Бойня у телепорта (СИ)

— Возьмите, — сказал мужской голос рядом.
Я оглянулся, рядом присел седовласый мужчина в форме официанта. Ему было около семидесяти лет. Одет в костюм, белые перчатки, а через левую руку перекинуто полотенце, которое он собирался протянуть мне.
— Не стоит, — я мотнул головой.
— За таким клинком нужен особый уход, — он мельком бросил взгляд на оружие, — возьмите, пожалуйста.
Взяв у него белое полотенце, я быстро обтёр клинок.
— «Дыхание огня» любит огонь, — неожиданно сказал мужчина, оглянувшись по сторонам.
— Что вы говорите?
— А ещё берегитесь Уварова, он не тот, за кого себя выдаёт, — сказал он, вглядываясь в глубь центральной аллеи.
Будто заметив что-то опасное, мой собеседник побледнел и нервно отодвинул край воротника от шеи.
Я обернулся, пытаясь понять, чего он так испугался. Ничего подозрительного не заметил: ночная аллея парка, освещённая фонарями, люди постепенно расходились, насладившись зрелищем дуэли, спасательная операция всё ещё шла, но, думаю, она бесполезна.
— Что вы говорите? — переспросил я, повернувшись.
Мужчины и след простыл. Я быстро ощупал карманы, клинки: два родовых и один трофейный. Всё на месте. Попытался отыскать взглядом своего недавнего собеседника, но не получилось. Его нигде не было.
Заметил доверенного князя Пестова, с улыбкой на лице спешившего ко мне по главной аллее парка.
— Антон Всеволодович, — расплылся тот в улыбке, — куда вы подевались? Я вас всюду ищу.
— Что-то случилось? — поинтересовался я.
— Похоже, нашли труп Мамонтова. Сейчас его пытаются достать с глубины больше тридцати метров.
— Ого, — я приподнял брови.
— Но я искал вас не за этим. Ярцево полностью зачистили от монстров, и мы можем выдвигаться в путь, — сказал Уваров, так же, как мой недавний собеседник, оглядываясь по сторонам.
— Пойдёмте, — я встал и направился в сторону вокзала.
— Антон Всеволодович, а вы здесь случайно не видели пожилого мужчину в форме официанта?
— Здесь много их, рядом всё же проходит бал, — я демонстративно поводил головой в разные стороны, отвлекая внимание слуги.
А сам тем временем скомкал у себя за спиной полотенце, которое дал мне незнакомый мужчина, и незаметно бросил, стараясь попасть за куст.
Всё-таки что-то уж больно много странного происходило рядом с этим Уваровым.
* * *
Восемь часов утра. Второе кольцо колоний. Мир «Ярцево». Состав Пестова.
— Ваня, привет, — я зашёл к другу в купе.
Он сидел за столом и снаряжал патроны для револьвера. Перед Иваном стоял небольшой станок для опрессовки, а также в небольших коробочках лежало всё необходимое: от гильз до пороха.
— Привет, уже приехали? — удивлённо спросил он.
— Нет, ещё в пути. Слушай меня, Вань. Вы с Семёном на поезде поедете до Кипени. Это небольшой город рядом с телепортом, ведущим в Новоархангельск.
— Ты куда-то собрался без нас? — Иван встал с кровати.
— Мне надо съездить посмотреть на старое имение отца. Потом будет не до того, а сейчас всё равно ещё продолжают чистить от монстров Новоархангельск. Уваров меня отвезёт на машине, а потом в Кипени встретимся прямо в поезде.
— Понимаю, хорошо, — Давыдов кивнул.
— Приедете на место — разузнайте всё про гильдии наёмников, ну и в целом оцените обстановку. И не забудьте место для ночлега подыскать. Думаю, мы там задержимся минимум на пару дней.
— А с деньгами что делать?
— Сколько у нас теперь в копилке? — спросил я с усмешкой.
— Почти девять тысяч золотых, — довольно сообщил наш финансист Давыдов.
— Значит, положи в банк, чтобы не носить столько наличности. Гильдейским можно будет и векселем заплатить в случае чего.
— Хорошо, так и сделаю. Что-то ещё? — спросил Иван.
— Да… — я оглядел орудия, разложенные на столе. — У тебя взрыватели есть?
Ванька широко улыбнулся и полез в свой рюкзак.
* * *
Двенадцать часов дня. Колония «Ярцево». Родовое имение Пожарских.
Уваров остановил машину, не доезжая метров двадцать до огромных покосившихся ворот, перекрывающих дорогу в имение отца Антона. Полотна дверей были сделаны из массива железного дерева. Если бы створки сейчас были открыты, то в ширину могли бы поместиться два самосвала. Но одна из них почти наполовину была завалена большими камнями, оставшимися ещё со времён штурма.
 
Вторая висела только на нижней петле, завалившись в середину. Внизу был проход, куда легко мог пролезть человек.
— Пойдём через ворота? — спросил я.
— Нет, опасно. Обойдём. Здесь много осталось дырок в заборе.
— Ты это называешь забором? — удивился я.
— Род Пожарских одним из первых поменял спокойную жизнь на большой земле на обширные владения в колониях. Отсюда и такие меры предосторожности, — Уваров развёл руками, показывая на шестиметровые каменные стены, с виду абсолютно неприступные.
— И всё же это не помогло роду отца выжить.
Уваров пожал плечами, поправил небольшой мешок, в котором лежали пара фляжек с водой и перекус. Он предупреждал, что мы здесь, скорее всего, до позднего вечера, а я был не против.
Подойдя к воротам, слуга поманил меня пройти вправо вдоль забора.
К границе имения здесь вплотную подобрался лес. Деревья росли уже около самых стен. Притом не каждое из них я мог бы обхватить руками. В основном это были сосны в два раза выше забора. Под ногами лежали небольшие шишки и длинные сдвоенные иголки длиной сантиметров по тридцать.
Мы шли минут пять, прежде чем я увидел первые крупные повреждения в стене. В этом месте забор явно подвергся сильной магической атаке. Кое-где виднелись сквозные отверстия, не хватало верхних кусков стены. Но был тут ещё огромный пролом, в который маршируя мог пройти взвод солдат.
Толщина ограды поражала, она была как минимум два метра.
Сквозь обломки проросли небольшие деревья и кустарники. Вертикальную часть стены покрывал мох и лишайник.
С внутренней стороны стена вся заросла плющом, который опутал её, словно паутина.
— Осторожно, — Уваров приподнял руку, — иди за мной, здесь много ловушек на монстров ещё со времён твоего отца. Обычно такие штуки лежат в земле выключенными и срабатывают только в момент опасности. Сейчас они могли активироваться от времени. Всё же не одно десятилетие прошло, — он тяжело вздохнул.
Мы пошли вдоль стены к входным воротам.
— Где имение? — спросил я, оглядываясь.
— До него ещё километра три, — сказал бывший слуга Пожарских, махнув рукой в сторону.
— Это же какой длины забор, если имение на таком расстоянии?
— Имение вашего отца стоит на краю утёса и с трёх сторон омывается океаном. Мы сейчас в самом узком месте. Ваши предки сделали всё верно. Лучше охранять триста метров стены, чем стены собственного дома.
— Однако, это им не помогло.
Уваров пожал плечами. Вскоре мы дошли до ворот, от которых в глубь территории уходила дорога. Камни на ней лежали так плотно друг к другу и были так хорошо подогнаны, что складывалось впечатление, будто дорога залита бетоном.
Слуга то и дело уводил меня в сторону в только ему понятных местах, скорее всего, минуя ловушки, о которых говорил ранее.
По краям дороги тоже рос лес, но намного моложе. Лиственные деревья и кустарники были очень густыми. Буквально метр — и дальше ничего не видно.
— Расскажи, что здесь было раньше? — поинтересовался я у бывшего слуги, оглядываясь по сторонам.
— Тут был огромный фруктовый сад, — Уваров указал направо, — он тянулся от самой стены до имения, а слева был виноградник.
— Как здесь всё заросло.
— Если бы у Рыбаковых, Подлесных и Митиных получилось прибрать эти земли к рукам, они бы прибрали.
— Рыбаковых? — переспросил я.
— Да, у них постоянно были конфликты. Но лет сто назад это переросло в полноценную войну.
«Я не верю! — сказал в голове мой спутник. — Это могут быть другие Рыбаковы».