Развод. Стать мамой вопреки (СИ)

Мои предчувствия оправдались. Таинственная женщина смотрела на наши окна. Мне не показалось и не приснилось. Она действительно следила за нами.
Что ей от нас нужно? Когда она от нас отстанет?! Может, она душевнобольная, и не ведает, что творит? Огромное количество вопросов крутились у меня в голове, но ни на один я не находила ответ.
Может, эта девушка — родственница биологической мамы Оли? Тогда почему бы ей просто не подойти ко мне, и не поговорить? Я же не кусаюсь. И в то же время я понимала, что если она подойдёт, и будет просить отдать Олю, то даже за все богатства мира я никому малышку не отдам! Как бы меня не уговаривали!
Я представила личико Оли, и нежность разлилась у меня в душе. Она такая очаровашка! Я очень сильно её люблю!
Уложившись в постель, я не могла уснуть. Нервы совсем расшатались! Я встала, и выпила успокоительное. Затем опять легла в кровать. Выглядывать в окно я побоялась…
Утром я позвонила Артёму, и рассказала о женщине, которая уже два дня стоит у меня под окнами.
— Я боюсь и волнуюсь за Олю. Вдруг она опять захочет её украсть, — жаловалась я ему.
— Я приеду, и мы позвоним Егору. Ты всё ему расскажешь. Сама ничего не предпринимай. Не забывай, у тебя ребенок, — строго велел Артём.
— Я буду ждать…
Оля еще спала. Я умылась и накрасилась. Даже если у тебя ребенок и мало времени, всё равно надо хорошо выглядеть!
Я достала ноутбук. Пока Оля спит, я немного поработала. Через десять минут я услышала сопение, и, посмотрев в кроватку, увидела два широко раскрытых глаза, которые уставились на меня.
Встав во весь рост, она что-то пыталась мне рассказать на своём «детском» языке, но я не понимала. Тогда она пальчиком ткнула мне в рот.
До меня дошло, что ребёнок голоден! Кашка у меня уже была готова, и стояла в теплом месте.
Умыв малышку, я отнесла её на кухню. Кашу Олечка уплетала за обе щеки. А ещё с удовольствием умяла песочную печеньку.
Вдруг тишину разрезал звонок телефона. На дисплее высветился неизвестный номер.
— Татьяна Андреевна? — спросил мужской голос с той стороны.
— Да, — ответила я, почему-то волнуясь.
  
ГЛАВА 35
 
— Вас беспокоит нотариус — Константин Фёдорович Письмецов.
От удивления у меня закружилась голова, и я присела на край стула.
— Я Вас слушаю, но не понимаю. В чем дело? — еще больше начала волноваться.
— Вам нужно срочно приехать к нам в контору, — сказал голос из телефона.
— Что-то случилось? В чём проблема?!
— Поговорим при личной встрече. Это не телефонный разговор.
— Где Вас найти? Оставьте мне адрес, и я приеду.
На следующее утро я оставила Олю на попечение своей мамы. Она очень любила возиться с малышкой. Девочка тоже была привязана к своей бабушке, как когда-то я в детстве.
— Ба-ба, ба-ба, — говорила она ей, и тянула ручки для обнимашек. У них взаимная любовь.
Побродив немного по улице, я сориентировалась и нашла контору.
В коридоре конторы было несколько кабинетов. На одной двери висела табличка — Письмецов Константин Фёдорович.
Я решила, что мне сюда, и рванула ручку.
— Добрый день, — поздоровалась я, переступив порог кабинета.
— Добрый, — ответил мужчина, сидевший за столом
Он молча уставился на меня, не понимая, что я делаю в его кабинете.
— Я Прохорова Татьяна Андреевна. Вы вчера мне звонили и просили прийти. Так вот, я пришла. Но, если честно, не понимаю — зачем?
— Ах! Это Вы! Мы так долго Вас искали. Скорее всего, не Вас, а Вашу теперь уже дочь. Но так как Вы ее законный опекун, то вступать придется Вам.
— Подождите. Куда вступать? Объясните мне. Я ничего не могу понять!
— В права наследства. Куда ж ещё вступать-то! Ваша дочь — единственная наследница Прохорова Николая Борисовича.
Руки у меня похолодели, и ноги подкосились. Хорошо, что рядом стоял стул, и я присела на него.
— Так не бывает, — сказала я, еле шевеля губами.
— Ну вот! Вы ничего не знали. Зато к нам уже дамочка приходила. Кажется, Ирина зовут. Она требовала на неё наследство оформить. Видите ли, она почти жена. Так в законе нет таких родственников — почти жена. А дочь — есть.
 
Спустя несколько минут до меня дошло, что Бог, он всё видит… И воздаёт каждому по заслугам. По моим щекам побежали слёзы, и Константин Фёдорович протянул мне стакан воды.
— Я надеюсь, что это слёзы радости и счастья, — сказал он мне.
Утвердительно кивнув головой, я принялась пить воду, понемногу приходя в себя.
Я была растеряна и напугана вдруг свалившимися на меня обязанностями и ответственностью. Мысли ураганом проносились у меня в голове, но я взяла себя в руки.
Решила не откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня. И поехала на фабрику прямо из нотариальной конторы.
Пройдя через проходную, я отправилась по давно знакомому коридору в кабинет директора.
— Здравствуйте. Я новая владелица фабрики, — ошарашила с порога всех присутствующих в комнате.
При этом моё сердце вылетало из груди, но я старалась держать деловой вид.
Лица присутствующих вытянулись, и они торопливо начали вставать.
— Так неожиданно… Но мы рады Вас видеть, — сказал начальник по мебельному производству.
И все присутствующие начали поддерживать его.
Приехав домой, я всё рассказала маме. И так радовалась! Мы больше не будем снимать квартиру, а вернёмся в свой дом.
Оле там будет намного удобнее. Комнаты там больше, и куда светлее. Будет где малышке побегать! Да и свой двор для девочки лучше, чем дорога почти у самого подъезда. Я закажу ей горки и качели. Организую песочницу! Придумаю ей много разных развлечений. Ребенок не будет скучать, а наоборот — активно развиваться! Оля должна себя чувствовать любимой доченькой своей мамы.
В доме я подберу для неё самую тёплую комнату! Чтобы моя девочка зимой была в тепле и радости. Да и для нашей Сони частный дом намного лучше, чем квартира. Там, в закрытом дворе, она сможет играть и бегать хоть целый день, а я не буду волноваться о е! безопасности. Тем более, что Соня знает каждый закуток этого двора.
Одна Олечка ничего не понимала. На данном этапе её жизни мама — самое большое богатство.
Вечером приехал Артём. Я рассказала ему о моих дневных приключениях. Он очень радовался и за меня, и за Олю.
— А с переездом я вам помогу. Вы только скажите, когда?
— Обязательно скажем, — ответила я.
— Давай Соню выгуляю, — предложил Артём.
Она, услышав свое имя, быстро подбежала к двери. И стоя там, поглядывала на Артёма.
— Идём, идём. Не волнуйся так, — сказал Артём, обращаясь к Соне.
Пока Артём выгуливал собаку, мы с мамой готовили ужин. Олечка сидела рядом на детском стуле, и очень старалась нам помочь, макая ручки то в сахар, то в муку.
Наш с мамой разговор прервал выстрел на улице.
  
ГЛАВА 36
 
Я подбежала к окну. На улице весь в крови стоял Артём. Сердце у меня чуть не выпрыгнуло из груди! В жилах застыла кровь, а в голову ударила паника.
— В скорую звони, в скорую! — услышала я голос мамы, и пришла в себя.
Вызвав медиков, я быстро спустилась к нему. Он был ранен, но держался.
— Танюша, это та женщина, что хотела Олю украсть! Я уже позвонил Егору. Он сейчас приедет.
Вся жизнь у меня пронеслась перед глазами. Но ничего, мы найдем её.
Приехала скорая помощь и полиция. Медики осмотрели Артёма. Пуля прошла по касательной, не задев кость. Ему оказали помощь. Перевязали руку, и сделали укол обезболивающего. Артёму стало немного легче, и он отказался ехать в больницу.
Мы вернулись в квартиру. На улице было очень холодно. В это время подъехал Егор.
— Нет, какая наглость! Таня, ей что-то надо от тебя. Она постоянно крутится рядом. Она хочет забрать твоих близких людей. Подумай хорошо. Может у тебя есть враги?
— Нет у меня врагов… Не успела нажить. Со всеми мирно старалась жить. Может я, просто, чего-то не помню.