Развод. Стать мамой вопреки (СИ)

— Куда? На улице так холодно, — спросила я с удивлением, и попыталась сопротивляться.
— Ты мне обед должна. И больше ждать я не намерен, — решительно сказал он, и потянул меня к двери.
— Постой. Я в тапочках! Отпусти, переобуюсь, — выдохнула я.
Подбежав к шкафчику, я начала переобуваться. Быстрыми движениями я натянула ботинки и завязала шнурки. Поднявшись, поправила пальто.
Артём, развернувшись, смотрел на меня. Мы дружно расхохотались. Шапка сдвинулась мне на глаза, и, по-видимому, я очень смешно выглядела.
Успокоившись от смеха, Артём сказал: "Танюша, нам надо серьёзно поговорить". Он смотрел мне в глаза, а моё сердце замирало. Но я быстро взяла себя в руки.
— Надо, значит, поговорим, — наигранно весёлым голосом ответила я, но почему-то я боялась этого разговора.
В кафе было уютно и тепло. Мы сели за тот же столик возле окна. Только за окном пейзаж изменился. Все было засыпано белым, пушистым снегом, а деревья приоделись в белые шубки и шапки.
— Ты такая же, как и прежде. Яркая, красивая и умеешь искренне улыбаться, — сказал Артём, поправляя мне волосы.
— Жизнь у меня была непростая, но я всегда старалась оставаться хорошим человеком, — смущаясь, ответила я, и посмотрела на телефон. Он засветился и погас.
— Танюша, я хочу вернуться к нашему разговору. Ты помнишь то фото, которое тебе когда-то показала наша одноклассница Алла? — сказал Артём и потер руки. Он заметно нервничал.
— Помню. На том фото был ты с другой девушкой, — ответила я и посмотрела в окно, делая вид, что мне все равно. От нахлынувших воспоминаний стало немного не по себе. К горлу подступил ком. Я держалась из последних сил, стараясь не выдать своё истинное состояние. Ведь для него это прошлое, а для меня — рана, которая ещё болела и кровоточила.
В сердце кипели старые чувства, но я не хотела в них признаваться. Хотелось казаться равнодушной, но как можно забыть то, что изменило твою жизнь?
Я сидела, опустив голову, глядя в стол. Боялась посмотреть Артёму в глаза.
Он зацепил рану, которая болит всё время с тех пор, как мы расстались. Её я ни чем не могла заглушить. Она, как огромный тяжёлый камень, лежала у меня на сердце, напоминая мне о том случае. Артём не знал, что всковырнул всё ещё живую рану рану. И причинил мне невыносимую боль…
Он начал свой рассказ. Историю, которую хотел рассказать мне все эти годы.
  
ГЛАВА 28
 
— Так вот. На этом фото я изображен со своей двоюродной сестрой Викой. Она дочь родного брата моей матери. Они тогда погостить к нам приезжали. Были не долго. Познакомить я вас не успел. Алла в то время в любви мне объяснялась. Бегала везде за мной. Следила. Вот и сфотографировала где-то. Ты ей очень мешала. Ведь я тебя безумно любил. И видел только тебя. Алла воспользовалась моментом. Она показала тебе фото, уверяя, что я изменил тебе, а мне она говорила, что у тебя другой. Рассорить то нас у нее получилось. Да только не женился я на ней, — поведал Артём, и с досадой посмотрел на меня.
— Прости меня… Алла уверяла, что ты встречаешься с девушкой на фото. И я поверила ей. Какая же я глупая и доверчивая была…
— Я всё не мог понять, почему ты так изменилась, и куда потом пропала? Долго тебя искал, не теряя надежды, что найду.
— Я думала, что не нужна тебе. Поэтому уехала в другой город. У меня не было другого парня, — тихо сказала я.
— Если бы тогда я только знал, какая змея эта Алла. Все было бы по-другому. Я бы тебя не отпустил, — резко ответил Артём.
— Жизнь у неё не сложилась. Муж бросил её и ушел к любовнице. Она сама воспитывает сына. Работает в детском садике воспитательницей. Так что ее можно только пожалеть.
— Хорошая ты, Таня. Добрая, и всегда такой была, — Артём не отводил от меня глаз.
— Артём, на счёт Насти. Она всё врёт. Мой бывший муж напал на меня. И пытался затащить в машину. Я упала и не могла встать. Андрей просто помог мне. Мы не встречаемся с ним.
Чувства обиды и горечи за свою жизнь переполняли меня. Почему всё так произошло? Почему судьба-разлучница так поступила с нами? А ведь мы могли быть счастливыми, а сейчас, скорее всего, уже поздно…
 
Я не знаю, как Артём сейчас относится ко мне. То, что он был когда-то в меня влюблён, не значит, что сейчас его чувства такие же.
Я смотрела в глаза Артёму, и мне очень хотелось бы прочитать его мысли. Но увы, такая способность людям не дана. Хотя, может быть, это и к лучшему. Ведь эти знания не дали бы мне желаемого спокойствия, а возможно, что и разочаровали бы меня.
— Я доверяю тебе, Тань. Можешь не волноваться. Наша жизнь не пойдет по сценарию, который уже однажды был в нашей жизни.
Остаток рабочего дня прошел без происшествий. Артем опять подвез меня домой. Подождав, пока я выйду с Соней на прогулку, пошел с нами гулять вокруг дома.
Мы вспоминали своих одноклассников, которые из веселых подростков выросли в серьезных мужчин и женщин. С благодарностью вспоминали учителей, которые вкладывали в нас знания, а некоторые из них, на сегодняшний день, уже совсем старенькие.
Так, замерзшие и продрогшие, мы прогуляли до полуночи. Я решила прощаться и идти домой.
— До завтра, Артём. Мне рано вставать на работу. Если опоздаю, начальник будет ругать, — с серьёзным видом сказала я.
— Уверен, что он простит тебя, и в случае опоздания не будет ругать. Так что спи спокойно. Всё будет хорошо, — смеясь, ответил Артём.
Соня уже стояла возле подъезда. Видимо очень хотела домой, в тёплую квартиру. Лапки у неё совсем замерзли.
Я подошла к Соне, открыла подъезд, и, помахав Артему рукой, зашла внутрь. В ответ он отправил мне воздушный поцелуй, и пошёл к машине.
Забравшись под одеяло, я долго не могла уснуть. Отчасти из-за того, что не могла согреться, а отчасти потому, что Артём не выходил у меня из головы.
Утром я проснулась от сильной головной боли. Горло болело и все тело ломило.
Я достала и поставила себе градусник. Голову тяжело было оторвать от подушки. Веки слипались. Посмотрев на шкалу градусника, я обомлела. Температура тридцать девять и три.
Я достала коробку с лекарствами. И выбрав, которые мне нужны, тихонько пошла на кухню.
Поставив чайник на плиту, я выпила лекарства. Сделав себе липовый чай, быстро выпила его. Есть совсем не хотелось, и клонило в сон.
Соня хотела на улицу, и я открыла ей дверь. Сил идти с ней у меня не было.
Шатаясь от озноба, я подошла к кровати, и забралась под одеяло. Очень долго не могла согреться. Это явный признак того, что у меня высокая температура. Сон медленно уносил меня, а я даже не догадывалась, в какой опасности нахожусь.
  
ГЛАВА 29
 
Открыв глаза, я увидела склонившегося надо мной медика.
— Она пришла в себя. Не волнуйтесь. Кризис прошел. Температура падает. Вы вовремя успели.
Повернув голову в сторону, я увидела Артёма, который провожал людей в белых халатах.
Рядом бегала Соня. Как они все попали ко мне в квартиру? Но мне было не до этого. Глаза опять, закрылись, и я на какое-то время уснула.
Проснувшись, я чувствовала себя немного лучше.
Возле кровати сидел Артём, и смотрел на меня.
— Как ты сюда попал? — шёпотом спросила я. Горло сильно болело.
— Я пытался тебе дозвониться, но, по-видимому, ты не зарядила телефон, и он сел. Поэтому все мои попытки не увенчались успехом, — Артём заботливо подоткнул моё одеяло.
— А как ты в квартиру попал? — с удивлением шептала я.
— Когда я подъехал к дому, то возле подъезда увидел Соню, — объяснял мне он.
— Да, я отпускала её…
— Так вот. Подойдя к двери, и дернув за ручку, я понял, что дверь открыта. Я пошел в комнату, попытался тебя разбудить. Но ты была без сознания. Я вызвал скорую и они, слава Богу, приехали вовремя. Сделав несколько уколов, они смогли сбить тебе температуру.
— Огромное тебе спасибо, что заботишься обо мне, — поблагодарила я его.