Победив, заточи нож

– Чего надо?
– С донесением к господину графу де Ла Валь.
– Сейчас доложу.
Ждать пришлось недолго. Вскоре в воротах открылась дверь. Я спешился, взяв лошадь за повод, повел за собой. Здесь, в отличие от деревни, люди не спали. По двору бегали слуги, отблески света факелов играли на доспехах замковой стражи, откуда-то слышалась приглушенная ругань. Я стоял под охраной двух солдат, пока не пришел Колен в сопровождении одного из воинов, которых выделил графу его друг. Он вгляделся в меня, потом сказал:
– Иди за мной.
В отличие от королевского замка, поместье виконта не имело такого большого количества галерей и лестниц, поэтому мы довольно быстро оказались у дверей покоев графа, находившихся на втором этаже. Сразу отметил, что в замке виконта стоит нездоровая, нервозная обстановка, так как и здесь у двери стояло двое воинов. Слуга, уже ожидавший у двери, сразу пошел доложить о моем приходе. Граф сидел за красивым резным столом в кресле с высокой спинкой. Лицо у него было усталое и напряженное.
– Тебе есть что сказать, Ватель?
– Да, ваше сиятельство.
– Говори кратко и быстро.
Не успел я закончить свой предельно краткий доклад, как за дверями послышался шум, затем в комнату ворвался виконт. Он был зол и возбужден.
– Извините меня, что я так врываюсь, но если сведения, которые привезли вам, касаются смерти моей дочери, то я хочу услышать их здесь и сейчас. Вы мне сказали, граф, что ваши люди идут по следам злодеев. Так они схвачены?
– Они схвачены и допрошены, дорогой виконт. Те сведения, что мне только что доставили, будут весьма неприятны для вашего слуха, но вы должны мне пообещать, что возьмете себя в руки и не будете предпринимать никаких поспешных действий.
Вот только все получилось наоборот – слова графа разожгли еще больший гнев в сердце хозяина поместья. Даже при тусклом свете двух свечей, стоявших на столе, был виден огонек бешенства, светившийся в его глазах.
– Я здесь хозяин! И только мне решать…
– Виконт, прошу вас, успокойтесь! – граф вскочил на ноги. – Не совершайте непоправимой ошибки!
– Мою дочь убили! Убили! Ее больше нет! Ничего слышать не хочу! Я хочу прямо сейчас видеть этих злодеев! Я хочу знать правду!
– Виконт, сядьте, и давайте поговорим спокойно.
– Я хочу знать правду, и я буду ее знать! Если вы мне сейчас ее не скажете, то этого человека, – он ткнул в меня пальцем, – бросят в подвал и будут пытать до тех пор, пока он не расскажет мне все!
Виконт, стоявший в трех метрах от меня, уже спустя несколько секунд мог захрипеть и рухнуть на пол. Именно такое желание у меня появилось после его необдуманных слов, вот только, к сожалению, это были только мои мечты.
– Хорошо. Вы желаете знать все, извольте! Ватель, расскажи, господину виконту, всю правду, ничего не утаивая.
«Как скажете, господа, только ничего хорошего из этого не получится».
Звенели уздечки, лязгали доспехи, слышались возбужденные крики и ругань наемников. Не успел отряд построиться, как створки ворот сразу пошли в стороны. Не успела прозвучать команда выдвигаться, как перед наемниками вдруг неожиданно вышел граф в тускло блестевших под лунным светом доспехах и громко закричал:
– Слушайте все! Я граф де Ла Валь, эмиссар короля! Вы идете к своей смерти! Граф де Круа уже собрал своих людей и ждет вас! Вам об этом сказали, но вы не знаете, что у его поместья прямо сейчас стоит большой отряд жандармов из Буржа, которых я вызвал! И последнее! Вы видите воинов, которых я привел! Они ударят вам в спину, когда начнется схватка! У вас не будет ни победы, ни жизней! Вы идете на смерть! Решайте прямо сейчас, стоит ли вам умирать!
После его слов наступила тишина. Она длилась недолго, несколько секунд, но и так было понятно, что слова графа дошли до всех сердец, а особенно до наемников, которые составляли большую часть отряда. Они воевали ради звонкой монеты, а мертвым деньги не нужны. Настроение в отряде резко изменилось, но прочувствовал ли это возбужденный и взбешенный виконт, осталось непонятным, потому что в следующую секунду он скомандовал:
  
– За мной! Вперед!
По брусчатке зацокали копыта нескольких десятков лошадей, выносивших всадников за широко распахнутые ворота. Вот только солдаты виконта и наемники скакали без возбужденных криков, в полном молчании. Умирать из них никому не хотелось.
«Граф, молодец, сделал сильный ход», – подумал я, вскакивая в седло.
Мы поскакали вслед за отрядом виконта в полной темноте. Просто удивительно, что никто не свернул себе шею в этой бешеной скачке. Где-то спустя час мы увидели зарево огней. Командир жандармов оказался неплохим психологом, подсветив свое местоположение множеством факелов. Стоило наемникам оценить мощь отряда, как воинский дух, что еще оставался в них, пропал окончательно, и они стали придерживать лошадей. Виконт кричал, ругался, махал мечом, а потом, развернув лошадь, кинулся на бронированные шеренги сам, вместе с десятком верных людей. Их приняли на пики, и стоило виконту с лязгом грохнуться на землю, как его люди стали бросать оружие и сдаваться. К этому времени подъехал граф со своим отрядом. Как только он понял, что произошло, то подозвал меня и сказал:
– Возьми телегу и вези пленников в поместье графа.
– Слушаюсь, господин граф.
Так как боя не произошло, отряд виконта просто развернули и отослали обратно в поместье, а его самого с небольшой свитой под охраной отправили в замок графа де Круа.
Для начала мне пришлось навестить дом старосты деревни, который нашел мне телегу, после чего я поднял на ноги хозяина таверны и взял у него еды и вина для своих солдат. Впрочем, с четырьмя жандармами, которых мне выделил граф для сопровождения, это было несложно, так как солдаты не спрашивали, а просто били ногами в двери и выволакивали хозяев на улицу. Когда я вернулся к месту нашей стоянки, уже перевалило за половину ночи. У почти потухшего костра дежурил Реньо. Вскочив на ноги, он явно обрадовался моему появлению, при этом радостно сообщил, что у них все хорошо и пленники живы, только надоели им уже хуже горькой редьки, постоянно стонут и ноют, мешая спать. Остальные солдаты, проснувшись, весьма обрадовались еде и вину.
Я осмотрел пленников. «До виселицы доживут, а больше им и не надо», – мысль была циничной, но она отражала действительность, в которой я сейчас жил.
Дал солдатам немного времени перекусить, после чего, погрузив пленников в телегу, мы отправились к замку графа.
Прибыли мы в его поместье, когда небо только-только начало светлеть. Все еще спали, и я думал, что теперь у меня наконец появилась возможность выспаться, вот только опять не угадал. Как видно, слугам был дан строгий приказ, как только я появлюсь, сразу доложить об этом графу де Ла Валь. Полусонный, зевающий во весь рот, я предстал перед королевским эмиссаром. За спиной графа маячил его бессменный секретарь Колен.
– Привез?
– Да, господин граф. У меня к вам большая просьба. Можно мне немного поспать?
Он посмотрел на меня удивленно-сердито: как это так, господин не спит, а слуга заявляет, что хочет спать.
– Ладно. Иди. Колен, проводи его.
Я провалился в сон, стоило мне только коснуться головой подушки, и не знал, что уже через час в подвале замка начался допрос, на котором присутствовала весьма представительная комиссия из двух графов и виконта. Нанятый шевалье Огюстом де Ломени убийца не стал испытывать судьбу, поэтому стоило ему оказаться в камере пыток, как он стал рассказывать дознавателю, приехавшему в замок по приказу графа, все, что знал об этом деле. Допрос де Ломени, который пытался все отрицать, несколько затянулся, но опытный палач заставил его говорить. Как для де Круа, так и для виконта показания шевалье стали настоящим шоком.
Проснулся я уже за полдень, и что самое интересное, спал без кошмаров. Не торопясь привел себя в порядок, а потом отправился искать, где тут можно перекусить. Настроение было не то чтобы отличное, но при этом довольно близкое к этому состоянию. Я сделал свое дело и теперь свободен, как птица. Найдя Барра и Реньо, которые сидели в тени замковой стены и играли в кости, я поинтересовался, где можно поесть, после чего пошел в указанном мне направлении в сторону кухни. Вернувшись, присел рядом. Барр скромно намекнул мне о вознаграждении, но я сказал, что как только сяду на коня, чтобы ехать в Тур, так они и получат свое серебро. Какое-то время я смотрел, как они лениво ругаются, звенят серебром и кидают кости, пока не задремал. Неожиданно я почувствовал, что меня кто-то трясет за плечо. Открыл глаза. За плечо меня тряс Барр, но приказал ему разбудить меня секретарь графа, стоявший в нескольких шагах от меня.