Победив, заточи нож

Сориентироваться, куда идти, было уже несложно, поэтому я быстро добрался до постоялого двора, а затем вошел в зал таверны. Занята была только треть зала, поэтому среди посетителей я почти сразу увидел сидящего в глубине зала Луи в компании двух мужчин. На столе перед ними стояли два кувшина с вином и блюдо с тушкой какой-то птицы. Шевалье, заметив меня, помахал рукой, подзывая, и тут сразу в мою сторону повернулись его новые приятели. Мужчины лет тридцати, крепкие и поджарые, одетые по последней моде, но при этом не имевшие на одежде никаких украшений.
«Компанейский ты у нас мужик, шевалье. Уже успел себе найти новых собутыльников. Что ж, посмотрим, что за люди. Не дворяне, не купцы, не ремесленники… – автоматически стал прокручивать у себя в голове варианты, выстраивая психотипы этих людей, пока шел к столу. – Может, его боевые друзья? Нет, слишком молоды. Лица загорелые, но не обветренные. Значит, не солдаты, а наемники. Тогда чего они здесь забыли? Отбыли контракт?»
Подойдя к ним, представился:
– Клод Ватель. У меня лавка в Туре.
Я не просто так представился, так как знал, что наемники презрительно относятся к буржуа, и теперь мне было интересно посмотреть на их реакцию.
– Роже. Жан, – назвались они, при этом у обоих был вид, словно они любимого брата встретили. – Садись с нами, приятель!
Наемники, насколько я мог убедиться на личном опыте, в первую очередь, солдаты, равнодушно относящиеся к человеческой жизни и страданиям других людей. Смелые и решительные при выполнении своего долга, но при этом невежественные, алчные, грубые и неразборчивые в средствах. Опыт общения с шотландцами, которых я нанял для дела «Красных плащей» в Туре и рассказы-воспоминания Жерара Бриоля, бывшего наемника, говорили сами за себя. Вот только Роже и Жан не выглядели грубыми и себялюбивыми солдафонами, которым нравилось подминать под себя, ломая, людей, что было весьма странно, тем более что они выглядели довольно пьяными. Я было снова подумал, что они просто старые друзья Луи, но в разговоре скоро выяснилось, что они познакомились здесь, в таверне. Мы допили стоявшее на столе вино, после чего я заказал еще один кувшин, но при этом сказал, что устал сегодня и собираюсь пораньше лечь спать. После моих слов я должен был получить порцию ругани, но вместо этого они стали шутливо высмеивать меня, говоря, что время детское, а мы взрослые мужчины. Теперь мне окончательно стало ясно, что это не те люди, за которых они пытаются себя выдать, так как наемники никак не относились к категории обходительных и вежливых людей. Вывод: наемные убийцы и они пришли именно за мной.
Стоило мне подтвердить свои подозрения, как предо мной встала новая задача: сработать на опережение. Изображая веселого и пьяного буржуа, заманить убийц в ловушку, а затем выпотрошить. По-другому никак – или ты убьешь, или тебя убьют. Когда в стране кровь льется как вода, и нет ничего дешевле, чем жизнь человека, надо уметь говорить на языке насилия. Иначе не выжить. Их появление, как ни удивительно, даже в какой-то мере порадовало меня, так как, во-первых, подтвердило мои предположения, а во-вторых, появился шанс, что они выведут меня на пока невидимых врагов. К тому же мне было интересно, как они могли меня так просто найти. Чтобы не затягивать представление, я сделал вид, что опьянел. Стоило им это увидеть, как наемники, в свою очередь, решили, что пора заканчивать, и пригласили нас пойти в бордель, где есть отличные девчонки.
– Отлично, парни! – пьяным голосом воскликнул я. – То, что надо! Прямо сейчас и пойдем.
При этом я встретил предупреждающий взгляд Луи, который, словно о чем-то хотел меня предупредить, но я сделал вид, что ничего не заметил. Мы вышли из таверны и, весело переговариваясь, пошли по опустевшим улицам. Мне, как и наемным убийцам, требовалось тихое местечко, но они лучше знали город, поэтому я предоставил им выбор. Отыгрывая роль торговца, я рассказывал им про закупку тканей, при этом неумеренно жестикулировал руками, чтобы не насторожить отдельным резким жестом внимание наемников. Я дождался момента, когда те переглянулись, видно готовые на нас напасть, и в моей руке вдруг неожиданно появился кинжал, а в следующее мгновение вскрикнул Роже, которому я вонзил лезвие в бедро. Его невольный крик отвлек напарника и дал фору Луи, тот отскочил в сторону на пару шагов и выхватил из ножен кинжал. В следующую секунду в руках наших убийц тускло заблестели при лунном свете лезвия длинных ножей, вот только Роже, судя по гримасе боли на лице и прижатой к бедру руке, которой он судорожно пытался зажать кровоточащую рану, уже было не до драки. Даже при свете луны было видно, как его правая светло-зеленая штанина потемнела от крови. Головорезы только сейчас поняли, что сами попали в ловушку, и теперь лихорадочно пытались понять, как из нее выбраться. Вот только я не собирался давать им время для размышлений.
  
– Мне не нужны ваши жизни, приятели, мне лишь нужен тот, кто вас нанял. Я даже готов вам заплатить за сведения, а чтобы вы могли убедиться в честности моих намерений, просто достану кошелек и кину к вашим ногам. Хорошо?
Головорезы прекрасно понимали, что это был наилучший выход из создавшейся ситуации, к тому же деньги и были главной целью их жизни. Если у Жана имелся шанс убежать, то у Роже оставалась надежда сохранить свою жизнь, только согласившись на мое предложение. Именно поэтому он, как я и предполагал, быстро ответил:
– Мы согласны.
Переложив кинжал в левую руку, правой залез в поясную сумку, достал кошелек и бросил его перед наемными убийцами. Тот шлепнулся на землю с тихим, приглушенным звоном.
– Впрочем, вас двое, а я человек не жадный. Вот, держите еще один, – и я снова запустил руку в сумку.
Убийцы не отрывали от нас настороженных глаз, ловя малейшее движение, но при этом все же не смогли правильно среагировать на мой резкий и неожиданный бросок. Вместе с моим коротким вскриком «Бей!» туго набитый кошелек с деньгами ударил в скулу Жана, словно кулак. Луи сумел доказать, что он опытный боец, в то же самое мгновение бросившись на ошеломленного внезапной болью наемника, и когда тот неловко попытался отразить удар, сумел ловко полоснуть своим кинжалом по руке убийцы, державшей нож. Вскрикнув от боли, Жан уронил нож, а уже в следующее мгновение к его шее прижался кинжал Луи.
– Только дернись, падаль, – негромко предупредил он убийцу.
Роже даже не попытался прийти на помощь напарнику. Вместо этого, тяжело хромая, он отступил назад, прижался спиной к стене дома и выставил перед собой нож. Быстро подобрав кошельки, я сначала прислушался к звукам ночного города, но не услышав ничего подозрительного, повторил вопрос:
– Так кто вас нанял?
При этом я заметил, как Роже бросил быстрый взгляд на своего напарника, который, очевидно, был главным в их паре. Они знали, что рано или поздно их убьют, но каждый раз после очередного кровавого дела оба делали вид, что им плевать на смерть, хотя сами в душе радовались, что остались живы. Вот и сейчас, в минуту смертельной опасности они страстно хотели жить, хотели отсрочить это страшное мгновение. Именно поэтому оба чуть ли не наперебой, в жалкой надежде, что им сохранят жизнь, рассказали мне все, что знали.
Эта история началась в таверне «Упрямый баран», где целыми днями сидит Толстый Жерар, старый бандит, давно отошедший от прежних дел и теперь ставший посредником у грабителей и убийц. Время от времени он им подкидывал работу, вот и сегодня свел их с дворянином, которого они раньше никогда не видели. Жан коротко описал его: мужчина средних лет, черноволосый, нос с горбинкой, взгляд жестко-колючий. Одет богато, на пальцах – три перстня. Один из них очень понравился Жану. Он был выполнен в виде змеи, которая в пасти держала изумруд. Он предложил им найти и убить человека, который только сегодня приехал в Бурж, но при этом не дал никакого описания, а вместо этого сказал лишь имя: Клод Ватель. Для начала он предложил поискать его в «Голове сарацина», а если того там нет, то поговорить со стражниками, стоящими у ворот. Мне сразу стало ясно, что я очередной раз лопухнулся, недооценив мозги местных товарищей.