Плохое влияние (ЛП)

— Не больше, чем в любой другой вечер. — Это был день рождения Салли и мой последний уик-энд на Риверс-Эдж за последнее время. В понедельник утром тренер надерет мне задницу, и я вернусь в школу без выпивки, драк, вечеринок и наркотиков. Короче говоря, никакого веселья.
— А где твой друг?
Я ухмыляюсь, вспоминая вчерашнее веселье. В последний раз, когда я проверял, он был зажат между двумя обнаженными студентками.
  
— Судя по выражению твоего лица, я даже знать не хочу, — смеется Ло, пододвигая ко мне стакан воды со льдом.
— Он... занят. — Я был бы удивлен, если бы он смог подняться с постели так рано после вчерашней ночи.
— Ты собираешься повидаться с Генри перед отъездом?
У меня сжимается челюсть.
— Наверное, нет. — Не так уж важно увидеть человека, которого мы до недавнего времени считали своим отцом. Он сбежал, когда я был ребенком, оставив нас с Ло с неподходящей матерью и целым рядом проблем. Когда в Окленде все завертелось, Ло перевезла нас сюда, к себе, только чтобы узнать, что он все-таки не был нашим настоящим отцом.
Хорошие были времена.
— Он старается, знаешь ли.
— Я тоже. — Пытаюсь сменить гребаную тему.
Ло смотрит на меня своими большими щенячьими глазами и запускает руку мне под капюшон, ероша мои волосы, как будто я ребенок. Когда ты растешь, как мы, трудно не злиться на взрослых, которые проделали дерьмовую работу, защищая тебя. И кровь или нет, но Генри бросил нас, вместо того чтобы забрать с собой.
— Черт, фургончик с едой уже здесь, — говорит Ло, уже направляясь к задней части ресторана. — Сейчас вернусь. И не уходи, не попрощавшись.
Я киваю, показывая ей поднятый вверх большой палец, и в этот момент раздается дверной колокольчик, привлекая мое внимание к девушке в наушниках. Из-под джинсовой куртки выглядывает футболка Nirvana, на которую пришита чертова уйма заплаток. Опершись локтями о стойку бара, я изучаю ее. Она погружена в свой собственный мир, покачивает головой в такт музыке, которую слышит только она, и приближается. Она останавливается примерно в футе от меня, роется в тарелке с конфетами на палочке на стойке, не замечая моего присутствия, прежде чем остановиться на одной. Ирис. Она срывает обертку и засовывает ее в карман джинсов, прежде чем обхватить конфету губами, заставляя мой член дернуться от этого зрелища.
Почувствовав на себе мой взгляд, она поднимает на меня глаза, и я не делаю ничего, чтобы скрыть тот факт, что смотрю на нее. Серо-голубые глаза на долю секунды расширяются, а затем сужаются в щелочки. Затем она уходит, направляясь в зал.
Что, черт возьми, это было?
Колокольчик на двери снова звякает, но на этот раз это Сиерра Хейз. И она в ярости, если судить по выражению ее лица.
Вероятно, это как-то связано с тем фактом, что я неосознанно переспал с ее старшей сестрой.
Салли пришел на одну из моих игр несколько недель назад. В итоге мы устроили вечеринку с девчонками из старшеклассниц женского клуба, и вскоре они потащили нас наверх. Мы едва успели переступить порог их комнаты, как рыжеволосая уже спустила мои штаны до щиколоток и засунула мой член себе в рот. Я выгнул бровь, стрельнув глазами в Салли, который прикрыл рот рукой, чтобы подавить смех. Две ее подружки только захихикали, подталкивая Салли к одной из двух огромных кроватей, в то время как рыжая продолжала сосать, не обращая внимания на то, что у нас были зрители. Мне, с другой стороны, совсем не хотелось отрываться на глазах у другого чувака.
Я обхватил ладонями ее лицо, приготовившись оторвать ее рот-конфету, когда Салли прервал меня потоком гневных ругательств.
— Черт возьми, Шеп, скажи мне, что у тебя есть презерватив, — крикнул он.
Девушка, стоявшая передо мной на коленях, замерла, прежде чем отстраниться и с хлопком выпустить мой член.
— Шеп? То есть Шепард? — настороженно спросила она. Я кивнул. — Как Джесси Шепард?
— Единственный и неповторимый. — Я ухмыльнулся. Забавно. Оказывается, меня хорошо знают.
Она снова села на задницу, вытирая рот тыльной стороной ладони.
— Боже мой, у меня во рту только что был пенис бывшего парня моей сестры. — Я мысленно перебрал короткий список девушек, которые когда-либо могли считаться моими девушками. Я встречался, конечно. Трахал, определенно. Но девушка? Это название было зарезервировано для... ну, ни для кого.
— Сиерра Хейз? — подсказала она, увидев мое растерянное выражение лица. Я застонал. Одного только звука этого имени достаточно, чтобы мой член съежился и убежал прочь. Не потому, что она не чертовски привлекательна, а потому, что эта девушка заноза в заднице.
— Она никогда не была моей девушкой, — поправил я, натягивая джинсы и застегивая молнию на ширинке. Это правда. Сиерре нравилось называть себя моей девушкой, и я позволял ей это, в основном потому, что мне было насрать. Она могла называть это как угодно. Это не означало, что я собирался играть роль любящего парня. Она знала, в чем дело. Когда я уехал из города учиться, я порвал с этим.
— Это не меняет того факта, что ты только что... только что... чуть не трахнул меня! — Я услышал, как Салли фыркнул от смеха за полсекунды до того, как я осекся, и мои губы невольно растянулись в довольной улыбке. Откуда, черт возьми, мне было знать, что это ее сестра? Я не стал спорить. Прежде чем поспешно уйти, я просто попросил Салли позвонить мне, когда он закончит.
Недолго думая, я спрыгиваю с барного стула, прежде чем она успевает что-либо сказать, и догоняю любительницу конфет на палочке. Я не в состоянии встретиться лицом к лицу со Сиеррой в моем нынешнем состоянии. Так непринужденно, как только могу вести себя с человеком, которого я никогда не встречал и который, кажется, почему-то уже презирает меня, я обнимаю ее за бедра и иду с ней в ногу. Ее тело напрягается, и она отшатывается, глядя на меня как на сумасшедшего.
Я снимаю наушники с одного ее уха и наклоняюсь ближе. Она не дрожит и не смотрит на меня тем мечтательным взглядом, к которому я привык, и я начинаю пересматривать свой недоделанный план.
— Ты моя девушка, — тихо говорю я. Со стороны могло бы показаться, что я шепчу ей на ушко милые пустяки, а не заговариваю с совершенно незнакомым человеком.
Ее брови сходятся на переносице, кончик конфеты торчит из-под поджатых губ, и я могу сказать, что она не в восторге от перспективы подыграть мне.
— Ладно, представь, что ты моя подруга, — поправляюсь я, все больше отчаиваясь по мере того, как Сиерра подходит ближе. Девушка раздраженно снимает наушники, запихивает их в сумку, и только тогда я понимаю, что они подключены к проигрывателю компакт-дисков. Чертов портативный проигрыватель компакт-дисков. Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не спросить ее, есть ли у нее в наборе еще и пейджер. Может быть, дискета.
Она проскальзывает в ближайшую кабинку, и я устраиваюсь после нее, прижимаясь к ней боком. Ее спина прямая, как шомпол, большие серые глаза искоса смотрят на меня, когда я обнимаю ее за плечи.
— Расслабься, — шепчу я ей на ухо, как раз когда Сиерра подходит к нашему столику. По-прежнему не дрожит.
— Ты придурок, — обвиняет Сиерра, указывая на меня пальцем. Я откидываюсь на спинку кресла, закидываю ногу на ногу и кладу лодыжку на другое колено, пока Саттон, одна из официанток и подруга моей сестры, обходит Сиерру, чтобы принести пару стаканов воды.
— Я… подойду попозже? — спрашивает она с понимающей усмешкой. Я киваю.
— Я тоже рад тебя видеть, Сиерра. — Я провожу большим пальцем по ключице Конфетки, и Сиерра замечает это движение, прежде чем сузить глаза. Несомненно, чувствуя себя неловко, девушка рядом со мной избегает смотреть мне в глаза, выплевывает конфету в салфетку и тянется за водой со льдом, стоящей перед ней.
  
— Мы можем поговорить? — Сиерра замолкает, оценивая девушку, которую я обнимаю, пытаясь понять, представляет ли она угрозу или нет. Она не мой типаж, но я не отрицаю, что она горячая штучка. Она источает такую сексуальность, которую она не смогла бы скрыть, даже если бы попыталась, а я думаю, что она могла бы быть такой. То есть пыталась бы скрыть. Ее одежда не сильно мешковата, но определенно не сидит по фигуре. На ней, похоже, почти нет косметики, а ее светло-каштановые волосы слегка волнистые и ниспадают на две идеальные груди. Сексуальные волосы. Вот как это выглядит.