Скрытые шрамы (ЛП)

Я хихикаю. Воробей даже глазом не моргнул на улетающую птицу - он самый ленивый кот на свете.
Я готовлю себе ужин.
Орион не возвращается.
Вернувшись в гостевую спальню, я отправляю файл на принтер Ориона. Быстро поднявшись наверх, я беру документ и ручку и пролистываю плотный документ.
В нем сорок восемь страниц.
Кабинет Ориона темный и угрюмый, с панелями из темного дерева и старым дубовым столом посреди комнаты. Просматриваю разбросанные по полкам книги о БДСМ, согласии и некоторые книги, похожие на учебники по сексуальности и философии.
  
Меня поражает, насколько похожи Starboy и Орион. Кажется, что они оба подходят к этому образу жизни с позиции открытого общения и образования.
 Может, они знают друг друга? 
Закрыв дверь его кабинета, я возвращаюсь в гостевую спальню и сажусь за маленький письменный стол, пролистывая контракт Starboy .
Отмечаю все пункты: сабмиссив, новичок, натурал, моногамный. Одна мысль о том, чтобы разделить его, вызывает у меня тошноту. Под этим пунктом указаны его ограничения, и, пока мои глаза сканируют список, рука подступает к горлу.
 Жесткие ограничения: целомудрие, сексуальные игры, возрастные игры, игры с животными, свинг, обмен, совместное использование. 
 Мягкие ограничения: Проникновение. 
Мои глаза расширяются при виде последней части, и я продолжаю читать.
Для меня эта динамика больше связана с властью, чем с сексом. Иногда половой акт может произойти, и в этом случае я буду следить за безопасностью всех участников и регулярно тестироваться. Но этого не стоит ожидать. Между доминантом и сабмиссивом есть много вещей, которые могут иметь сексуальную направленность, но это на мое усмотрение. Перед началом игры необходимо произнести вербальное и невербальное безопасное слово.
Следующий раздел - список его предпочтений.
 Шлепки 
 Паддинг3 
 Каннинг4 
 Порка 
 Восковые игры 
 Зажимы для сосков 
 Электрические палочки 
 Ментальный бондаж 
 Контроль оргазма 
 Гипноз 
 Принудительные оргазмы 
 Отказ в оргазме 
 Унижение 
 Деградация 
Затем он рассказывает о том, что уже делал со своими сабмиссивами, относящимися к этим двум последним пунктам.
 Едят на полу. 
 Стоять на коленях на рисе. 
 Ругань. 
 Писать реплики. 
К тому моменту, когда я заканчиваю изучать его ограничения и проверяю свои жесткие ограничения - которые включают в себя почти все ограничения Starboy, плюс все, что связано с биологическими жидкостями, - я начинаю нервничать и беспокоиться о сегодняшнем вечере.
Когда я перехожу к мягким границам, я уже не так уверена в себе.
Я помечаю «нет» рядом со всем, что связано с едой, включая еду с пола.
Также отмечаю «нет» любым унизительным выражениям о моем теле. Я не уверена, что когда-нибудь поправлюсь настолько, чтобы слышать что-то подобное.
Я только недавно узнала о некоторых вещах, таких как игры с младенцами и пеггинг, и оба этих вида я помечаю как мягкие ограничения.
Я отказываюсь от 24/7... хотя идея интригует. Быть его покорной 24 часа в сутки 7 дней в неделю? Это может быть весело, но я не думаю, что это для меня.
Тогда только в спальне.
К тому моменту, когда я дойду до конца своих ограничений, там будет больше информации о нашей динамике и соглашение о неразглашении.
 Ты будешь обращаться ко мне по заранее установленному почетному имени. 
 Ты будешь благодарить меня за удовольствие и дисциплину. 
 Ты не будешь приходить без моего разрешения, даже когда мы будем врозь. 
 Знай свои границы. Запомни их. 
 Общение - ключевой момент. Это будет проверено до того, как мы начнем. 
 Никогда не думай, что ты знаешь, чего я хочу. 
 Я буду уважать тебя целиком и полностью, и жду такого же уважения от тебя. 
 Ты будешь приходить вовремя на любую пьесу - всегда. 
 Ты будешь преклонять передо мной колени перед каждой сценой. 
Еще три страницы правил - и моя голова начинает кружиться. Он не может не быть дотошным.
После этого я ставлю подпись и дату, складываю бумаги так, чтобы они поместились в сумочку.
Быстро приняв душ, натягиваю платье и убираю верхнюю половину длинных волос с лица. Я отказываюсь от макияжа, вместо этого вставляю контактные линзы и наношу на щеки кремовые румяна, быстро накладываю тушь для ресниц и вишнево-красный блеск для губ.
Сейчас только восемь часов, поэтому я решаю отправиться в «Inferno» пораньше. Воспользовавшись правилом одного напитка, я думаю, что это хороший способ успокоить нервы. Когда я выхожу из спальни и прохожу по квартире, то понимаю, что Орион все еще не вернулся.
Это не имеет значения. Сегодня ты не пытаешься произвести на него впечатление.
Я быстро достаю телефон и отправляю ему сообщение.
  Ухожу сегодня вечером. Вернусь позже. Не жди меня.  
Смотрю на экран, пока спускаюсь на лифте на первый этаж, но к тому моменту, как я оказываюсь на улице, он еще даже не читает его.
Я подумывала открыть запоздалый подарок, который он преподнес мне на день рождения, но что-то подсказывало мне, что нужно подождать. Я взяла его с собой в его квартиру, так что на всякий случай он был при мне.
Поставив телефон на беззвучный режим, я прошла три квартала до «Inferno». Все еще жарко, но с наступлением темноты стало заметно прохладнее. Теплый воздух щекочет мне кожу, но он уже не кажется гнетущим, как раньше. Дойдя до входной двери, я делаю глубокий вдох и захожу внутрь.
Как и в прошлый раз, за столом сидит женщина, одетая в деловой повседневный костюм и печатает на компьютере. Я останавливаюсь у двери, сердце колотится в груди, но она поднимает на меня глаза и улыбается.
— Здравствуйте, мисс Риверс.
Я открываю и закрываю рот. — Я здесь, чтобы увидеть…
Я не знаю, как его назвать. Starboy? Человек в маске? Я не знаю его имени, поэтому ломаю голову.
— Я знаю. Он уже здесь и ждет вас в комнате гипноза. Пожалуйста, не стесняйтесь выпить перед этим. — Она встает и открывает двери гардероба.
— Развлекайтесь, — добавляет она, улыбаясь.
 Комната гипноза? 
— Спасибо.
Я шагаю между пальто, прохожу через дверной проем и попадаю в бар «Inferno».
 Он здесь. Он уже ждет меня. 
Моя кожа покрывается мурашками, когда я подхожу к барной стойке. Бармен готовит напитки, и я слегка улыбаюсь ему.
— Можно мне немного текилы, пожалуйста?
— Конечно, можно, — говорит он, дружелюбно сверкая глазами, пока наливает кому-то причудливо выглядящий напиток. — Как прошла ваша ночь?
Я тревожно выдыхаю воздух. — О, это сложный вопрос.
Он смеется. — Я Марк.
— Я Лейла, — говорю я ему, пожимая его теплую руку.
Его глаза расширяются. — Сводная сестра Чейза Рейвэджа, Лейла?
— Ты знаешь Чейза? — спрашиваю я, наклоняясь вперед.
Он смеется. — К сожалению для меня. Этот парень - заноза в моей заднице, но он мой шурин. А я - брат его жены Джульетты.
Осознание приходит. Конечно. — Точно, теперь я тебя помню. Кажется, мы встречались на одной из разных свадеб. Может, у Майлза?
Он наливает мне напиток и вручает браслет, чтобы они знали, что я выпила положенную порцию.
— Кажется, это был репетиционный ужин Лиама и Зои. Но, честно говоря, я не помню почти ничего из того вечера. Алкоголь был нарасхват, — говорит он, ухмыляясь.
  
Мои щеки пылают, когда я думаю о той ночи. О поцелуе с Орионом.
Чувство вины захлестывает меня, когда я думаю о том, что мне предстоит сделать. Когда я думаю о том, что предаю Ориона странным образом, возможно, мне стоит отменить все это, пока мои чувства к нему не улягутся.