Ядовитый воздух свободы

  
Глава седьмая
 
Магдалена Тейн
 
Спутник-7
Магдалена украдкой следила за тем, как Аксель пил черный кофе мелкими осторожными глотками. Получив чашку, он несколько минут не прикасался к напитку. Тейн на мгновение показалось, что она видит в его глазах тревогу, но наваждение быстро рассеялось, или Грин взял себя в руки. Первый глоток он сделал, прикрыв глаза. И дальше пил медленно, очень медленно. Он смотрел в окно, погруженный в себя, выглядел спокойным, но Тейн чувствовала, что детектив напряжен. Естественно, он в новом месте, без привычных ресурсов, друзей, женщины… Есть ли у него женщина? Ее собственная личная жизнь не удалась, и Магдалена живо интересовалась тем, как жили звезды. Грин в ее понимании был звездой. Его показывали по телевизору, о нем писали статьи.
Детектив поставил хрупкую чашку на блюдце.
— Введете меня в курс дела, комиссар Тейн?
— Сейчас?
Он быстро огляделся.
— Мы одни.
В кафе действительно никого не оказалось. Возможно, дело было в раннем часе. Синие глаза Грина остановились на ее лице, выбивая остатки уверенности, Тейн осторожно вдохнула, успокаивая сердце.
— Вы от меня ждете какого-то структурированного рапорта?
— Расскажите своими словами.
— Да тут все в шоке, детектив. Мы нашли замурованный в стене старой лаборатории скелет. У вас были материалы дела и мой отчет. Что вы от меня хотите?
Аксель медленно опустил руки на столешницу. Его волосы спокойно лежали на плечах, придавая лицу странно величавое выражение.
— Расскажите о том, как вы приехали на место, что там увидели. Где находились свидетели. Какие решения приняли потом и какая информация доступна на данный момент.
— Я ненавижу экзамены, — фыркнула Тейн, одним глотком допивая свой чай.
— Почему вы саботируете процесс, комиссар? — с легким удивлением, но пока без раздражения поинтересовался Аксель. — Вы боитесь, что я отниму вашу работу? Или вам есть что скрывать?
Он спросил это тихо, едва слышно, но Магдалену обдало ледяной волной стыда и одиночества. Черт побери, где Ник? С ним оказалось бы попроще. Хотя кому она врет. В ее жизни никогда и ни с кем уже не будет проще.
— Давайте дождемся нашего криминалиста.
— Комиссар… — Грин выдержал паузу. — Вы ничего не знаете о деле?
— Я… я боюсь, вы будете критиковать мои методы, — стушевавшись, прошептала она.
Аксель неожиданно рассмеялся. Так легко и открыто, что она ошеломленно замерла и подняла на него глаза. Улыбка осветила его лицо, смягчила выражение глаз. Он стал еще привлекательнее. Магнетически привлекательнее.
— Я приехал не инспектировать вас, комиссар Тейн. Я приехал для того, чтобы раскрыть это дело.
— Ладно, — выдохнула она, невольно улыбнувшись.
Аксель посерьезнел.
— Начнем?
Он пригубил кофе, откинулся на спинку старого дивана и посмотрел на собеседницу, призывая наконец посвятить его в детали. Тейн помолчала несколько секунд, собираясь с мыслями, а потом методично пересказала ему весь день 22 мая, когда ее назначили на это дело. Как она переговорила с боссом, как доехала до стройки в четвертом секторе. Как обнаружила Жанака, сидящего на плите. Какая была жара. Что все сотрудники находились в кабинках. А потом был спуск на цокольный этаж, вскрытая ниша и белый скелет. И металлический пропуск.
— Я допросила Жанака, он подтвердил, что кирпичи во внутренней части стены старые, довоенного периода. А кирпичи фальшстены конца шестидесятых. Стена собрана тяп-ляп, за вечер. Ну или за ночь. Она развалилась сама, когда они проделали дыру и спустились в цоколь. Видимо, лаборатория была запечатана, а перемена давления и поток свежего воздуха нарушили внутреннюю экосистему. Хотя Жанак говорит, что дело в первую очередь в вибрации от работы техники.
— Хорошо, — кивнул Грин. — Дальше?
 
— Я опросила всех сотрудников Венсана. Черт, детектив, я каждого из этих парней знаю. Они смотрели на меня как на врага, когда я задавала им вопросы. Где были, что видели, что слышали, что думаете, как считаете. Но все отвечали. Я не заметила нервозности или напряжения. Только недовольство от того, что их отрывают от работы. Мой отчет о допросах в управлении. Я даже не знаю, стоит ли вам его читать. Там ничего. Обычный рабочий день, обычная строительная бригада.
— Кто обнаружил труп?
— Нил Имран, правая рука бригадира. Он и сообщил Жанаку.
— Что делали остальные, пока мистер Имран ходил к руководству?
— Стояли наверху и ждали. — Брови Акселя дрогнули, выдавая легкое удивление. Или насмешку? — Я поняла, — вздохнула Тейн. — Вызываю всех на повторный допрос?
— Говорите, их десять человек?
Она кивнула.
— У вас есть помещение для ожидающих допроса, в котором можно поставить камеру или хотя бы микрофон?
Магдалена окончательно стушевалась:
— В нашем управлении только две камеры. Одна на входе, другая в допросной…
— Если поставить оборудование, вы найдете помещение?
Женщина слегка повела плечами.
— Зачем вам это?
Аксель не ответил. Он сделал еще один маленький глоток из чашки, опустил ее на блюдце и снова посмотрел в окно, задумавшись. Сейчас за его красотой проступила внутренняя сила, которая Магдалену пугала. Холодные глаза и особенная, жесткая складка губ выдавали в нем человека, близко знакомого со смертью и болью. И Магдалена не была уверена, что комиссар наблюдал за ними со стороны. Если бы не длинные волосы, она бы подумала, что он только что вернулся из армии. Что он военный следователь, а не гражданский.
— Комиссар Тейн, — проговорил он, посмотрев ей в глаза. — Вы действительно не понимаете?
Женщина поежилась, покачала головой.
— Мы оставим их перед допросом в одном помещении и посмотрим, кто как себя будет вести.
— Если они даже что-то знают о скелете, они же не идиоты, чтобы выдать себя, находясь в управлении, — возразила она.
— Я не был бы столь уверен в отношении суждений о чьих-то умственных или иных способностях без личного контакта. При этом я не жду, что кто-то выдаст существенную информацию. Важнее другое. Их чувства и эмоции.
— У нас нет ни профайлера, ни психолога.
— Они не нужны. Это работа следователя.
— Следователи мысли не читают.
— Вы уверены?
Магдалена отвернулась. Смотреть ему в лицо было стыдно и больно.
— Это какая-то ерунда, — прошептала она. — Мы не готовы к такому делу. Совсем. И назначать меня руководителем расследования — бред. Я хуже стажера.
— Просто пошли работать.
Час спустя
Ник Туттон явился к обеду. Криминалист сообщил, что ездил в лабораторию при госпитале, чтобы оформить повторную заявку на проведение ДНК-теста на основе тех ошметков, которые сняли со скелета. Первую заявку развернули из-за ошибок в оформлении. Грин, вынужденный выслушать самопрезентацию криминалиста, молча взял телефон и вышел из кабинета, оставив Магдалену наедине с Ником.
Туттон присел на край ее стола.
— И как он тебе? — одними губами спросил мужчина.
— Не спрашивай, — покачала головой она.
— Выпить хочешь?
Магдалена посмотрела ему в глаза, мягкие, с ореховой радужкой, в которых так обманчиво играло солнце. Каштановые волосы небрежно отброшены назад, лицо слегка обветренное, но по-прежнему привлекательное. Несмотря на то, что в последние три года Ник пил каждый день. После того как…
— Очень хочу. Но нет и обеда.
— Заявку на тест на ДНК утвердят сегодня, — сообщил вернувшийся в кабинет Грин. — С этого момента все через меня.
Ник повернулся, решив со стола не вставать.
— Вы руководите расследованием? Я думал, это прерогатива комиссара.
— С этой минуты — да, руковожу. Соответствующая бумага придет по факсу вашему шефу. А теперь к делу. Мы и так потеряли много времени. Вы единственный криминалист в этом городе, офицер?