Пощадите, мой лорд!
Я благодарно кивнул на слова Тейтона. Лорд был прав: наша встреча – новый виток в развитии связей. Пока родня Роана занималась страной и соседями, моя семья вполне могла обновить тропы в сторону Севера.
– Скажи, Косиан, можно ли нам в качестве жеста доброй воли попросить одну из статуй с твоего озера? Наш отец будет рад такому подарку.
Я рассмеялся на слова Марена. Этот парень, и правда, знал, о чем просить. Глаза мужчины сияли в полумраке зала: кажется, он уже просчитывал, как увеличит собственную силу и чему можно научиться, глядя на эти фигуры, застывшие во времени.
– Конечно. Ты избавил меня от головной боли, если честно. Последние недели я только и думал о том, что бы отправить в качестве сувенира старшему Чешеви. И думаю, да, ваш отец способен в полной мере оценить подобное. Кажется, у него есть личная коллекция артефактов?
– И довольно большая. Когда приедешь с ответным визитом, уверен, он не откажет тебе в экскурсии.
– Имей в виду, я запомнил, – предупредил Тейтона с улыбкой, на что получил кивок.
Вечер прошел довольно приятно. Не углубляясь в политику и экономику, оставив серьезные вопросы наутро, мы обсуждали больше, чем и как живут наши уделы.
Почти на рассвете, отправив гостей отдыхать, немного постояв на стене, наблюдая, как под светом уходящей и бледнеющей луны перекатываются барханы, я вдохнул прохладный ветер пустыни. Он пах пылью и немного солью. Пряностями и песком. Он пах домом. Но нужно было спускаться в подземелья, выяснять, так ли призрачна угроза, что сегодня так неожиданно возникла на моем пути.
**
Фейге
Здесь не было живого огня. Только какие-то странные фонари, которые не давали ни дыма, ни запаха. Несмотря на желтый свет, так похожий на факелы, мне было от него холодно. Дрожь то и дело проходила волнами по телу, в которое медленно, слишком медленно, возвращались силы. Если бы я не знала, что случилось, то предположила бы, что наступила на змею и теперь страдаю от ее яда. Но нет. Все было не так просто и радужно.
Трианонский лорд. Зиминик. В племени поговаривали, что сейчас всем заправляет младший из сыновей, и было непонятно, хорошо это для меня или плохо. Если о старом лорде упоминали, как о мудром и рассудительном правителе, то этот… не слишком ли он молод и порывист, чтобы выслушать оправдания, когда сам все для себя уже придумал и решил?
Ночь прошла в томительном ожидании. Свернувшись в углу на жесткой лавке, укрывшись тонким покрывалом, я все ждала, когда мой палач явится выносить приговор, а его все не было. На какое-то время даже удалось погрузиться в сон, но облегчения это не принесло: слишком велико было волнение. Так и находясь на границе снов и яви, я все же уловила скрип ступеней и звук шагов.
Рывком проснувшись, едва не упала с лавки. Затекшие ноги тут же отозвались болью и неприятным зудом.
Я еще не успела прийти в себя, а за дверью-решеткой появился темный силуэт. Свет обтекал мужчину со спины, делая его облик еще более мрачным и словно густым, не позволяя рассмотреть лицо и выражение глаз. Хотя в неверном свете мне казалось, что я вижу красные искры, то и дело вспыхивающие во взгляде.
Щелкнул замок, и, не сильно переживая за собственную безопасность, в мою временную обитель шагнул Зиминик. Лицо попало под свет фонаря, и я не увидела на нем больше злости или угрозы. Мужчина был задумчив, рассматривая меня, словно грязь, неожиданно появившуюся там, где ей быть не полагается.
– У тебя одна попытка, – нарушил тишину глубокий, спокойный голос, от которого помещение вдруг показалось значительно меньше, чем было на самом деле. – Говори.
– Я вовсе не… – затараторила, стараясь не шевелиться, несмотря на зуд в ноге. Тело чуть подрагивало, и сидеть ровно было не так и просто, но я напрягала каждую жилу, чтобы удержать его под контролем. У меня не было уверенности, что еще один сеанс лордовой магии я сумею вынести без потерь.
– Стоп, – лениво перебил Зиминик, чуть склонив голову набок. Глаза уже ясно и без сомнений полыхнули красным. – Начни сначала. Имя?
– Фейге Нбагоро. Я из табеков. Племя оазиса Срединной луны, – быстро проговорила, стараясь не спотыкаться. И замолчала, ожидая подсказки, что делать дальше. Но лорд тоже не произносил ни слова, только рассматривая меня все внимательнее.
– Я не чувствую лжи, но почему твои слова не соответствуют действительности?
У меня не было ответа на этот вкрадчивый, тихий вопрос, от которого зашевелились волосы на затылке. Все, что я смогла – это судорожно сглотнуть, чтобы как-то взять себя в руки.
– Ладно. С этим мы разберемся. Что ты делала у озера? Табеки не ходят туда, – Зиминик нагнулся так быстро, что я невольно отпрянула и, с силой треснувшись затылком о стену, тихо заскулила от боли.
На лице лорда ясно, читаемо, появилось раздражение вперемежку с досадой.
– Что за… Просто отвечай на вопросы. Чем дальше, тем нелепее все это выглядит. Зачем шпионила за нами?
– Да не шпионила я! – от боли, обиды и напряжения страх куда-то подевался. Я говорила неожиданно резко, почти с вызовом. – И вообще, знала бы, что вы там будете, ни за что бы ни подошла!
– Звучит, как правда, – задумчиво проговорил Зиминик, и я отчаянно закивала. Только на лице лорда почему-то вовсе не отразилось желание меня тут же отпустить. Он, наоборот, нахмурился сильнее.– Тогда почему я чувствую, что что-то не так. А? Говори, Фейге Нбагоро. Зачем ты пришла к озеру?
Удивленная, что он с первого раза запомнил мое имя, я даже слегка растерялась. Не так, по моему мнению, должен был пойти разговор-допрос. Да и откуда мне знать, что именно ему там чувствуется? Может, это у него несварение так проявляется?
Но ответить стоило. Мало ли как быстро закончится лордовское благодушие в мой адрес.
– Мне нужно было искупить вину. Потому старейшины отправили меня к Сонному озеру, – кривясь, нехотя призналась в самом стыдном и сокровенном. Но жизнь была дороже.
– Искупить вину? Обычно для этого приносят жертву на огне, а никак не ходят к озеру. Да я и не заметил у тебя с собой ничего, что стоило бы такого путешествия. Или ты собиралась принести в жертву своего рыжего пса?
– Гарба? Да вы что? С ума сошли? – до крайности удивилась и потому, утратив всякие манеры, прямо спросила. И только потом осознала, что именно ляпнула. Сердце зашлось в бешеном беге, а ладони похолодели.
Но лорд только усмехнулся.
– Так, значит, не его. Что же тогда должно было быть жертвой?
– Никакой жертвы. Мне она не была нужна. Мне требовалось искупление. А для этого нужно искупать ноги в Сонном озере…
– И умереть? Ты мне врешь, – отстранившись, с брезгливостью на лице, вынес вердикт лорд. – Каждый табек знает, что это принесет смерть. Лгунья. Ничего, посиди тут еще, может, тогда твой язык все же скажет мне правду.
– Погодите! Я вовсе не вру! – дверь захлопнулась за спиной лорда так быстро, что я только и успела подскочить с жесткой лавки. А когда добежала до прутьев, лорда уже нельзя было увидеть и в конце коридора. До чего же быстро двигается!
С досадой стукнув по решетке, я тут же взвыла от боли и тоски: как бы он меня тут не запер на веки вечные в попытке развеять свои сомнения.
Взгляд с тоской скользнул по темнице, и только теперь я заметила кувшин воды и половинку хлеба, что стояли на небольшом подносе в темном углу. Живот громко и тоскливо заурчал, напоминая, что тоска тоской, а о насущных потребностях забывать не стоит. Тем более, когда о них позаботился мой пленитель.
**
Что-то было с ней не так. Вся ее правда, пусть и не горчащая, как настоящая ложь, имела странный привкус. Словно я не мог спросить главного, найти истиной причины. Какая-то вся мелкая, немного несуразная, она чем-то неуловимо отличалась от табеков, что я встречал раньше. С виду настоящая пустынница, но…
Стоило мне выйти на стену замка, перебирая в голове каждое произнесенное девушкой слово, я вдруг услышал пронзительный громкий вой. Звук шел от самых стен, словно какой-то зверь пытался пробиться во двор. В ответ на этот звук тут же послышалось рычание и ответный вой из псарни. Почему-то мои волки взволновались.