Реджиста (СИ)

— Ну, доброе утро, внучок! Я уж грешным делом подумала, ты на тот свет отправился. А ты прям бодренький такой и не скажешь, что вчера полуживого занесли, — широко улыбнулась она и в её глазах появились насмешливые искорки. — Что на этот раз натворил-то, бедолага? Давай уж, рассказывай, как ты умудрился под колёса грузовика попасть.
Передо мной стояла подтянутая, небольшого роста женщина с привлекательными чертами лица, очаровательной улыбкой и выразительными большими карими глазами. В её тёмных длинных волосах пробивалась еле заметная седина, которая её нисколько не старила, а наоборот придавала женскому облику некую нотку изящности. И вообще, на старушку она совсем не похожа. На свои пятьдесят семь лет она уж точно не выглядит. Максимум сорок пять, и то с натяжкой.
«А ничего так у меня бабуля, в порядке и самое главное с юморком» — промелькнула у меня мысль.
Я смотрел на неё и понимал, этот человек мне симпатичен. Ей богу, реально нравилась. Прикольная бабушка мне досталась. Думаю, мы с ней найдём общий язык и подружимся. И ещё я понял одно — она точно не заслуживает того хамского и потребительского отношения, которое зачастую исходило от её внука.
Я на сто процентов был уверен, что в сложившейся сейчас ситуации Джованни без зазрения совести нагрубил бы родственнице или в лучшем случае, проигнорировав её вопросы, молча пошёл в туалет. Но я так не могу. В отличие от него, меня приучили уважать старших, и я всегда бережно и с любовью относился к своим родным и близким. Хамить и обижать «родную» бабулю я точно не буду. За последние годы ей и так порядком досталось.
Мне захотелось её обнять и сказать что-нибудь приятное. Делаю несколько уверенных шагов и приобнимаю растерянную женщину. От крепкого объятия отказался в последнюю секунду, так как вспомнил, что Джованни не был любителем телесных нежностей, и моё поведение может вызвать у неё некие подозрения. Хотя, за это я особо не переживал. Сей факт моей странности теперь можно списать на больную травмированную головушку, пострадавшую в дорожной аварии. В общем, на все мои будущие ляпы и огрехи у меня имеется хорошая отмазка: «Извините, но после столкновением с грузовиком, я малость подтупливаю».
Некоторое время мы молча стояли. Видимо, родственница была в шоке от моего поступка, а я собирался с мыслями. И наконец решился. Отстраняюсь и, глядя ей в глаза, серьёзным тоном говорю:
— Знаю, я не лучший внук, но обещаю стать другим и сделать жизнь нашей семьи лучше. Всё плохое уже в прошлом. Я хочу начать новую жизнь, — и через небольшую паузу добавляю, — без каморры. Бабуль, спасибо за всё. За твою заботу, терпение и… любовь.
На её глазах появляются слёзы. Она хотела что-то сказать, но, передумав, прикрыла руками часть лица и тихонько заплакала. По выражению её весёлых глаз я понимал, это слёзы радости. Могу только догадываться какие эмоции она сейчас переживает.
— Нам есть о чём поговорить. Но давай дождёмся, когда Джина уйдёт в школу и уже спокойно пообщаемся. Не для детских ушей этот разговор. Хорошо? — она убирает руки от лица и, улыбаясь, кивает. — Ладно, пойду в туалет, а то сейчас реально наделаю в трусы, — смеюсь я, чмокаю её в мокрую щеку и быстрым шагом несусь к заветной двери.
— Там Джина, — слышу я в спину её голос. М-да… Не ожидал такой подставы. Надеюсь, с этой маленькой проблемой я как-нибудь разберусь. В конце концов, не к соседям же бежать?
Впереди кухня и по всему коридору исходит аромат моего любимого какао. Как же я обожаю этот божественный напиток! Такое ощущение, что не пил его уже лет сто, если не больше. Ещё улавливаю запах свежей выпечки, сглатываю слюну и понимаю, что чертовски голоден. Но сначала нужно освободить мочевой пузырь, а уже потом думать о еде.
Подошёл к двери ванной комнаты и привычным движением дёрнул за ручку. Заперта. Хреново. Прислушиваюсь к звукам льющейся воды и понимаю, что ещё немного и я реально уссусь. Стучу костяшками пальцев в дверь и громко произношу:
— Сестрёнка, ты там надолго? Спасай братика. Мне нужно срочно в туалет. Не могу больше терпеть… Джина, ты меня слышишь?
 
Не успел я закончить свою речь, как лязгнул затвор и дверь распахнулась. Малая с ходу врезается в меня и, уткнувшись мокрым лицом в живот, обнимает.
— Джио, я так боялась, что ты умрёшь, — на одном дыхании выпалила девочка. — А бабушка, осмотрев тебя, сразу сказала, что с тобой всё в порядке и ты просто крепко спишь и врачи не нужны. Я сначала подумала, что ты сильно пьяный. Но твои друзья, когда я им открывала дверь, сказали, что тебя сбил грузовик. А ещё, что твой новый скутер теперь придётся ремонтировать. Это правда?
— Джина, извини, но у меня сейчас мочевой лопнет, — перебил я поток слов одиннадцатилетней сестры, и вырвавшись из объятий, юркнул в уборную, на ходу добавляя, — за завтраком всё расскажу. — Хотя, что мне рассказывать? Я сам толком ничего не знаю. Очнулся посреди дороги и через пяток минут моё сознание отключилось.
Я так спешил к унитазу, что забыл прикрыть дверь. Когда счёт идёт на секунды, уже не до стеснения. Открыв крышку толчка, с блаженным видом спустил скопившуюся за ночь ненужную организму жидкость. «Какой же это кайф! И жить сразу стало легче» — подумал я, нажимая на сливной рычаг старенького бачка.
Оглядев совмещённую ванную комнату, я искренне поразился тому в каком убогом состоянии она находится, как, впрочем, и вся квартира. Запаха ремонта тут не было давно.
Помыв руки, уставился в небольшое овальное зеркало, висящее над раковиной. Выглядел я немного старше своего биологического возраста. Мне смело можно было дать лет девятнадцать-двадцать. Ну что сказать о себе новом? В зеркале отразилось молодое красивое лицо, созданное сводить женщин с ума и покрытое безупречным загаром. Небольшая щетина и малозаметный шрам на левой щеке придавали ему мужественности, а его глубокие голубые глаза смотрели пронзительным взглядом уверенного в себе человека. Причёски как таковой не было. Я ополоснул лицо и мокрыми руками уложил светло-русые волнистые волосы средней длины назад. Затем широко открыв рот, внимательно осмотрел идеально ровные белые зубы. В общем, внешностью я остался доволен, как и спортивным телосложением, приближённым к идеальному. Спасибо Джованни, что несмотря на свой паразитический образ жизни, ты не забывал заходить в тренажёрный зал и брать уроки бокса у дяди своего лучшего друга Тони. Стоило мне подумать о своём росте, как в подсознании моментально всплыла нужная информация — метр семьдесят девять.
— Ты ещё долго будешь любоваться собой, красавчик? — услышал насмешливый голос Джины. — Я так в школу опоздаю.
Повернув голову, увидел довольное лицо сестры. Прислонившись плечом к дверному косяку, она накручивала длинный локон своих тёмных волос и добродушно улыбалась.
— Извини, малая, конечно проходи, — с улыбкой ответил я и, выходя из туалета, легонько потрепал её мягкие волосы на затылке.
Судя по звону посуды бабуля уже суетилась на кухне. Заглянув туда, удивился её маленьким размерам. В дальнем углу возле окна гудел небольшой старенький холодильник. В центре стоял средних размеров круглый стол, накрытый светло-зелёной скатертью. Шаг вправо, шаг влево от него — вот и всё пространство кухни. Зато в квартире были высокие потолки. Попытался достать его рукой и даже встал на носочки, но не хватило каких-то считанных сантиметров.
— Джио, — так звали меня родные. — Завтракать будешь? — спросила бабушка, ставя на стол большую тарелку с аппетитными на вид круассанами. Увидев эту красоту, я чуть слюной не подавился.
— Обязательно, бабуль. Только штаны надену. А то дома как-то прохладно.
«Интересно, почему такая видная и статная женщина живёт одна?» — покидая кухню, неожиданно прилетела ко мне мысль. Но тут же память Джованни подсказала, что у неё имеется «тайный» друг сердца, муж её покойной подруги, скончавшейся почти десять лет назад. Его зовут синьор Сержио. Свои отношения они особо не афишируют и встречаются на его территории. Но несколько раз он заходил к нам в гости. Вроде, дядька он неплохой. Знаю, что он бывший военный, всю жизнь отдал службе на флоте и сейчас работает на китайском торговом судне, поставляющем в наш порт товары из Азии.