Предначертанная. Часть вторая

Мира застыла у порога, подобно маленькой девчонке. Здоровой рукой она прижимала к себе раненую и с интересом рассматривала ту часть квартиры, в которой ещё не была. Молчаливый взгляд карих глаз девушки остановился на человеке за кухонным островком, чёрная поверхность которого играла в свете люстры, напоминавшей длинные увесистые чёрно-золотые ветви, что расцвели потрясающими цветами разных размеров и теперь парили под потолком.
  
– Подбери челюсть, – сдержанно произнёс Алан, заметив ошеломлённое выражение лица гостьи.
Их взгляды пересеклись. Восхищение Миры мгновенно сменилось невозмутимостью.
Заметив, как взгляд Алана переместился с её лица на часть тела ниже, Мира осознала, в чём стояла перед хозяином квартиры. Сжав челюсти, она сделала несколько шагов и уселась напротив него на длинном стульчике, пытаясь спрятаться за островком.
Алан, несмотря на смущение, которое подкралось к порозовевшим щекам Миры, и неловкость, что отражалась в каждом её движении и взгляде, легко считывал внутреннюю борьбу с собственными мыслями, отчётливо отражавшуюся на лице девушки.
– Что значит «он своё спасибо получил»? – спросила Мира, нарушив тишину и посмотрев на Алана прямым, даже отчасти смелым взглядом.
Если бы Алан не был лишён бровей, то они, несомненно, взметнулись бы вверх. Но ничто в его чертах не сообщало о какой-либо реакции.
– То и значит, – монотонно ответил Алан, продолжая водить ложкой по тарелке с пловом, к которой ещё не приступил. Морковь – очевидно не самый любимый его овощ – небольшой горкой возвышалась на соседнем блюдце.
– Алан, – неожиданно обратилась к нему Мира.
Нехотя подняв лицо, Алан посмотрел на неё своим устрашающим взглядом, явно не желая разговаривать. Слова, которые Мира хотела произнести, застыли на кончике языка. Свет, падающий из большого окна на правую часть лица Алана, подчёркивал плотные бугристые рубцы светло-розового оттенка, которые он старательно прятал под маской и кепкой все последние годы.
Мира стойко выдержала его ответный взгляд, который говорил лишь об одном: чтобы она не задавала лишних вопросов и молча исчезла из кухни. Но девушка не собиралась уходить, и её вопрос всё-таки прозвучал:
– У тебя есть скрытые мотивы?
– Не понял. – Алан отложил ложку.
– Почему ты спас меня? – без лишних раздумий спросила Мира, не отрывая от него взора.
– Мы это только утром обсуждали, – холодно ответил Алан раздражённым тоном. Он отодвинул тарелку с едой, а затем, встав из-за стола, достал с полки кружку, подошёл к термоподу и налил себе кипятка. После чего сел обратно.
– Так не бывает, – сказала Мира без промедления, – чтобы чужой человек, какое-то время следивший за мной, вдруг становится героем, спасает меня и приводит в свою квартиру, а потом, – она специально сделала на этом акцент, – наказывает ранившего меня. При этом, – её голос стал ниже, а взгляд твёрже, – несколько дней тому назад, в парке, он угрожал мне, наведя на мой живот пистолет, и говорил о том, что я должна понести наказание за то, что, собственно, и не совершала. Это как назвать? – в голосе Миры звучала не только растерянность, но и злоба. – Что на самом деле происходит?
– Что тебе надо? – холодно бросив, Алан откинул голову назад и размял руками шею. – Ты начинаешь выносить мне мозг. На ровном месте.
– Ты мне друг или враг? – отчеканила Мира настолько быстро, что только через секунду осознала суть своего вопроса.
Алан усмехнулся, а затем, слегка наклонившись вперёд, произнёс:
– Я дракон, девочка. А драконы не спасают принцесс. Они их сжирают.
Мира недовольно покачала головой. Это не то, что она хотела услышать, и Алан это видел: раздражение исказило её лицо, губы чуть приоткрылись.
– Я не хочу находиться здесь, – Мира рукой указала на помещение. – Я не хочу носить это, – она указала на футболку. – Я не хочу гадать, почему угрожавший мне человек неожиданно наказывает того, кто, как и он сам, хотел причинить мне зло и сделал это. Я настолько перестаю понимать то, в чём варюсь, что отныне хочу лишь одного: домой. К себе домой.
Алан промолчал. Он поднёс к губам кружку, от которой поднимался пар, и сделал глоток чистого кипятка.
– А полчаса назад ты хотела к Ратмиру. – Он слегка наклонил голову и, казалось, хотел улыбнуться.
– Хотела и хочу, – буркнула Мира. – И буду хотеть. Хочешь ты этого или нет, я обязательно увижусь с ним. Но и жить здесь я точно не хочу.
– Не ты ли утром просила защитить тебя от Мурада? Хм? Или планы поменялись? – Довольно спокойный тон Алана начинал раздражать Миру, она становилась мрачнее, улавливая, к чему он клонил.
– Напомню, что ты просто встал и ушёл после нашего разговора, не дав мне никакого ответа. А это значит, что я всё ещё сама по себе. И если ты не горишь желанием разобраться в смерти брата, это сделаю я, человек, который уже втянут в эту историю и которому некуда отступать. – Алан испепелил Миру молчаливым взглядом. Она продолжила: – Я просто пыталась понять, каких берегов ты держишься.
– И как успехи? – прозвучал саркастический вопрос.
– Мы на разных берегах, – ответила Мира ледяным тоном.
Алан, казалось, застыл с кружкой в руке. Две пуговицы глаз прожгли девушку насквозь, Мира постаралась не измениться в лице.
– Я хочу домой, – устало выдохнула она. – Я не понимаю ни тебя, ни твоих резких перемен из «маньяка» в «дракона». Да и если твой отец решил меня убить, думаю, для него это не составит труда. Утром я и вправду подумала, что ты можешь оказаться тем, кто сумеет помочь мне разобраться в мутной истории. А теперь я думаю о том, хочу ли я на самом деле спрятаться за твоей спиной. Да и к тому же есть вообще эта спина?
– Вы, бабы, все такие, – безэмоционально произнёс Алан, хотя его слова таили в себе раздражение, – слегка ебанутые на голову?
Мира нервно сжала челюсти, сверкнув глазами.
– К чему этот разговор? – продолжил Алан. – Рыться во мне точно не стоит, принцесса. Пытаться понять – тем более. Ты хотела одного: защиты до тех пор, пока не разберёшься в этой истории. А ради памяти брата я готов терпеть тебя столько, сколько нужно. И отца, которого обязательно осажу должным образом. Уяснила? – хамовато отчеканил он, в его голосе сквозило недовольство.
Мира молчала, обдумывая его слова.
– Если твои слова окажутся правдой, и смерти Тимура можно было избежать, и меня бы не настигло всё это, – Алан небрежным взмахом руки указал на свою внешность и без единой заминки в голосе продолжил: – Я лично пристрелю каждого, кто к этому причастен. Это то, что ты хотела услышать? – раздражённо закончил он, громко поставив стакан на стол. Остывшая вода расплескалась по столу.
Мира коротко кивнула.
– А теперь замолкни и просто уйди.
– Хамить необязательно, – процедила Мира сквозь зубы.
Алан шумно выдохнул и только раскрыл рот, чтобы ответить, как раздался звук дверного звонка. Мира оглянулась, а затем растерянно посмотрела на Алана.
– Это твой отец? – она не просто занервничала, а испытала настоящий ужас.
– Он не сунется сюда, – спокойно ответил Алан, вставая из-за стола. – Но я догадываюсь, кто это может быть.
– Кроме этой футболки, у тебя ничего нормального в шкафу не нашлось? – поспешно проговорила Мира, слезла со стула, желая как можно скорее спрятаться в спальне.
– Мне всегда нравились стройные женские ножки, – ответил Алан как ни в чём не бывало.
– Иди к чёрту… – мрачно прошипела Мира, не только без чувства страха перед ним, но и с желанием стукнуть его чем-нибудь тяжёлым.
Мира вошла в спальню и, оставив дверь приоткрытой, стараясь не двигаться, прислушалась. Никаких голосов, кроме отчётливого стука каблуков, который разносился по всей квартире.
  
Только она сделала шаг к шкафу, как, вздрогнув, обернулась на распахнувшуюся дверь. Каково же было её удивление, точнее испуг, когда в комнату не вошла, а ворвалась миловидная хрупкая женщина на высоких каблуках, чьи горящие глаза пристально уставились на неё. Утончённая фигура с узкой талией, округлыми бёдрами, в тёмных брюках прямого кроя и в обтягивающей блузке жемчужного цвета с глубоким декольте чем-то напомнила Мире Сюзанну, но более изящную её версию.