Мистер Декабрь (ЛП)

— Какая цыпочка? — спрашиваю я, когда нахожу его на заднем дворе в окружении развратных костюмов и нелепого реквизита.
— Ты — дерзкий, брат, мне это нравится. — Он хихикает. — Цыпочка, та, что на дне рождения, блондинка с огромным каре...
— О, Господи. Это — нет— от меня, — отвечаю я, помогая ему поднять коробку на другой конец комнаты.
— Чувак, она была горячей.
— Они все горячие, но у той были сумасшедшие глаза.
  
Он хихикает.
— Что это за глаза?
— Такие, которые говорят: «Я хочу жениться и родить тебе мини-детишек от стриптизера», вот такие сумасшедшие.
Он завывает от смеха.
— Значит, она лаяла не на то дерево.
Так оно и было.
— Так когда ты хочешь, чтобы я вернулся?
— Черт, чувак, если ты готов раздеться, я верну тебя туда сегодня вечером.
Я ухмыляюсь. Он уже должен знать, что я всегда готов сделать это.
— Я в деле.
— Но, предупреждаю, сегодня будет сумасшедшая ночь, Деб дважды забронировала нам девичники, а я согласился на рождественскую вечеринку лет сто назад и не записал это в книгу, так что будет безумно много народа.
Это классический Грифф. Удивительно, что ему удается поддерживать это место в рабочем состоянии.
— Чем больше, тем веселее.
  
Глава 4
 
Марго
Кажется, у меня только что лопнула одна из барабанных перепонок.
Целая толпа маминых старших подруг заявилась сюда около часа назад, и на каждой из них надеты нелепые розовые боа из перьев, соломинки в виде пениса на шнурах на шее и множество других поясов и значков.
Они выглядят так, будто их вырвало в отделе девичников в магазине скидок. Жестоко.
— Это так уморительно! — хихикает Бет, щелкая очередную фотографию моей мамы, наряженной в фату, подвязку и всевозможные атрибуты пениса, которые когда-либо производились.
Мне кажется, эти женщины проснулись этим утром и решили, что им снова двадцать лет.
Думаю, они также не обратили внимания на то, что мама уже замужем, и что им следовало бы устроить эту горячую вечеринку до того, как она свяжет себя узами брака, но их не переубедить. Это произойдет независимо от того, сколько я буду жаловаться, а пока что это чертовски много.
— Это уже что-то, — я вздрагиваю, когда один из них смеется ужасным, высоким тоном, напоминающим визг животного.
— Кто умер и забрал твою душу с собой? — она бросает на меня дерзкий взгляд. — Ты должна признать, что это довольно забавно. Твоя мама выглядит нелепо.
— С этим не поспоришь. — Я хихикаю, качая головой, пока она потягивает коктейль из соломинки в виде пениса и покачивает бедрами.
— Тебе нужен коктейль! — Бет пихает один мне в руки, и я с благодарностью принимаю его. Если мы собираемся участвовать в этом, мне понадобится алкоголь. Много алкоголя.
— Итак... Хотти-Мак-Хотнес где-то рядом? — спрашивает Бет, демонстративно оглядываясь по сторонам.
Честно говоря, я думала, что это будет ее первый вопрос, когда она войдет в дверь.
— Нет. — Я качаю головой. — Он уронил штаны перед моей мамой, поссорился с отцом, а потом сбежал. Весь день не возвращался.
— Твоей маме так повезло. — Она мечтательно вздыхает. — Он, наверное, делает приседания и ублажает женщин. Может, даже одновременно.
Я чуть не выплевываю полный рот своего напитка.
— О, Боже, неужели?
— Ты так и думала.
— Уверяю тебя, нет.
— У тебя есть его номер? Мы могли бы потом набрать его по пьяни.
У меня нет его номера, и сейчас я этому несказанно рада — звонить Луке, когда я нахожусь под воздействием знаменитых коктейлей Миранды, было бы полной противоположностью хорошей идеи.
В трезвом состоянии я едва могу сдерживать себя рядом с ним, каким бы дерзким и назойливым он ни был.
— Он стриптизер, Би, я бы и на десять футов к нему не прикоснулась.
— Ну, я бы точно не отказалась от стриптизера, просто говорю.
— Да! — кричит Вероника, одна из маминых подруг, подслушав наш разговор. — Пойдем к стриптизерам!
Господи Иисусе.
— Я не это сказала! — говорю я, но уже слишком поздно. Я произнесла это слово вслух, и теперь вселенная насмехается надо мной.
— Стриптизеры! Стриптизеры! Стриптизеры! — начинают скандировать они.
— О, это так здорово! — Бет держит свой телефон, снимая их на видео. — Мне нравятся друзья твоей мамы.
— Ни за что на свете я не пойду со своей мамой на стриптиз.
— Ты будешь делать то, что тебе говорят, тусовщица.
— Дамы! — восклицает Миранда, стараясь, чтобы ее услышали поверх их скандирования. — Какой бы я была лучшей подругой, если бы не записала свою девочку посмотреть на горячих парней, трясущих своими задницами... Угадайте, что, сучки? Мы идем к стриптизерам! — она танцует, когда делает свое заявление, и я не могу удержаться от смеха.
— Это буквально лучший день в моей жизни, — говорит Бет.
— Это буквально худший день в моей жизни. Я не буду смотреть, как моя мама танцует на коленях. Меня вырвет.
— Я присмотрю за ней, — Бет ухмыляется. — Может, даже куплю одного для себя; если они хоть немного похожи на твоего нового брата, то я в деле.
— Боже, я тоже, — думаю я, но не говорю, потому что ни за что не признаюсь в этом вслух.
Если я больше никогда не буду думать о твердом прессе Луки Эндрюса, это все равно будет слишком рано.
Мне отчаянно нужно отвлечься.
Может быть, эта ночь и есть то, что мне нужно. Может, мне нужно пойти и встретиться с какими-нибудь безумно горячими парнями, которые не являются моим новым сводным братом, и выпить еще около пятидесяти таких коктейлей, чтобы отвлечься от него.
Мама ловит мой взгляд и хихикает, ее щеки раскраснелись от волнения.
— Давай, Гоу-гоу, это может быть весело... — зовет она через всю комнату.
Я закатываю глаза.
— Ладно, — ворчу я Бет. — Я пойду, но, если какой-нибудь чувак сунет свой член в лицо моей маме, я уйду.
***
Нас усаживают за два столика прямо у входа, вплотную к сцене.
Ничем хорошим это не закончится, я это чувствую. Все закончится потно и неловко.
Девушки настаивают на том, чтобы такси остановилось по дороге, чтобы они могли снять наличные. Они долго обсуждали, куда лучше всего спрятать деньги, и я не помню, чтобы я так смеялась когда-либо.
Надеюсь, эти чуваки к этому готовы.
Я сажусь на самое дальнее от сцены место. Ни за что на свете я не стану одной из тех девчонок, которых тащат на сцену, чтобы все видели. Бет может это сделать; она в восторге от всего этого.
Она ухмыляется, садясь за стол с зажатой в руке кучей денег.
Я качаю головой, забавляясь, и пробую напиток, который мне дали по дороге.
Я уже чувствую коктейли, алкоголь согревает меня изнутри и раскрепощает.
Передо мной появляется еще один напиток, какой-то причудливый коктейль с кусочком фрукта и зонтиком, торчащим сверху.
Я делаю глоток и стону, наслаждаясь сладким фруктовым вкусом. Розовый джин. Это дьявольский сок. Ты даже не чувствуешь вкуса алкоголя в этих штуках, а потом, не успев опомниться, падаешь с лестницы.
— Выносите петуха! — кричит Бет, когда свет начинает гаснуть, и комната наполняется радостными возгласами.
Определенно, дьявольский сок.
— О, Боже! — я хихикаю. — Если ты не успокоишься, то в конце концов трахнешь стриптизера.
Она подмигивает мне.
— Знаешь, что, я только что добавила эту вкусную идею в свой список желаний.
—Я отведу тебя к врачу, когда ты подхватишь венерическое заболевание, — обещаю я ей.
— Спасибо, мам.
Начинает играть музыка, и, как бы мне не хотелось идти сюда с самого начала, должна признать, что это заставляет сердце биться. Я вибрирую от волнения, когда свет гаснет.
  
Бит затихает, и из-за занавеса выскальзывает высокий темноволосый красавчик. На нем уличная одежда, толстовка с капюшоном и серый свитшот. Все это очень похоже на «Супер Майка», и я очень рада этому. Он невероятно горяч.