Ночные кошмары! Средство от бессонницы

– Как же я мог забыть, – Чарли ухмыльнулся при воспоминании о тех подарках, что Алфи презентовал друзьям по возвращении из ссылки. – У меня еще хранится та сова-макраме, что ты сделал для меня.
Вдалеке раздался рев сирены. В считаные секунды он стал невыносимо громким, и вот уже «скорая помощь» с визгом остановилась на Главной улице, а из задней двери выскочили два медика в синей форме.
  
– Добрый день, – прогремел один из них голосом, который вполне пошел бы супергерою. – Вы – те двое ребятишек, что нас вызвали?
– Эммм, – промычал Алфи.
На мгновение показалось, что он может лишь благоговейно взирать на сотрудников «скорой помощи». Потом Чарли пихнул друга локтем, и наука брызнула из того фонтаном:
– Объект без сознания, но зрачковый рефлекс в норме.
Второй медик, женщина, протиснувшись мимо Алфи к Уинстону Линдсею, присела рядом с ним на корточки.
– Здорово вы остановили кровь, – похвалила она Чарли, после того как обследовала рану. – Вы, мальчики, скауты или что-то в этом роде?
– Нет, мэм, – ответил Чарли.
Он редко использовал такое обращение, но этой даме оно подходило как нельзя лучше.
Его друг приосанился.
– Я не бойскаут, но считаю себя чем-то вроде врача-любителя, – гордо выдал Алфи. – Я изучил основные теоретические труды и…
– Отлично, дружище, – прервал его первый медик. Он выгружал носилки, пока его напарница исследовала пациента.
– Зрачковый рефлекс, похоже, в норме, – сказала она. – Но какое-то время он еще будет в отключке. Нужно забрать его как можно скорее.
Алфи повернулся к другу и закатил глаза. Чарли мог себе представить его раздражение. Быть двенадцатилетним мальчиком и так достаточно нелегко – взрослые едва ли слышат хоть слово из сказанного тобой. Но, пожалуй, быть двенадцатилетним гением – сплошное расстройство.
Медики погрузили Уинстона Линдсея на носилки, пристегнули ремнем и запихнули через задние двери в «скорую помощь». Мальчики полезли следом.
– Не спешите, ребятки, – отодвинул их в сторону один из медиков. – Сзади могут ехать только члены семьи.
– Но мы его нашли! – запротестовал Алфи. – И, возможно, спасли ему жизнь!
Он не стал добавлять, что именно из-за них мужчина врезался в фонарный столб.
Чарли хотелось выть от разочарования, но ему удалось выговорить вполне спокойно:
– Сэр, нам необходимо узнать, что с этим парнем. Ситуация может оказаться гораздо серьезнее, чем вы думаете.
Сотрудник «скорой» постучал себя по бейджу с логотипом Вестбриджской больницы.
– Часы посещений с девяти до полудня, – он захлопнул дверь, и «скорая» умчалась.
Чарли и Алфи ринулись через улицу назад к кафе-мороженому и запрыгнули на велосипеды. Им нельзя было упустить этого мужчину. Но «скорая» уже скрылась из вида, когда они выехали на дорогу, и ее сирена звучала все тише и тише. Чарли крутил педали так быстро, как только мог. Волшебным образом вой стал нарастать. Мальчик посмотрел вниз на свои ноги и увидел, что его друг тоже в недоумении. Каким-то чудом они нагоняли «скорую помощь».
Друзья свернули за угол и ударили по тормозам. «Скорая» остановилась прямо перед ними на светофоре. Ее задние двери были открыты, медики стояли рядом. Они вглядывались в заросли деревьев вдоль дороги. Оба выглядели ошарашенными, и у одного под глазом явно намечался синяк.
Чарли взглянул вниз. Тонкий хвост капельницы тянулся от задних дверей «скорой», по дороге и дальше – к деревьям.
– Что произошло? – спросил Алфи.
– Самая странная вещь, которую я когда-либо видел, – ответил мужчина, не выходя из оцепенения. Затем посмотрел на напарницу: – Нам следует доложить об этом.
Она достала рацию.
– Диспетчер, это машина «три». Ответьте.
Голос пробился сквозь помехи:
– Говорите, машина «три».
– Вы не поверите. Парень, которого мы только что подобрали на Главной улице. С травмой головы.
– Что с ним?
– Он сбежал.
Чарли и Алфи обменялись тревожными взглядами.
– Он что?.. Тот самый, про которого вы доложили, что он без сознания с подозрением на сотрясение мозга?
– И я настаиваю на этом. Он был без сознания, когда мы его нашли. Потом мы остановились на красный свет. Парень порвал ремни, выдернул капельницу и выбрался через задние двери наружу, попутно наградив моего напарника приличным фонарем под глазом. И скрылся в лесу.
– Но как такое вообще воз… – начал было скептический голос на другом конце.
– Подожди, я еще не приступила к самому странному, – прервала сотрудник «скорой»: – Все время, пока он с нами боролся, его глаза были закрыты. Я вообще не уверена, что он был в сознании.
– Что вы имеете в виду?
Чарли видел, как женщина помедлила, словно ей трудно было подобрать нужные слова. Затем она нажала кнопку и вновь поднесла рацию ко рту:
– Может, я сошла с ума, но мне кажется, это был лунатик. Похоже, все это время он спал.
  
Глава 2
 
Книги монстров
 
Портал был закрыт – это точно. Пока Алфи задержался, чтобы побеседовать с сотрудниками «скорой», Чарли сгонял к фиолетовому дому. Добравшись туда, он бросил велосипед на подъездной дорожке и взбежал по лестнице в комнату в башне, перепрыгивая через две ступеньки. Проверил портал. Потом проверил еще раз. И еще раз – пока не удостоверился окончательно, что дверь в Нижний мир закрыта.
Но Чарли не удалось избавиться от назойливого ощущения, будто случилось что-то страшное. Уинстон Линдсей, может, и не был зомби, но и на человека он тоже мало походил.
В Нижнем мире обитали миллионы созданий, и среди них не находилось двух одинаковых. Они были так же неповторимы, как человеческие страхи. Одни – склизкие, другие – летающие, третьи – и то и другое вместе. Несмотря на то что портал, похоже, был запечатан, Чарли требовалось убедиться, что Уинстон Линдсей – не существо из Нижнего мира.
Мальчик направился по лестнице назад к парадной двери особняка. Ему необходимо было немедленно посоветоваться с мачехой. Не только потому, что Шарлотта Дешан была медиком, но и потому, что она единственная из взрослых жителей города могла узнать потустороннее существо при встрече с ним.
Приблизившись к «Ореховому гербарию», Чарли попытался по внешним признакам определить, там ли мачеха. Но внутри стояло столько растений, соревнующихся за солнечный свет, что сквозь витрину невозможно было разглядеть, что творится внутри. Пиретрум цвел, репейник покрывали большие лиловые колючки. Мальчик заметил, что посконник выглядит суховатым. А белладонне требовалось немного того удобрения, которое Чарли собирал на полях на окраине города, где пасли коров. Летняя подработка Чарли заключалась в том, чтобы присматривать за растениями в магазине мачехи. Работенка утомительная и пахучая – а порой и попросту опасная, – но она ему с самого начала понравилась. Мальчик перешагнул порог «Орехового гербария» под звон колокольчика.
– Чарли, это ты? – раздался голос Шарлотты из лаборатории в задней части магазина.
– Да! – крикнул он.
– Чудесно. Можешь принести мне мазь из горькой полыни, что я сделала сегодня утром?
– Конечно, – Чарли снял мазь с полки и понес ее Шарлотте. Мальчик почти переступил порог лаборатории, но в ужасе отпрыгнул назад.
– Мама родная! – взвизгнул он. – Что это за чертовщина?!
  
На своем веку Чарли повидал много страшного, но все это было детским лепетом по сравнению с существом, которое лежало на столе перед Шарлоттой. Его кожа была ярко-красной и пятнистой, и оно лихорадочно чесалось обеими руками. И еще казалось, оно почему-то потешается над ним.
– Это? – раздраженно уточнила женщина, одетая в белое с головы до пят.
Чарли не заметил ее, чопорно сидящую в кресле в углу маленькой комнаты.