Развод. Стать мамой вопреки (СИ)

— Позвоните его родственникам. Телефон есть в его вещах? — продолжил доктор.
Молоденькая медсестричка быстрым шагом пошла в кладовое помещение взять телефон покойного.
Через несколько часов Таня пришла в себя.
— Артём Михайлович, можете проведать больную. Она пришла в себя, — сказал мне доктор, почесывая ладонь.
— Артём, это ты? Я думала, что ты мне снишься. Ты спас меня? — спросила Таня, посмотрев на меня глазами, полными слез.
— Да. Это я. Поспи, отдохни. Не волнуйся ни о чём. Я позабочусь обо всём, — ответил я и взял её за руку.
— Спасибо, я счастлива тебя видеть! — ответила она, и слёзы тоненькими струйками побежали у нее по щекам.
В палату вошла все та же медсестра.
— Татьяна Андреевна, Вы же Прохорова? — спросила она, перебирая в руках документы.
Меня как молния ударила! А я думал, откуда знаю эту фамилию…
— Скажите, а Прохоров Николай Борисович, случайно, Вам не родственник? — продолжила она, уже уставившись на Таню.
— Бывший муж, — ответила Таня, немного волнуясь.
— Ваш муж умер, не приходя в сознание. Он ехал на большой скорости, и врезался во встречную машину. После того, как произошла авария, его привезли к нам в больницу. Я звонила по разным номерам из телефонной книги. Все от него отказываются, — медсестра пожала плечами.
— А как же Ирина? Вы ей звонили? Они должны были пожениться, — чуть заикаясь, сказала Таня.
— Ирина ответила, что он ей никто. Она слишком занята, и никакие проблемы на себя она вешать не будет, — после этих слов медсестра посмотрела на Таню.
Прогуливаясь по больничному коридору, я бросил рассеянный взгляд в приоткрытую дверь соседней палаты.
И не поверил своим глазам! Весь перебинтованный, под капельницей лежал Егор. Как он сюда попал? Я тихо подошёл к его постели.
Он открыл глаза.
— Ты как здесь оказался? — шепотом спросил я.
— Он, по-видимому, понял, что мы Таню искали. Когда я поехал за ним, он уже ехал навстречу мне. Потом столкновение, и я больше ничего не помню, — одними губами сказал Егор и закрыл глаза.
В этот момент в палату вошел доктор.
— Кто Вам разрешил сюда входить?! Здесь тяжело больной человек! Я прошу Вас выйти, — сурово сказал врач.
Таня
Проводить в последний путь Николая пришло несколько друзей и знакомых. Ирина не пришла. Я в глубине души была этому рада.
После пожара я еще была слаба, и мне не нужны дополнительные нервные потрясения.
Похоронили его рядом с его родителями. Я думаю, что он именно так и хотел бы.
Жизнь продолжалась, несмотря на проблемы, которые нам с Олей пришлось пережить.
После больницы и похорон, я сразу пошла проведать Оленьку. Она всё ещё проходила лечение в специальной детской больнице.
Увидев меня, Оленька засветилась, как новогодняя елка. Протянула ко мне ручки, и прижалась к моей груди, как маленький котенок. Я погладила ее тёмные курчавые волосы. Она в ответ рассмеялась. Я достала пакет с подарками и начала их раскладывать перед Олей на кровати. Светило яркое солнце, и я решила выглянуть в окно.
Малышка потянулась к яркому единорогу, и, неловко повернувшись, попала ножкой мимо кровати. Быстрым взглядом окинув расстояние, я поняла, что мне до кровати несколько метров, а при падении Оля сильно травмируется. Все решали доли секунды.
  
ГЛАВА 23
 
Быстро шагнув и упав на колени, я протянула руки в сторону Оли. Поймала её, и вернула обратно на кровать! Моё сердце чуть не вылетело из груди! Ведь, не поймай я девочку, последствия для нее были бы далеко не лучшие.
От падения я больно ударилась коленками. Бурые пятна крови выступили на рваных колготках. Ноющая боль пробежала по ногам.
Олечка даже не успела испугаться. Она продолжила играть своим единорожком, весело агукая, и уплетая банан.
В палату вошёл доктор и объяснил мне, что Олечка уже идет на поправку и, что скоро её будут готовить на выписку.
Выйдя из палаты, я пошла искать медсестру, чтобы взять антисептик и обработать рану.
 
Немного восстановив свое здоровье, я вышла на работу. Все радовались моему выходу. Особенно радовалась Наташа. Теперь мы будем встречаться каждый день, а вот секретарь Анастасия была крайне не довольна.
Посмотрев на меня, она так искривилась! Я думала, что сливки в моем кофе прокиснут, но, отпив немного из стаканчика, я поняла, что мне всего лишь показалось.
Я сидела у себя в кабинете и делала свою работу. Её накопилось достаточно много за то время, пока я болела, и решала свои проблемы.
С непривычки от долгого сидения спина болела, а голова гудела, будто я её засунула в улей с пчелами.
Решив открыть окно, я встала и подошла к нему. Открыв его, я ощутила холодный поток воздуха. Облегчение не наступило. Поднимаю руку к лицу. Жёстко массирую пальцами виски, пытаясь унять головную боль. Нервы совсем сдают.
Я закрыла окно, и пошла на своё место, но, едва я присела, в кабинет вошел Артём.
— Пойдём, пообедаем. Отдохнёшь от работы, а то вон вся замученная сидишь, — он протянул мне руку и улыбался.
Через секунду в кабинет вбежала Анастасия. Она была в бешенстве. Щёки её пылали, а глаза сыпали искрами.
— Что случилось? Почему Вы здесь? — сухо спросил у неё Артём.
— Не верьте ей, Артем Михайлович! Она с нашим охранником Андреем встречается, — и в доказательство своей правоты достала из кармана телефон и показала фото. На нём Андрей держит меня на руках.
Хорошо, что я сижу! Голова кружится, а в ушах звенит. Я как рыба открываю рот, но ничего не могу сказать. В горле стоит ком, и я никак не могу его проглотить.
Мир вокруг меня перестал существовать. Перед глазами поплыли черные круги, а дыхание сбилось.
Артём увидел моё состояние и подал мне стакан воды. Я немного отпила.
Лишь через несколько минут я смогла говорить.
Собираюсь духом, и решительным голосом говорю: "Я не встречаюсь с Андреем! Он мне не интересен!"
Артём хмуро сводит брови и прищуривает глаза.
Испытывает меня взглядом. Наш зрительный поединок причиняет мне острую боль, и доводит до полуобморочного состояния. Хочу зажмуриться, но вместо этого смотрю на Артёма широко раскрытыми глазами. Тело совсем не подчиняется мне от макушки до пяток.
Артём с удивлением смотрит на меня. Было заметно, что эта ситуация ему крайне неприятна. И он хочет, чтобы она немедленно решилась.
— Спроси у охранника, — просила я его, и мой голос дрожал от подступивших слез.
— Он уволился, — вставила Анастасия. Одной рукой она держалась за дверной косяк, а другой поправляла прическу.
Я меняюсь в лице. И вздрагиваю, словно от удара молнии.
— Вы уволены прямо сейчас, — тихим спокойным голосом сказал Артём, и прошелся по комнате.
Лишь сжатые до белых костяшек кулаки выдают истинное его состояние.
За несколько месяцев общения с Артёмом я еще не поняла, что у него внутри. Что там, где должно быть сердце?
— Собирайся и уходи. Чего ты сидишь?! Сто ты ждешь? Так тебе и надо. Больше никого не будешь обманывать, — противным голосом сказала мне Анастасия.
Артем становился темнее грозовой тучи.
  
ГЛАВА 24
 
Не успеваю оправиться от шока, как Артем еще раз повторяет:
— Для Вас рабочий день закончен. Можете собираться, и уходить домой.
Ощущаю себя жалкой и раздавленной.
Артём поворачивается в сторону Анастасии.
— Не потерплю у себя в фирме обманщиков и сплетников! Анастасия это я Вам говорю. И все, что до этого говорил — это тоже было адресовано Вам, — он многозначительно на неё посмотрел.
— Но фотографии… Я не вру! — пытается, что-то объяснить Настя, но понимает, что её намерения уже раскусили.
Было видно, как радость на ее лице сменяется шоком, а потом разочарованием и досадой.
Она смотрит растерянным взглядом, и до её сознания доходит, что этот бой она проиграла с большими потерями. С работы ей придется уйти.