Моя в наказание (СИ)

Он целует недолго, а потом ищет взгляд.
— Можем дома остаться.
Возможно, он ловит мои эмоции, но оценивает их неправильно. Дает мне последний шанс, от которого я отказываюсь, мотая головой. Останемся — лучше мне не станет. А там хотя бы люди. На людях я играю до последнего.
Айдар раскрывает ладонь. Я вкладываю в нее свою. Чувствую сжатие. Он разворачивается. Я ступаю следом.
Закрываю ненадолго глаза, доверяя ему свой путь и, в каком-то смысле, свою жизнь. Хотя, в то же время, я опять совсем ему не доверяю.
* * *
Меня подмывает заговорить с Айдаром еще по дороге в ресторан. Но за рулем сегодня не он, а водитель. При постороннем человеке — не могу.
На нейтральные темы тоже не получается, поэтому преимущественно мы молчим.
Машина останавливается возле декорированного огнями заведения. Оно манит тусклым светом и уютом. Отталкивает видом собравшихся внутри незнакомых мне людей.
Я никого из них не знаю. И знать не хочу. Но кто заставлял соглашаться, правда же?
Прячу волнение. С готовностью переплетаю наши с бывшим мужем пальцы. Пытаюсь примерить на себя роль его жены. Представить, что я согласна с таким состоянием вещей и не боюсь, что вся его сила и мощь когда-то еще раз обернется против меня.
Высок ли шанс прожить вот так всю жизнь? В заботе? Под его крылом? Конечно. Набраться наглости. Время от времени давить напоминанием, как жестоко он со мной поступил. Получать всё пропорционально силе его любви и вине.
Во мне, как и в любом человеке, есть темная сторона. И ей этот план очень даже нравится. Хочет мстить? Пусть мстит. Я сделаю вид, что ничего не знаю.
Но светлая… Ей никого не жалко. Честно. Только непонятно: а я точно его выбираю? Или опять смиряюсь, как когда-то с волей отца?
Неважно, по какой причине. Но свой выбор я в реальности сделать могу?
Мои вопросы остаются при мне и без ответов, а мы попадаем внутрь за несколько минут до начала официальной части. Я успеваю увидеть Вячеслава. Встрече с ним я правда рада. Улыбаемся друг другу, здороваемся кивками голов.
Айдара здесь, конечно же, знают. Он представляет меня. Я не запоминаю ни имен, ни отличительных черт.
В шпионки я больше не гожусь. Стала рассеянной.
Для всех отныне я «моя жена, Айлин».
Через поры внутрь себя пускаю удивление, заинтересованность и ненавязчивые оценки чужих глаз. Жены не возникают из ниоткуда. Уверена, многих может заинтересовать, кто я такая. Почему вдруг. И почему колец-то у нас нет.
Но сплетничать и выспрашивать некогда. Нас зовут в зал к сомелье.
Чтобы отвлечься, я стараюсь внимательно слушать. Гости садятся за довольно большой общий стол. Сомелье зовут Виктор. Он, судя по всему, человек именитый. Рассказывает немного о себе, о ресторане, потом — о том, что мы сегодня будем пробовать. Официанты разносят подходящие для вин закуски и наполняют бокалы.
На спинке моего стула покоится рука Айдара. Он сидит так не осознанно. Вроде как ограждает меня. А я задыхаюсь. Моя шея — голая. Но вокруг нее сжимается удавка.
Что будет, если я скажу, что хочу уйти? Я услышу «нет» и сразу всё пойму?
Чувствую его взгляд. Поворачиваю голову. Он смотрит внимательно. Улавливает, что не все в порядке. Я вру, улыбаясь.
Он должен был мне сказать, что хочет разъебать город, оставив после нас — пепел? Не могу ответить однозначное «да». Но его манера… Она же не меняется с годами. Всё одно и то же. Одно и то же…
Порочный круг, с которого мне не соскочить. И бег по которому меня ужасно пугает.
Я пропускаю половину рассказа сомелье об аппеллясьонах — официально признанных зонах выращивания винного винограда в Италии. Пытаюсь поймать суть за хвост, но она ускользает.
Беру бокал за ножку. Покачиваю. Втягиваю запах.
— Можешь не пить, — Айдар хочет, как лучше, но во мне разжигает сильный протест. Я делаю глоток даже больший, чем планировала.
Смотрю на него.
— Мне интересно. И вкусно.
Желание делать в пику — детское и неуместное. Но маятник раскачивается.
Официальная часть длится пять бокалов и заканчивается бурными аплодисментами и заслуженными похвалами сомелье.
 
Многие участники мероприятия выстраиваются в круг, чтобы задать Виктору вопросы, которые оставил его рассказ.
Я, как безмолвный придаток к Айдару, становлюсь частью еще одного круга. Этот вечер вдруг начинает сильно напоминать другой из прошлого.
Тот, на котором пять лет назад я уже была с Айдаром. Тоже в столице.
С дружелюбно улыбающимися людьми, каждый из которых готов вгрызться в глотку и рвать.
Становится зябко.
Веду свободной рукой по плечу той, которую сжимает Айдар. Его голос, как ни странно, успокаивает. Он звучит спокойно и дружелюбно. Даже не верится, что тоже умеет… Вгрызаться… Рвать…
Моргаю несколько раз, успокоиться хочу. Подумать, а Сафие как лучше будет? Это же самое важное — чтобы хорошо было Сафие.
Новую войну с ним я не потяну. Все больше и больше склоняюсь к тому, чтобы собрать из брызгов новый мыльный пузырь.
Ловлю на себе заинтересованный взгляд чьей-то миловидной спутницы. Она глазами говорит, что не против завести со мной беседу. В спину подталкивает знание, что и Айдар этого хотел бы, но тормозит собственная неготовность. Разве у нас найдутся общие темы? Она спросит, кто я. А кто я? Не знаю даже…
Рву ненужный мне зрительный контакт, чувствуя легкий стыд. Кручу головой. Задерживаюсь взглядом на знакомом мне Вячеславе. Точнее это он меня цепляет. Подмигивает, я улыбаюсь.
Ставит бокал на стол и приближается.
Мне в ухо льется сладкий укор:
— А невесту мою почему не привели?
— Ей рано дегустировать, Вячеслав. Разве что морковный сок.
Хватаюсь за возможность поболтать ни о чем с единственным знакомым человеком, который почему-то не отталкивает.
Хочу повернуться к нему лицом, немного шевелю пальцами, но Айдар не пускает. Встречаемся взглядами — хмурится. Я снова шевелю — поддается. Я обретаю силы и вместе с ними растет страх на него положиться. Хочу дистанции. А ему страшно меня отпустить. Знаю это, но к решению прийти не могу.
Как не могу и реализовать свой план. Тревогу чувствую кожей. Совершаю только полуоборот и веду взглядом по просторному залу. Задерживаюсь на дальнем углу — гардеробной у входа.
Там как раз пальто снимает и с улыбкой передает администратору человек, которого я в жизни встретить больше не хотела бы.
Наум Барич поправляет пиджак, я тянусь к шее.
Не сомневаюсь ни секунды, что его приход — не случайность. И он явился не просто поужинать.
Мир — чертовски тесен. Жернова снова приходят в движение.
  
Глава 41
 
Айлин
Конечно же, Наум присоединяется к нашей компании. Чувствует себя среди незаинтересовавших меня незнакомцев как рыба в воде. Улыбается, жмет руки, выслушивает подколки и оправдывается за свое опоздание.
Да, он всё пропустил. Но поздно узнал. И подтвердить не мог. Да и вообще, скорее всего, ехать не собирался.
Почему собрался — я не знаю, но чувствую.
Из-за Айдара.
Наум не подходит к нам с бывшим мужем. Не проявляет явного внимания. Айдар к нему тоже. Но я ощущаю, как напрягается каждой мышцей и сгущает вокруг себя тучи.
Не могу разделить с ним гнев. Немного даже злорадствую. Получается, не всё и далеко не всегда происходит так, как хотелось бы Айдару Муратовичу Салманову.
Есть вещи, ему неподвластные. Вот такой их холодный нейтралитет — это компромисс, а не победа.
Мы с Наумом пересекаемся взглядами. Он кривовато усмехается, я отвожу глаза.
Еще чего не хватало на него реагировать…
Я давно не двадцатилетняя глупая девочка. Жизнь меня достаточно потрепала, чтобы сейчас я могла не дрожать осиновым листом. Бывало и хуже.
Мы с Айдаром, не сговариваясь, делаем вид, что ничего не изменилось. Подозреваю, обоим кажется, что показательные побеги с хлопками несуществующих дверей на пользу не пойдут.