколов. Михаил Викторович поднялся из-за стола и заговорил:
— Я взял на себя смелость пригласить князя Романова Алексея Александровича, — объявил великий князь Выборгский. — У него на руках доказательства того, что нападения в Москве можно было бы избежать, если бы царица больше времени уделяла своим обязанностям.
Царь несколько секунд молча смотрел на него, после чего кивнул.
— Хорошо, пусть заходит.
Когда двери в зал совещаний раскрылись, Алексей Александрович вошел, гордо держа голову. Остановившись на положенном этикетом расстоянии, князь Романов поклонился царю, напрочь игнорируя остальных Рюриковичей.
— Государь, я принес с собой копию записей, которые обнаружил мой сын, Дмитрий Алексеевич, — объявил князь Романов. — Эти доказательства были собраны им за несколько часов.
Последнее явно было сказано неспроста, и сидящий за столом великий князь Киевский едва уловимо усмехнулся.
— Показывай, — разрешил государь, кивая на стоящий рядом с собой ноутбук.
 
Князь Романов поклонился вновь и, вытащив флешку из внутреннего кармана пиджака, вставил ее в разъем.
— Прошу, государь.
Алексей Александрович отступил на несколько шагов и замер, не глядя на Рюриковичей.
Михаил II тем временем открыл запись и запустил трансляцию на большой экран.
Великие князья повернули головы к экрану. Весь путь, который проделал «Оракул» по приказу княжича Романова, повторился в полной тишине.
Вот обнаружился склад в Подольске, кадр остановился, позволяя всем присутствующим рассмотреть лицо работника, отшатнувшегося от морозильной камеры. И тут же появилось дело об ограблении, окончившееся смертью царского человека.
Государь хмуро смотрел на уголовное дело, после чего поднял трубку одного из установленных тут же телефонов.
— Подполковник, я сейчас перешлю вам номер дела. Добудьте мне все необходимое по протоколу.
Выслушав ответ, Михаил II положил трубку и, взявшись за мобильный, отбил сообщение.
И только после этого продолжил просмотр. Никто, разумеется, государя не торопил. Дело о нападении на великого княжича Выборгского только что обернулось делом о царских людях. А значит, и ответственность будет совсем иной.
Но Рюриковичи не боялись, никто из присутствующих на этом совете связан с атакой не был.
История повторилась, когда государь остановил запись на таможне. Отдав очередное распоряжение, Михаил II выглядел гораздо строже, чем раньше.
А дальше началось самое интересное. «Оракул» переместился на территорию протектората Германского рейха. И в считаные секунды раскрыл ячейку Британской разведки.
— Лихо, — выдохнул едва слышно великий князь Киевский.
Государь бросил на него грозный взгляд из-под нахмуренных бровей.
Видео продолжалось. Появлялись накладные с грузом, затем изображение переместилось в Испанскую Америку. Дальше вновь вернулось в Евразию. Имена и фамилии участников высвечивались одно за другим. Практически к каждому имени шла запись — иногда лишь звук, иногда вместе с видео.
Из Греции «Оракул» вновь вернулся в Речь Посполитую, высветив типичное имя одного из участников русской делегации.
— Михаил Викторович, я жду твоего комментария, — не предвещающим ничего хорошего великому князю Выборгскому голосом произнес царь.
— Этот сотрудник был послан заранее и занимался подготовкой к трехсторонним переговорам, — процедил сквозь зубы Соколов, сжимая кулаки.
— Похоже, он не только переговоры готовил, — вставил великий князь Литовский.
Государь обратил на Петра Глебовича свой взгляд, и тот замолк, убрав ухмылку с лица.
— Уверен, что ничего сказать не хочешь сейчас, Миша? — чуть усилив голос, спросил царь.
— Он мне ответит, — прорычал тот.
Государь кивнул и включил запись дальше. И личное дело посольского тут же высветилось сбоку от основной картинки. Предатель был убит во время похищения Анны Михайловны.
Но и на этом запись не кончалась. Великие князья увидели того же подчиненного Соколовых, но на этот раз — выходящим из особняка великого князя Московского. Несмотря на маскировку, не опознать предателя было невозможно. На этом запись оборвалась.
— Вот, значит, как, — произнес государь. — Что ж, Емеля выбрал свой путь.
Однако князь Романов негромко кашлянул, привлекая внимание впервые за те пятнадцать минут, что шло воспроизведение.
— Имеешь что добавить, Алексей Александрович? — глядя на него суровым взглядом, спросил царь.
— Да, государь, — склонив голову, ответил князь Романов. — Все данные, полученные моим сыном, могут быть проверены твоими людьми. Операторы твоего «Оракула» смогут без проблем подтвердить, что запись настоящая.
Михаил II несколько секунд смотрел на князя.
— Обязательно проверят, — сказал он. — А пока что ты можешь идти, Алексей Александрович.
Князь поклонился государю и покинул зал. Рюриковичи провожали его взглядами в полном молчании. И лишь когда двери закрылись, слово вновь взял Соколов.