В поисках Витослава (СИ)
— Демон!
— Переведи это слово на русский язык.
— Ну…
— В переводе с древнегреческого, даймон — дух, божество, совесть, или ангел-хранитель. Верхний и нижний миры — одно. Их разделяет человек во плоти́. Над человеком — бесплотные боги, под ним — низшие бесплотные.
— То есть, Баал…
— Старший над низшими, двойниками и аватарами. И все сущее создано ради человека и подчинено ему духовно…
— Так уж и ради!
— Ты уважаешь британского физика Хокинга?
— Да, но я мало, что понимаю, в квантовой физике.
— Так вот, он пишет, что вселенная может существовать только там, где есть жизнь — мало того, жизнь разумная, — и называет это антропным принципом. Даже элементарные частицы не могут быть стабильны в мирах, где нет разума. Кстати, об этом уже начинали догадываться члены общины Ядринца.
— Где он это пишет?
— Ну, например, в «Кратчайшей истории времени». Настоятельно рекомендую прочесть. Очень умная книга, гениально написанная, понятная даже домохозяйкам. А в 1983 году американский физик Джон Уилер, автор популярных терминов «квантовая пена», «замедление нейтронов», «чёрная дыра» и «кротовая нора», сказал: «Наблюдатели необходимы для обретения вселенной бытия».
— Я потрясен! Но это означает, что наблюдение может также и лишить вселенную бытия!
— В Шветашвара Упинишаде говорится, что, когда люди свернут пространство, словно кожу, тогда наступит конец их страданию. Понимай: наступит конец света. Это было сказано за несколько веков до рождества Христова! То есть, вселенная создана для людей и ими же будет уничтожена.
— Мертвый восстанет, убьет воскресившего и прославит его имя вовеки!
— М-м-м… Не подходит. Разве что, с большой натяжкой… Чье это изречение?
— Надпись на камне, лежащем возле дома Ядринца.
— Откуда она там взялась? Кто написал?
— Не помню. У меня в памяти смутно осталась только история о том, как ребята летали в далекое прошлое и будто бы помешали автору написать это пророчество. Камень очистился, и надпись исчезла даже с его фотографии. Я не знаю, кто его написал. Но это не суть важно. Теперь я понимаю Витослава, который жаловался, что после бесед с Ядринцом, у него почти всегда, как он выражался, «клинило мозги»… Еще водочки?
— А сколько мы уже выпили?
— Всю бутылку!
— Я, кажется, не захмелел… А еще есть?
— Только дурак, идя за водкой, покупает одну бутылку!
— Ты гений! Жаль, что придется пить теплую.
— Какую теплую! Я ее сразу положил в морозилку!
— Ты — гений вдвойне! Наливай!
Вторая бутылка возымела свое действие. Когда она наполовину опустела, я спросил:
— Сихаэль, ты, вроде как, нормальный мужик, духовно и научно грамотный. Почему ты не в нашем лагере, почему кормишься у противника?
— Ты сам ответил на свой вопрос, — с набитым ртом отвечал Сихаэль, — ключевое слово «кормишься». У Ядринца все делалось за идею, а я работаю за деньги. И потом, скажи честно: лично я кому-нибудь из ваших хоть раз навредил?
— Особого вреда от тебя не было, но провокации имели место, я точно знаю.
— Я честно отработал долг: это я предупредил общину о предстоящем нападении, это я устроил небольшое землетрясение, чтобы припугнуть и тем задержать спецназовцев, это я блокировал полет почти всех их пуль… Генерала жаль… Но, по всей видимости, он и его жена не пострадали… Я надеюсь… Так что, моя совесть чиста… Хочешь, слетаем на Гею, и я тебе докажу…
— Как? Чем?
— Не знаю, сориентируемся по месту. Полетели?
Я нащупал в кармане фаритон, и Светин возглас: «Мальчики, может не сто́ит?..» затерялся вдали. Еще через мгновение мы стояли, покачиваясь, у бокового входа в пещеру Сторожевой горы. Сихаэль начал громко икать, и в ответ из темного проема послышался голос:
— Стой, кто идет?
— По-моему, никого нет, — икнув, ответил маг.
— А ты кто?
— Не признал? Да это ведь я! Ик!
— Пароль!
— Ик!.. Вова, я оставил у тебя свой планшет и доску уиджа!
— А без них ты — никак?
— Да постараюсь… Ик!
— Пароль? Стрелять буду! — не унимались из темноты.
— Авалокитешвара! — гаркнул Сихаэль непонятное, скорее всего, санскритское слово.
— Ишварапранидхана! — прозвучал ответ. — Кто это с вами?
— Это мой друг!
— Пусть скажет пароль для входа на объект для лиц, не являющихся сотрудниками!
— Этот не пропустит, — шепнул мне Сихаэль. — Он из новеньких, выслуживается.
— Помнится, Казимирович употреблял много санскритских слов. Некоторые я запомнил. Например… Прабхамандала! — гаркнул я во всю глотку. Сихаэль вздрогнул и икнул.
— Он уже два дня, как заменен другим! Вспоминайте!
Но голос говорящего все же немного подобрел.
— Не могу… Мы выпили… — промямлил я в ответ.
— Тогда вы оба не пройдете! — отрезал говорящий и умолк.
— Я без планшета — как без рук! — выдохнул маг.
— Ладно, — ответил я, — хватайся за мой ремень сзади!
И вынул сердолик. Мгновение спустя мы стояли возле пещерной копии Паруса.
— Не могу поверить, что это чудо соорудил Вовка!
— Ничего удивительного, магия и не такое может! — гордо ответил Сихаэль.
— Я вижу, ты без подручных средств слабоват. Что будешь делать, если охрана сейчас опомнится и прибежит сюда? А она вот-вот начнет нас разыскивать — мол, куда подевались два подозрительных пьяных типа?
— Я ее тогда усыплю, всех — без планшета и доски! Могу сейчас… Надо сотворить заклинание…
Сихаэль начал что-то бормотать, но вдруг затих, растянулся на камнях и сладко захрапел.
— Вот они! — раздался голос того же охранника. — Один уже вырубился!.. Стоять!
Средний луч Паруса наклонился ко мне. Я понял намек и шагнул. Стало темно.
— Ребята, ну, что же это вы? — тихо сказал вкрадчивый голос, — знаете, что сейчас творится снаружи? Они собрались идти штурмом, вызвали подкрепление и связали Сихаэля.
— Сихаэля надо освободить. Как это сделать отсюда?
— Чё это ты раскомандовался?
Темнота рассеялась, и я увидел стоящего в трех шагах от меня человека с голым торсом и в джинсах.
— Ты кто? Игги Поп?
Незнакомец рассмеялся.
— Ценю юмор. Оглянись, посмотри, что происходит вокруг: прибыло подкрепление, и они сейчас будут атаковать. Они уже знакомы с некоторыми примитивными магическими технологиями, но и этого достаточно, чтобы здесь стало жарковато. Не бойся, места хватит для всех, ведь Парус, даже только его модель, бесконечен… Ладно, командуй. Начинаем активные действия?
— Как я могу командовать, не зная, на что Парус способен?
— На все… Но этого еще никто не понял.
— Никого не впускать, никого не убивать, никому не причинять неудобства, Сихаэля переместить сюда! Изготовить гранитную доску с текстом белого тезиса и прикрепить в кабинете самого главного из конторы — так, чтобы ее было невозможно снять!
Спящий Сихаэль появился через секунду. Потянувшись во сне, он обнял меня за ногу и захрапел опять. Но, на возню с ним у меня не было времени, потому что спецназовцы открыли огонь. Я услышал выстрелы и визг рикошетов. Одна пуля просвистела мимо уха, другая чирикнула возле плеча мага.
— Эй, Игги Поп, или как тебя там! Пули залетают сюда! Почему нет защиты?
— Наверное, ты сам этого хотел.
Мною овладел хмельной азарт.
— Тогда сейчас я им покажу! Мне кажется, что этого я тоже хочу!
— В детстве не наигрался в войнушки?
— Щас, щас, проговорил я, заправляя ленту в невесть откуда взявшийся пулемет «Максим» образца 1910 года …
XVI. Арфи́н. Геянская война. Продолжение
Когда я открыл глаза, было опять темно. Я лежал на чем-то не очень мягком, дышалось свободно. Пошевелил рукой — все в порядке, второй рукой — без проблем. Ноги слушались, нигде ничего не болело, не считая головокружения, стука в висках и знакомой похмельной тошноты. Я кашлянул и обвел глазами пространство вокруг.
— Эй!
Тишина.
— Эй! Игги, или как тебя?..