Реджиста (СИ)

После беседы с Астой я поспешил в раздевалку, чтобы попрощаться с одноклубниками и персоналом команды. Для парней, с которыми успел подружиться, это было настоящим шоком. Но узнав причину моего отъезда, все искренне пожелали мне удачи. Я поблагодарил их и громко заявил: «Все знают мой номер мобильного телефона. Я всегда доступен и буду рад встрече при любом случае. Берегите синьора Гаттузо и удачи в предстоящем сезоне. Желаю всем нам только одного — как можно быстрее оказаться в большом футболе и встретиться на полях Серии А».
Потом я позвонил Альфредо Коццо и рассказал ему все подробности о том, что отправляюсь на просмотр в Турин и если всё сложится удачно, возможно, подпишу свой первый профессиональный контракт с «Торино». Не могу сказать, был ли он обижен на меня или нет. Я не особо обращал внимание на это. В конце разговора агент предложил свои услуги в качестве посредника. Я не стал его разочаровывать и сразу посылать в сексуальное увеселительное путешествие, взяв время на раздумье. Хотя сразу понял, что с этим человеком нам не по пути. Как-нибудь обойдусь без его помощи, особенно учитывая, что мне пока не поступило никакого предложения о подписании контракта.
Потом мы устроили великолепный семейный обед, чтобы отпраздновать приезд родственника и мой внезапный отъезд. Прощание с «Гаттузиками» затянулось и было очень эмоциональным. Оно сопровождалось слезами, наставлениями и совместным фотографированием на память. Я выразил благодарность главе семейства Давиде и его прекрасной доброй жене Сандре. Затем поцеловал в щечки их чудесных дочерей-близняшек Патрицию и Кристину, вызвав у них неописуемый мгновенный восторг. И крепко обнял своего нового друга Николо, встреча с которым стала для меня судьбоносной. Мне пришлось им пообещать, что буду стараться приезжать в гости так часто, как это будет возможно, а также регулярно звонить и держать их в курсе моих дел — как личных (это особенно важно для близняшек, которым я приглянулся), так и футбольных.
Я заметил дорожный знак, указывающий на въезд в населённый пункт, и вскоре мы оказались в коммуне Кьюзавеккья. Антонино сделал остановку на перекрёстке, чтобы пропустить старенький небольшой трактор. Мы переглянулись, и тренер спросил:
— Всё в порядке? Ты выглядишь немного грустным.
— Да, всё отлично. Просто немного хочется спать. Возможно, это из-за погоды, а может и поездка утомила.
— Возможно. Я и сам начал зевать. Сегодня слишком рано встал и не выспался, — сказал мужчина и, неожиданно зевнув, вызвал у меня улыбку. — Слушай, скоро мы будем проезжать через небольшой городок Гарессио. Я знаю там отличную кофейню. Пару раз приходилось там останавливаться. Если ты не против, можем заехать и выпить по кружечке хорошего кофе, чтобы взбодриться.
— Не против. С удовольствием выпью горячий кофе, — ответил я. Затем немного задумался и решил довериться Асте, рассказать некоторые моменты из своей жизни и причины бегства из родного города. В каждом футбольном клубе обычно есть служба безопасности, которая работает наравне с полицией или Интерполом. Вероятно, у них есть свои контакты в правоохранительных органах и других государственных учреждениях. Думаю, при наличии моих данных им не составит большого труда получить информацию обо мне. Поэтому будет лучше, если я сам расскажу все подробности.
— Синьор Аста, — начал я, но был перебит тренером.
— Давай без синьора. Ты же не на пресс-конференции находишься. Просто называй меня Мистер. Я уже привык к такому обращению со стороны своих игроков.
— Я вас понял, Мистер, — усмехнулся я и увидел его доброжелательную улыбку. — Я хотел бы рассказать немного о себе и своей прошлой жизни. Я решил не делиться этой информацией с семьей Гаттузо, чтобы не расстраивать их. В общем, я сейчас нахожусь в розыске… — я сделал небольшую паузу, наблюдая за его реакцией, но он даже бровью не повёл и не посмотрел в мою сторону. Я выдохнул и продолжил. — Меня разыскивают как без вести пропавшего. Полиция Неаполя считает, что я утонул. Вот такие у меня дела.
 
— Заинтриговал. Как я понял, это только начало. Продолжай. С интересом послушаю твою историю, — сказал он, и его улыбка моментально исчезла. Затем он приложил руку к проигрывателю и отключил музыку.
Я рассказывал свою историю жизни неторопливо, наслаждаясь видом за окном и восхищаясь красотой мира вокруг меня. Я повествовал о грустной судьбе Джованни Руссо, сироты из Неаполя, который попал в преступный мир каморры по своей собственной воле. В подробности не углублялся, но обрисовал общую картину и рассказал о том, что считал важным.
На всё про всё у меня ушло около десяти-пятнадцати минут. В течение этого времени Мистер не перебивал меня, внимательно слушал и следил за дорогой. Похоже, моё искреннее повествование вызвало у него некоторое потрясение. Когда я закончил свой рассказ, он некоторое время молчал. Видимо, ему требовалось время, чтобы прийти в себя и осознать полученную информацию.
— Я даже не знаю, с чего начать… — после долгой паузы сказал он. — В принципе, ты правильно поступил, решив открыться и рассказать всё. Теперь, зная о твоей сложной ситуации, мне будет проще объясняться с руководством клуба и решать вопросы твоего воскрешения и трудоустройства. Не беспокойся о полиции, наша команда юристов и специалистов по безопасности быстро разберётся с этим вопросом. Думаю, здесь не возникнет проблем. Однако насчёт каморры пока я не могу дать ответ. Я никогда не сталкивался с преступностью и далек от всей этой грязной сферы. Единственная просьба, которую я хотел бы тебе дать — старайся не делиться этой информацией с кем-либо, особенно с одноклубниками или сотрудниками клуба. Те, кто должен знать, будут в курсе твоих дел. Вот, — он облегченно выдохнул и, взглянув на меня, продолжил. — Самое главное — твоя прошлая жизнь, связанная с криминалом, уже далеко позади. Уверен, что ты не совершал никаких серьёзных преступлений, которые могут в будущем негативно повлиять на твою жизнь, карьеру или репутацию. Знаешь, как наши журналисты любят приукрашивать истории и пытаются скомпрометировать известных личностей. Но не стоит беспокоиться о таких вещах. Это всего лишь чьи-то слова. Ну а насчёт наркотиков скажу лишь одно. Эта дрянь действительно зло, которое сгубило не одну человеческую жизнь. Я лично потерял двоих своих хороших знакомых, — после небольшой паузы он продолжил. — Я не имею намерения осуждать тебя. Главное, что ты осознал свои ошибки вовремя и решил выбрать другой, правильный путь, связанный с футболом. Твой выбор свидетельствует о твоей силе воли и стремлении к лучшему. Знаешь, во время нашей первой встречи я не стал тебе это говорить, боялся, что ты зазнаешься. Но сейчас скажу. В тебе есть что-то особенное, индивидуальное. Ты не просто играешь в футбол, ты мыслишь на поле, демонстрируешь интеллектуальный подход. Однако талант требует развития, и я обещаю помочь тебе раскрыть его наилучшим образом, — сказал он и, увидев мою широкую улыбку, добавил. — Может быть, из тебя получится что-то путное, и ты сможешь дорасти до основной команды и добиться в её составе успеха.
— Спасибо, Мистер. Очень приятно слышать ваши слова. Для меня сейчас важно, чтобы я приглянулся вашему селекционному отделу или другим людям, кто отвечает за подписание. Но я постараюсь не подвести вас. Всё, что я хочу в этой жизни — это играть в футбол и стать лучшим.
— Аккуратнее со словами, парень, — усмехнулся тренер и, пристально взглянув на меня, продолжил следить за дорогой. — Поверь, за свою жизнь я встречал много молодых талантливых футболистов, которым предрекали большое будущее. И каждый из них желал стать лучшим. Но, к сожалению, в профессиональном футболе оказывались только единицы. Большинству из них помешали травмы. Это действительно неприятная сторона нашей профессии. Но современная медицина делает настоящие чудеса и помогает восстановиться тем, кто раньше был бы вынужден завершить свою футбольную карьеру.
— Согласен. Футбол — это травмоопасный вид спорта, — высказался я, вспоминая своих друзей и знакомых из прошлой жизни, чья карьера закончилась из-за серьезных травм.