Зеркало чудовищ (ЛП)

— Да, ну, выясняется, что мужчины, присваивающие себе заслуги за то, чего они на самом деле не делали, — это сквозная тема на протяжении всей истории, — сказала я.
— Мы всего лишь создания с хрупким эго и звериной гордостью, — отозвался Эмрис. — Нам нужно беспокоиться, что оно выследит нас здесь?
— Не нужно, если только оно не умеет приращивать голову обратно к телу или у него нет маленького потомства Кэт Палуга, чтобы отомстить за него, — проворчала я. Что, честно говоря, было бы как раз в моем духе везения. — И нам не нужно ничего делать. Какого черта ты вообще здесь делаешь?
  
Он откинулся назад, проводя ладонью по своему виноватому лицу.
— Разве это не очевидно?
Я ненавидела ту теплую дрожь, которую его слова посылали вниз по позвоночнику.
— Когда я видела тебя в последний раз, ты был полумертв и без сознания, — сказала я. — Так что нет, на самом деле это не очевидно.
— Погоди, — сказал он, поднимая руки. — Можем мы на секунду вернуться к той части, где ты, по-видимому, обезглавила легендарного монстра?
Эмрис смотрел на меня с чем-то похожим на благоговение. Я мрачно уставилась в ответ.
— Нет, — сказала я. — Мы остаемся на теме того, как ты, черт возьми, выследил меня здесь, в Лионессе.
— Ты спрашиваешь потому, что волновалась, что я не поправлюсь, или потому, что не поверила мне, когда я сказал, что хочу загладить вину? — Его голос был обманчиво легким.
Моя челюсть сжалась так сильно, что я испугалась, как бы её не заклинило. Его глаза были мягкими, когда он смотрел на меня, и это было сводящим с ума, сбивающим с толку и болезненным, потому что я хотела, чтобы он так смотрел на меня. На Авалоне, когда он вернулся. Вместо этого я получила резкие слова и холодный отказ, словно это он был пострадавшей стороной. Он оттолкнул меня, прежде чем я смогла сделать то же самое с ним. Замешательство, должно быть, и было целью, чтобы выбить меня из равновесия, заставить гадать.
— Мне плевать, если ты умрешь, — сказала я ему. — Или если загладишь вину.
— Ну, вот это была ложь, — сказал он, не впечатлившись. Уголки его губ изогнулись — не то чтобы я пялилась на них. — У тебя есть «телл», знаешь ли. Признак, когда ты врешь.
— У меня нет никаких признаков, — запротестовала я. Мое лживое лицо приносило мне стабильный доход через «Мистик Мэйвен». Оно оставалось неоспоримым и непобежденным, даже в карточных играх.
— Мне жаль тебя расстраивать, но есть, — сказал Эмрис. — Хотя он едва заметный.
— Какой же? — потребовала я.
Он ухмыльнулся, ничего не раскрывая.
— Ты невыносим, — прорычала я. — Скажи мне!
— И отдать единственное преимущество, которое у меня есть над тобой? — сказал он. — Ни за что.
Я с шумом выдохнула через нос.
— Прекрати.
— Прекратить что? — спросил он со всей невинностью того, кто точно знал, что я имею в виду.
— Это, — сказала я, не в силах сдержать боль в этом слове. — Зачем ты это делаешь? Эту… игру, в которую ты продолжаешь играть, где одну минуту ведешь себя так, будто ничего не случилось, а в следующую поворачиваешься и режешь меня, словно я никто и звать меня никак. Если ты не скажешь мне, что с тобой происходит, тогда просто… прекрати.
Мне стало всё равно, если он увидит, что я расстроена. Я могла признать, что он победил, потому что это убивало меня сильнее, чем предательство.
Его взгляд опустился вместе с голосом.
— Хорошо. Я тебя услышал.
Снаружи снова поднимался ветер, сипя и свистя между холмами фейри. С наступлением ночной тьмы пройдут часы, прежде чем станет безопасно выходить и искать остальных.
— Что это за хрень на тебе, кстати? — спросила я, указывая на его огромную шубу.
— Это было последнее пальто, доступное для покупки у Косторезки, — сказал Эмрис, почесывая затылок. — По крайней мере, так она утверждала. Я больше склоняюсь к тому, что она просто хотела, чтобы я выглядел идиотом, которым я и являюсь.
— А ты… — я жестом указала на его грудь, где рваные раны были скрыты под слоями одежды.
— Исцелен? — закончил он. — Почти. Бран — мастер на все руки. Птица, бармен, преследователь врагов, эпизодический целитель. — Он потянул руку поперек груди, только чтобы поморщиться. — Насильно влил в меня какое-то варево, от которого мне снились безумнейшие сны про плавание на листке через океан, но раны уже начинают рубцеваться. Хотя я всё еще не совсем в полной форме.
Я ковырнула заусенец, стараясь не выглядеть облегченной. Он этого не заслуживал.
— Что случилось, пока я был в отключке? — спросил он, сдвинув брови и наблюдая за мной. — У меня не было достаточно средств, чтобы выторговать у Косторезки информацию.
— Хаос, голодные древние божества, твой отец и остальные сожгли библиотеку — это была настоящая феерия ужаса, — сказала я.
— Они сожгли библиотеку? — Эмрис замер, ужас проступил на его лице. — А как же Библиотекарь?
Я промолчала. Мне и не нужно было отвечать.
Он выругался.
— Мне жаль, Тэмсин. Что еще случилось, пока я валялся в нокауте?
— Уирм забрал Олвен, — прошептала я.
— Что? — Эмрис повернулся спиной к огню и полностью развернулся ко мне. — Зачем?
Я могла только пожать плечами.
— Мы не знаем. Мы не знаем, где она, удалось ли ей сбежать, или если она…
— Не говори этого, — перебил Эмрис. — Она жива.
— Ты этого не знаешь, — сказала я.
— Знаю, потому что в обратном нет смысла, — заявил Эмрис. — Даже если Уирм притащил её к Лорду Смерти, у того есть на неё другие планы. Она знает наши замыслы.
Я посмотрела на него в ужасе.
— И мысль о том, что он её пытает, должна заставить меня чувствовать себя лучше?
— Нет… да… я имею в виду… — Эмрис глубоко вдохнул, наконец, собираясь с мыслями. — Я просто имею в виду, что Олвен невероятно умна, и она найдет способ остаться в живых, пока мы не сможем ей помочь.
— Мы, — повторила я. — Опять это слово.
— Да, мы, — твердо сказал он. — Пожалуйста. Позволь мне помочь тебе.
Мое разочарование достигло пика и накрыло меня с головой.
— Зачем? — спросила я. — Зачем? Ты дал нам информацию. Ты спас мне жизнь в Ривеноаке. Почему ты не можешь просто закончить на этом? Какой смысл в том, что ты последовал за нами сюда, всё еще бледный как привидение, ты сам сказал, что не восстановился полностью! Так зачем?
— Потому что, — сказал он с почти обречённым смешком. Словно это была самая очевидная вещь на свете. — Я пошёл бы за тобой куда угодно.
— Не смей, — предупредила я, и дыхание перехватило. — Не говори так.
Не давай мне надежду, чтобы снова её отнять.
Эмрис откинул голову на стену рядом с очагом. Он подтянул колени, положил на них руки и смотрел на меня тяжелым взглядом из-под полуприкрытых век.
— Я не просила тебя приходить.
— Тебе и не нужно было, — просто ответил он. — Я имел в виду то, что сказал. Я пошел бы за тобой куда угодно. Сквозь пыльные библиотечные стеллажи… в проклятые леса… через затонувшие королевства… Ты стала картой моей жизни. Никогда не будет приключения, которое стоило бы пережить, или сокровища, которое стоило бы найти, более великого, чем ты.
Мое сердце забилось быстрее, хотя сумрачный мир вокруг, казалось, замедлился.
Я не знала, что на это ответить. В этом не было смысла, ни в чём не было. Его слова. Его присутствие здесь. То, как он продолжал смотреть на меня… как раньше. Тот факт, что он всё еще был так красив, с его идеально вылепленным профилем. Он спутал все мои мысли, вверг все мои планы в хаос одним своим присутствием.
— Я знаю, что не заслуживаю этого, — сказал он, на мгновение закрывая глаза. — Но если ты позволишь мне остаться рядом с тобой, еще немного… просто чтобы всё исправить…
  
Его слова растворились в моем молчании. Ком, вставший в горле, сделал речь невозможной. Я чувствовала, что он что-то скрывает от всех нас, но это…
— Тэмсин, — сказал Эмрис, и голос его огрубел. — Теперь мы квиты? Мы можем, пожалуйста, быть в расчете?