Невеста короля (СИ)
Зимний наряд жены капитана Тулона был пошит из серой шерсти. Его лиф обтянули серым бархатом, рукава сшили из шелковых нижних юбок, и прикрыли их лентами из серого бархата и розового атласа. Для прически сшили серый бархатный берет, с розеткой из розовых лент, а серую юбку спрятали под драпировкой из розового атласа, подхваченного бархатными розетками. В целом достаточно скромно и просто, но выглядело пышно и дорого. Второй вариант для Снежаны сделали темно-голубым. Сизого бархата от старой амазонки как раз хватило на новый лиф, рукава и узкую юбку. Двадцать ярдов серебряного глазета довершили преображение - из него сшили драпировки, нижние рукава, шляпку-тюрбан и даже модную накидку.
Зимний туалет Радмилы был коричневым. Темная ткань совершенно не годилась для бального платья юной леди, но мадам Бертиль никогда не сдавалась! Она оставила от платья только темный лиф и бежевые нижние юбки. Пожелтевшее от времени кружево с нижних юбок подаренных туалетов, вымочили в кофе, придавая им более насыщенный цвет. Светло-кофейный шелк пышных рукавов, кофейное кружево по линии декольте, и то же самое кружево поверх вороха атласных юбок. Кружевные ленты для волос, кружевной веер и легкая атласная сумочка в руках - первое платье для дебютантки готово!
Со вторым платьем пришлось повозиться побольше. Модистка соединила все кусочки бархата от платьев Снежаны и атлас от платья Радмилы, чтобы в результате получилось нечто невероятное, шелково-бархатное, светлое и темное одновременно. Сложный крой и многоцветность, конечно, больше бы подошли замужней даме, но выхода не было. Два платья, выбранные для Карины были желтого и розового цвета, причем тех оттенков, которые абсолютно не идут Раде.
Зато Коре достались самые современные и свежие туалеты. Их не понадобилось даже перешивать - лишь чуть-чуть укоротить, сузить, и освежить отделку лифа. К назначенному дню, дамы семьи Тулон были готовы, и немного нервничали - ведь им впервые пришлось ехать во дворец в экипаже, через центральный вход.
Глава 31 Сборы на карнавал
Король держался. Всю осень просидел во дворце, выполняя политические обязанности и общаясь с невестами. Каждый день монарх приглашал их на обед, каждый вечер заглядывал в общую гостиную «детского крыла» и говорил несколько любезных слов. Все чувствовали - момент истины приближается. Вот-вот будет названо имя будущей королевы! В такой напряженный момент ни одна невеста не собиралась покидать отбор!
К зиме настало время следующего испытания. Поразмыслив, Дагобер изменил порядок конкурсов. Все равно невесты не откажутся от проведения дворцового мероприятия, а перед Зимнепраздником король обязан устроить во дворце множество балов. Для представителей гильдий, для военных, для послов. Были обязательными благотворительные балы и храмовые, традиционные и маскарады. В общем пятнадцать мероприятий набиралось и дворец кипел, как котелок с ухой, в предвкушении развлечений и новых интриг.
Монарх подписывал счета, и честно появлялся на каждом мероприятии. Первый сюрприз его ждал на балу дебютанток. Высокие рода не пожелали позорить дочерей представлением на «игрушечном» балу, а жаждущих представления дочерей и жен купцов оказалось слишком мало - они имели шанс появиться при дворе на гильдейском балу. Поэтому мажордом обязал всех офицеров привести своих дочерей и жен, чтобы бал дебютанток, организованный леди Амалией, получился ярким и многолюдным.
Дагобер заранее приготовился скучать. Юные леди такие пугливые, утомительно нервные, краснеющие, излишне впечатлительные. Будет лучше, если он наденет строгий камзол того оттенка синего, который при определенном свете выглядит черным. Будет служить ориентиром для маменек и заодно избежит лишних разговоров и подозрений.
Король появился на балу, когда девушек уже выстроили в колонну, а их взволнованные отцы и дядюшки собрались по обе стороны ковровой дорожки. Леди Амалия, еще не королева, но уже королевская невеста стояла рядом с Его Величеством, вместе с другими «невестами». Подруги уже успели нашептать ей свои впечатления от украшений зала, напитков и музыки, так что лицо юной графини напоминало фарфоровую маску - тронь, и невозмутимое спокойствие разобьется истерикой. Однако леди держалась изо всех сил.
Затрубили фанфары, лакеи распахнули двери, впуская девушек, впервые прибывших ко Двору. Впереди шли дочери капитана Тулона. Так случилось, что они были самыми знатными юными леди на этом странном балу дебютанток. Радмила шла, глядя себе под ноги, боясь оступиться. Подошла к отметке на дорожке, передала шлейф лорду-церемониймейстеру, присела в реверансе, подняла глаза и... замерла. Лорд-Ворон! Дагобер на миг потерял дар речи, но уже через секунду в его сознание ворвался голос мажордома:
- Леди Радмила-Изабелла Тулон! Дочь барона Тулона, капитана гвардии Двора!
- Встаньте, леди, - скрипучим от волнения голосом сказал король.
Рада повторила много раз отрепетированное движение - встала из реверанса, приняла шлейф, и отошла в сторону и назад, уступая место сестре.
- Леди Карина-Аттомалла Тулон! Младшая дочь барона Тулона, капитана гвардии Двора!
Кора старательно присела, и так же подняла глаза на короля, но не узнала в нем «лорда-Ворона», поэтому отошла от трона с улыбкой. Девушки все шли и шли. Приседали в реверансах, улыбались, отходили. Монарх милостиво приветствовал их, говорил несколько любезных слов, а сам абсолютно ни одну из них не видел и не запомнил. Он следил за кофейного цвета пером на темноволосой голове. Оно недолго постояло рядом, потом переместилось в конец зала, а потом. совсем пропало! Лишая Его Величества малейшей надежды на объяснение.
Радмила была в ярости. Нет сначала она не поверила своим глазам. Потом испугалась, что ей это привиделось. Она даже приподнялась на цыпочки, чтобы еще раз взглянуть на тронное возвышение. Никакой ошибки! Лорд-Ворон стряхивающий песок с ее босых ног и король Дагобер - одно лицо! Как это могло быть? Или она сошла с ума?
Хотелось спрятаться в тихий угол, чтобы уложить в голове внезапное озарение -незнакомец, пленивший ее сердце - король Индерии! Увы, в набитом людьми зале не нашлось ни одного тихого уголка. А еще Карина, возбужденная толпой народа и окружающим блеском трещала не умолкая.
- Рада, взгляни, как здесь красиво! Какие драпировки! А эти апельсиновые деревья горшочках! Светлые! Да в той комнате растут настоящие пальмы! Идем, посмотрим!
Сестра дергала Радмилу, тянула куда-то за собой, смеялась, а магичка закаменела. Король! Кто бы мог подумать! Король! К девушкам подошла Снежана. Она сразу поняла, что старшей дочери нехорошо, поэтому парой жестов усмирила младшую, и указала Раде на балкон, где можно было вдохнуть прохладного воздуха и немного побыть в одиночестве. Девушка благодарно поцеловала приемную мать в щеку и вышла в метель.
Снег хлестал ее красные от стыда щеки, сбивал злые слезы, прятал ото всех ее ужасное состояние. Радмила не знала, сколько времени она провела там. Замерзла, наревелась, потом утерла щеки платком, и решила вернуться в зал, сказать матери, что уходит домой. Тут не так и далеко. Жаль, на ногах легкие бальные туфельки, а не сапожки!
Однако стоило девушке появиться в зале, как ее тут же пригласили на танец. Увернуться не было никакой возможности - абсолютно все гости кружились на паркете, ведь сам король изволил выйти в круг! Мерный ритм шагов, благостное молчание незнакомого кавалера и музыка помогли магичке прийти в себя.
Когда король очутился рядом, следуя рисунку танца, она скользнула по нему вполне равнодушным взором. Он смотрел поверх голов, танцуя с хозяйкой бала дебютанток.
Леди Амалия ловила его взгляд пытаясь вызвать улыбку или хотя бы изменить выражение лица монарха, но все было напрасно - Дагобер кружил ее, словно вихрь гибкую ветку, ненароком угодившую в центр бальной залы.
Когда музыка кончилась, король вернулся на тронное возвышение и пригласил другую «невесту». Потом третью. С началом второго танца, Радмила передумала уходить. Ей вдруг стало понятно, что все это не просто игра на публику, все это наказание! Для самого короля! Она забилась в уголок, подхватила с подноса бокал вина и молча стояла в углу наблюдая. Его высокомерное лицо, тяжелый подбородок, резкие черты лица словно стали еще выразительнее в обрамлении безупречно уложенных волос и острых углов белоснежного воротничка. Совсем не таким она помнила своего лорда-Ворона!