Уроки избавления от злых сил для экспертов (ЛП)

Я осторожно сползла с кровати, стараясь не скрипеть пружинами, облачилась во вчерашнюю одежду и на цыпочках прошла в ванную. Там я освежилась, вставила контактные линзы, собрала волосы в конский хвост, после чего направилась в гостиную.
Зуилас сидел на пыльном деревянном полу рядом с большим окном, из которого открывался вид на соседнее окно плюс клочок городского пейзажа. Носочек спала, свернувшись клубочком на его коленях.
Я уселась рядом с ним. Пол был немного удобнее, чем старый диван.
— Интересно, где сейчас Эзра и Тори? Если гильдии открыли на них охоту, то мы не сможем провести ритуал, чтобы разделить Эзру и Этеррана.
— Мы не можем, Нашивер ведёт на нас охоту. Куда бы мы не двинулись, Нашивер двинется за нами.
— Сможем ли мы победить Нашивера, если объединим наши усилия? — закусив губу, спросила я.
— Возможно, но это слишком рискованно. Я не могу использовать vīsh там, где могут увидеть hh’ainun. Не сможет и Этерран.
А учитывая, что за Эзрой по пятам следуют охотники за головами, мы не сможем от них скрыть битву с Нашивером:
— Мы не можем им помочь, не так ли?
— Не можем.
— Что мы тогда будем делать? — спросила я, играясь с подолом свитера. — И Нашивер, и гильдии — все охотятся на нас.
— Что нам нужно делать? — спросил он, оперевшись на подоконник.
— Нам нужно… — я задумчиво прижалась пальцами ко лбу, — Нам нужно победить Нашивера и Ксавьера до того, как они нас убьют. Первостепенная задача — нейтрализовать Нашивера. Но, если мы остановим демона, но не остановим Ксавьера, то Ксавьер всё равно придёт за нами, особенно теперь, когда ему зачем-то потребовалась твоя кровь.
— Да, самая опасная угроза — это Нашивер, — он сжал челюсть. — Если бы hh’ainun пришли немного позже, Этерран был бы свободен. Вместе мы могли бы убить Нашивера.
— Ты поэтому так долго ждал, чтобы предупредить нас о гильдии Глаз Одина? — я сжала губы. — Ты должен был сказать об этом раньше. Мы могли бы сбежать из здания до того, как нас кто-нибудь заметил.
— Там был Нашивер. Он ждал меня.
А Зуилас не мог справиться с Нашивером в одиночку. Мои заряженные демонической магией заклинания слегка задержали демона, но я была не настолько наивной, чтобы полагать, что могу победить его. Более того, в следующий раз у меня не будет преимущества неожиданности.
— Как ты думаешь, вместе мы справимся с Нашивером? Если объединим наши магии?
Он немного подумал:
— Если я окажусь рядом с ним, ты не сможешь атаковать его, не задев при этом меня. Но если мы успеем атаковать его вместе, до того, как он приблизится к нам, то… вполне возможно. Но это не будет dh’ērrenith.
— Но постоянные побеги от Нашивера тоже не особо работают, — отметила я. — Он может летать. Будет лучше, если мы нападём на него, а не он на нас. Но как нам его найти?
— Могла бы помочь книга. Но она её забрала.
— Кто… ах, — я закрыла глаза, злясь на саму себя. — Тори забрала гримуар культа. Ну почему я его не схватила? Это была наша единственная подсказка касательно дальнейших действий Ксавьера!
— Он хочет открыть портал. У нас есть информация о портале — мы знаем больше него. У нас есть твой гримуар и imailatē.
Точно. Амулет Дома Валиир, в который заложена магия открытия портала.
Вскочив на ноги, я помчалась в спальню. Амалия сонно приоткрыла глаза, когда я принялась рыться в чемодане, доставая металлический ящичек с гримуаром Атанас.
Вернувшись в гостиную, я поставила ящичек на столик:
— Egeirai, angizontos tou Athanou, lytheti.
По металлу пробежало бледное мерцание. Когда я открыла крышку, Зуилас придвинулся ко мне поближе и снова уложил Носочка себе на колени. Она слегка приподняла голову, подёргивая усами, пытаясь понюхать чемодан.
Я взяла амулет и положила его перед Зуиласом. Затем вынула гримуар, положила его на стол и открыла на той странице, где была иллюстрация амулета.
— Итак, — на этом моя решимость ослабла. — С чего нам начать?
Он перевернул амулет на другую сторону, где были выгравированы крошечные, замысловатые заклинания:
 
— Портальная vīsh связана с демоническим заклятьем.
— Да?
— Ну я так думаю, — он нахмурился, злясь на то, что ему приходится угадывать. — Не знаю, как пробудить это заклинание. Слова не срабатывают.
— Ты имеешь в виду ‘evashvā vīsh’ заклинание?
— Var. Это означает… освобождение магии. Оно пробуждает все заклинания, кроме особенных, — он потрогал амулет. — Это заклинание как раз и есть особенное.
— У тебя есть предположение, какие слова нужно использовать?
— Нет.
— Может в гримуаре есть что-то подобное, — я начала листать страницы. — Антея не могла создать демоническое заклинание до знакомства с демоническим миром. Так что нужно начинать просматривать с тех страниц, где она начала совершенствовать портальную магию.
Я нашла заклинание портала, а потом перешла к экспериментальному массиву портального заклинания — предшественнику нынешнего массива. Зуилас придвинулся ещё ближе — его рука коснулась моей, когда он склонился над книгой. От этого невинного контакта побежали мурашки, а в голове всплыло внезапное воспоминание: чёрные глаза Зуиласа осматривают моё практически обнажённое тело.
Я нервно прогнала это воспоминание и сосредоточилась на открытой странице. На ней были записаны точно скопированные примечания, включая зачёркнутые исправления и пометки, которые Антея оставила самой себе.
— Это странно, не так ли? — пробурчала я, переворачивая страницу на следующий экспериментальный массив. — Антеи удалось открыть портал и… я так понимаю она должна была увидеть демона? Она только что открыла новый мир, заселённый целой расой прежде невиданных магических существ. И следующие её действия — создания заклинания, чтобы похищать их и делать нашими рабами. Почему она так поступила?
— Власть, — прорычал Зуилас. — Hh’ainun слабы. Она хотела нашу силу.
Раньше я восхищалась гениальностью и самоотверженностью Антеи, но чем больше я узнавала о ней, тем сильнее угасало моё восхищение. Я перевернула ещё одну страницу.
— Рабство было обычным делом в её времена. Возможно для неё в этом не было ничего такого плохого, но я всё ещё не могу понять, почему её первым…
Его рука накрыла мою, не давая мне перевернуть страницу. Я увидела несколько строк с демоническими рунами, а рядом с ними тщательно прорисованные стрелки с указанием мест, где их ставить в массиве заклинания.
— Это часть магии амулета? — спросила я.
— Нет, — в его тихом голосе отчётливо слышалась какая-то эмоция, которую я не могла идентифицировать. — Здесь сказано «Enpedēra dīn izh».
Звучит знакомо.
— А должно быть ‘Enpedēra dīn nā, - прорычал он. — Izh — это «он». Enpedēra dīn izh. Kasht!
Он оттолкнулся от стола, сбрасывая котёнка с колен. Носочек забилась под диван, а он подбежал к окну, размахивая хвостом туда-сюда.
Я вскочила на ноги. Глаза округлились:
— Зуилас, что не так?
— Я не заметил этого! Esha hh’ainun raktis dahganul īt meniraīs thāanus īs, — он повернулся на одной ноге и уставился на меня глазами, пылающими яростью. — Ahlēа даёт силу Dīnen. Это особенное vīsh. Это… Клятва Короля. Остальные демоны из нашего Дома приносят нам — Королям — клятву: подчиняться командам, которые мы им даём. Мы узнаем, если они откажутся подчиняться. Мы почувствуем их предательство.
Его ноздри раздулись от гнева:
— Когда Dīnen приносит Клятву Короля, Ahlēa не позволит нам нарушить её. Мы просто не сможем.
— И… эта Клятва Короля прописана в гримуаре? — спросила я. — В ритуале призыва?
 
— В Клятве Короля говорится ‘enpedēra dīn nā.’ Что означает Клятва Короля связывает меня. А здесь… — он ткнул когтем в гримуар, — сказано ‘enpedēra dīn izh.’ Клятва Короля связывает его. То есть они используют нашу собственную магию, что сделать нас рабами!
Он прокричал последние слова. Его ярость подпитывалась тысячелетиями несправедливости, страха, преследований и медленного разрушения демонического общества.