Уроки избавления от злых сил для экспертов (ЛП)

Видение померкло и изменилось.
Исчезла пустыня. Антея и Жрил стояли на скалистом утёсе, гораздо более знакомом, чем кристаллы и порталы. Они смотрели на бухту, которая была разрушена до основания. То, что когда-то, должно быть, было процветающим портовым городом, рухнуло, а каменные здания превратились в щебень. На линии соприкосновения земли с водой лежали остатки разбитых деревянных кораблей.
На этот раз говорила Антея — её жестикуляция выдавала гнев. Странные мысли мелькали в моей голове — она говорила об огромных волнах, снова и снова ударяющихся о берег и разрушающих всё. Затем, после природной катастрофы, пришли захватчики, а за ними следующие, и следующие, и следующие.
Вспышки красного, и видение снова сменилось.
Внезапно мы оказались в комнате. Было темно — убранство освещал слабый свет масляной лампы. Жрил и Антея стояли друг напротив друга, а на столе между ними были разложены листы толстой папирусной бумаги.
Удерживая взгляд демона, она медленно и тихо что-то говорила. На этот раз странное чувство понимания её слов нависло надо мной, как меч. Было что-то напряжённое в том, как она произносила слова — в интенсивности каждого слова. Она как будто передавала мне их прямо в голову.
— Тогда наш договор будет таким: мы объединим наши навыки и магию, связывающую Королей Демонов. Старшие демоны, допустившие резню в твоём Доме, станут безвольными рабами в моём мире. Я и мой народ используем всю их силу, чтобы защитить наш остров.
Глаза Жрила мерцали в дымчатом свете.
— Мы свяжем такой же клятвой наших потомков, и этот пакт продлится 100 лет с этого дня. Этого времени хватит, чтобы твой Дом восстановил свою мощь и силу, а мой народ установил мир на нашей земле. По истечении этого времени наши дети положат конец нашему договору.
Жрил прошептал своё согласие.
Сцена исчезла. Жар амулета Валиир обжигал мои пальцы, а в голове болью отдавалось осознание увиденного.
Появилось новое видение.
Антея и Жрил стояли бок о бок на краю портала, окружённые песком и возвышающимися Ahlēvīsh. На Антее был наряд, похожий на наряд в их первую встречу, но вот её лицо было испещрено морщинами. В её волосах виднелись седые пряди, а сама она стала чуть ниже ростом. На шее блестел знакомый предмет — инферно.
Я не могла сказать постарел ли Жрил — вечерние тени скрывали его и без того тёмную кожу. В его руках была верёвка, на которой висел амулет Валиир.
— Начнём, — сказал он.
— Да. Когда наши враги заплатят за всё, мои наследники призовут тебя, чтобы разорвать этот договор, — она прикоснулась к медальону. — Ключ готов?
Он прошептал:
— Dūkāra Vh’alyir et Dīnen evashvā vīshissā.
Из кристалла вырвался алый свет. Вокруг него завращались сложные круги заклинаний, а затем исчезли.
Она взглянула на него:
— Тогда прощай, Жрил.
— Прощай, Антея.
Присев на корточки, она просунула голову и плечи в тёмный портал, и неуклюже пролезла через него. Через мгновение в темноте исчезли её сандалии.
Жрил не двигаясь стоял у края портала, сжимая амулет в кулаке. Прошло несколько минут, и круг начал сужаться. Он становился все меньше и меньше, пока полностью не исчез. Всё, что осталось, — это плоская вершина разрушенного Ahlēvīsh, застывшая там, где раньше был портал.
Разжав кулак, Жрил поднял амулет:
— Dakevh’il Ahlēa nā?
Он надел шнурок на шею, и когда амулет коснулся его груди, видение красного песка и розового кристалла начало понемногу расплываться. Багровый свет исчез, и мы снова оказались в нашей гостиной. 
  
Глава 24
 
Болезненно выдохнув, я оторвала руку от медальона. Он выпал из наших рук и с грохотом ударился об пол.
Рука дрожала. Я еле-еле дышала, скорее не от болезненных ощущений, а от резкого перехода от видений прошлого к настоящему. После алой иллюзии наша гостиная казалась тусклой и безжизненной.
— Они были правы.
Зуилас прошептал эти слова, и я взглянула на него, баюкая обожжённую руку.
Он же уставился на амулет:
— Валиир — karkis. Мы — предатели. Из-за нас начались призывы демонов.
 
Горло сжало от чувства вины и сопереживания:
— То, что сделал один из демонов Дома Валиир тысячи лет назад, это не твоя вина.
Я соскользнула с его колен и уселась рядом с ним. Боль в руке понемногу затихала, и я коснулась амулета. Металл успел остыть, так что я взяла его в руки.
— Антея и Жрил согласились заключить этот договор, чтобы помочь друг другу — наказать другие Дома и спасти минойскую цивилизацию. Вот только она всё равно пала, — я принялась копаться в памяти, выискивая знания по истории Древней Греции. — Около 1600 года до н. э., то есть около 3600 лет назад, в Критском море произошло извержение вулкана, вызвавшее цунами, разрушившее всё побережье Крита. Учитывая, что Антея показывала Жрилу разрушенный город, я думаю, это извержение произошло в период её жизни.
Минойцы были торговцами, полагающимися на свои корабли как в торговле, так и в защите. Историки предполагают, что цунами стёрло с лица земли портовые города и флот минойцев, разрушив их экономику и оставив их без средств к существованию, тем самым сделав их уязвимыми.
— Захватчики с материка, — промямлила я. — Микенские греки. Антея хотела защитить Крит от микенцев — её остров был захвачен менее чем через два столетия после извержения вулкана. Порабощение демонов для борьбы с захватчиками не сработало.
— Это не помогло и Дому Валиир, — хриплый голос Зуиласа наполнился горечью, — На нас безжалостно охотятся. Нас почти не осталось.
— Жрил хотел наказать другие Дома за охоту на его Дом, — я аккуратно погладила амулет.
— Он хотел убрать могущественных Dīnen, — скривился Зуилас. — Он не мог их убить. Он захотел, чтобы они исчезли, и тогда бы другие Dīnen стали более могущественными — Dīnen, которые могли бы отказаться от убийства демонов Дома Валиир ради удовольствия.
Вот только попытка Жрила спасти свой Дом провалилась. Первый и Второй Дома догадались, что это Дом Валиир виновен в проклятье, простёршимся над демоническим миром.
— Они договорились, что их пакт будет действителен сто лет, — прошептала я, взглянув на гримуар, — А через сто лет они планировали закончить всё это.
В ушах громко стучал пульс.
— Антея не хотела, чтобы призывы демонов стали обыденным занятием, — прижала я руку ко лбу, — Это знание не должно было распространиться среди сотен и тысяч колдунов. Этот договор не должен был привести к призыву сотен Dīnen, тем самым разрушая демонический мир.
— Но они так и не разорвали договор.
— Почему? Антея не смогла бы разорвать договор в любом случае — она бы не прожила так долго. Должно быть она доверила эту миссию своим потомкам — своей дочери и внучке.
— Может Жрил умер, и Первый Дом украл амулет.
— Может… — я не могла оторвать глаз от гримуара. Внутри зарождалось холодное подозрение. — Но я не думаю, что это была его вина.
Я потянулась к своим записям и нашла перевод первой вставки от Мирин Атанас.
— Почему Антея запретила призывать демонов из Двенадцатого Дома? — прочитала я вслух. — Зачем предупреждать нас о возмездии их потомков, но, при этом, не бояться мести других Домов? Чем отличается Двенадцатый Дом? Я задаюсь вопросом: может ли это быть ложным предупреждением с лживой целью?
— Ложное предупреждение, — взглянула я на Зуиласа, — Антея не запрещала призывать демонов Двенадцатого Дома. Наоборот, она хотела, чтобы призвали Двенадцатый Дом через сотню лет, чтобы её и его потомки с помощью магии прекратили призывы демонов.
Зуилас прищурился:
 
— Необязательно его потомки. Жрил мог дожить до этого момента.
— Он… Как ты думаешь, сколько ему было лет? — удивлённо спросила я.
— Не знаю. Я никогда не видел такого старого Валиир, — он отмахнулся, как будто это было неважно. — Жрил ожидал, что его призовут, чтобы он и hh’ainun разорвали vīsh.
— Но его так никто и не призвал, — я нашла перевод единственной вставки от Мелитты — сестры Мирин. — Без потерянного амулета, без правды, которую Антея посчитала слишком опасной, чтобы доверить гримуару, нам никогда не узнать, за что она нас так прокляла.