Девочка Хозяина Порока (СИ)
Ее холодность меня ранит, что-то внутри звенит от напряжения, от понимания, что не все так, как показывается на первый взгляд.
Почему не хочет, чтобы я влезала? Связано ли это с ее тайным клиентом, о котором здесь никто ничего не говорит?
Сколько же вопросов, которые даже если я озвучу, не получат ответов от закрытой танцовщицы, опять теребящей крестик на шее...
Олли… Оливия.
Кто же ты? Что скрываешь?
- У тебя точно все хорошо? – опять задаю вопрос и на краткий миг взгляд стриптизерши словно дрожит, там проскальзывает тревога и… беспокойство.
Будто обо мне волнуется. В фильмах в таких случаях часто говорят – меньше знаешь, крепче спишь…
Эта странность молчаливого обмена взглядами между нами длится секунду. Но в конце концов я понимаю, что мне показалось.
Олли совершенно спокойно замечает, немного свысока даже:
- Я начинаю новую жизнь, завязываю с прошлым!
Звучит как-то грубо. Бьет по больному.
- Хорошо, тогда удачи тебе. Я рада, что у тебя все хорошо, - отвечаю отстраненно, делаю шаг назад.
На мгновение Олли медлит, рука поднимается и опадает, словно хочет обнять, но произносит сухо:
- Прощай, Изабель. Я рада, что ты с Роллом была в моей жизни.
Разворачивается и уходит в противоположную сторону от меня, а я смотрю в след этой девушке и понимаю, что Оливия не пропадет в жизни.
Выдыхаю, одно то, что ее так спокойно отпустили из клуба, говорит о том, что подруга была права, считая Кириана вполне цивильным бизнесменом. Это дает надежду и мне, что в положенный срок мой хозяин все-таки меня отпустит, и не станет удерживать силой.
Пусть у тебя все будет хорошо, Олли…
Едва шевеля губами, шепчу свое благословение, когда фигурка странной и непонятной девушки скрывается за поворотом.
Оливия сделала свой выбор. Она смогла уйти. Да и как по мне - всяко лучше, чем быть лотом в “Крейзи-меню”.
После обвинений Роба, на душе кошки скребут и гадят всем скопом. Меня макнул лицом в нечистоты тот, из-за которого я и оказалась в подобном клубе.
Накатывает чувство дикой усталости. Моральное истощение. Нервы сдают. Не могу больше терпеть этот ужас.
Быть рядом с Гором - пытка. Дышать с ним одним клубным воздухом - проклятье. Сама возможность столкнуться с хозяином в клубе, или лицезреть его шлюху, которая каждый раз пытается уколоть по больнее - испытание…
Собираюсь и вылетаю на улицу. Воздух прохладный освежает и заставляет немного прийти в себя.
Быстро иду прочь от чертового Порока, буквально тону в своих не слишком радужных мыслях, когда слышу окрик охранника:
- Иза, подожди! Оглохла что ли! Стой говорю! Хозяин приказал…
Секюрити с постовой - тот самый добродушный амбал с приплюснутым лицом неотягощенного умом убийцы, быстро идет в мою сторону, а я ничего не понимаю, застываю у самой кромки дороги.
Что от меня им всем от меня нужно?!
Вопрос вертится на языке, но я не успеваю спросить.
Ничего не успеваю.
Даже вдохнуть не удается.
Рядом с визгом тормозит черный фургон с затемненными окнами, я бросаю взгляд на озверевшего защитника, который тянет руку к кобуре и срывается на бег, но двое крепких мужчин скручивают меня.
А я, как дура вспоминаю, что в таких случаях принято кричать: Пожар!
Так во всяком случае говорилось на уроках самообороны. Но инструкторы явно забыли нас предупредить, что когда с тобой работают профессионалы, ты ничего сделать не можешь...
Даже дышать.
Только чувствовать…
Игла пронзает кожу. Больно. Укол в шею и холод от вкаченной в меня дряни, распространяется огнем.
Меня окутывает панический ужас на пополам с темнотой.
Она заползает в глаза, распространяется изнутри черным туманом, вырубает.
Меня тошнит. Кажется, что слышу грохот выстрелов. Хочу поднять безвольно упавшую голову, увидеть происходящее.
Хочу наедятся, что вечно веселый задиристый парень с пропускного, жив...
Но не могу…
Ничего не могу.
Свинцовая тяжесть наваливается на веки, и они захлопываются. Последнее, что слышу - скрежет покрышек и хлопок двери фургона, который отсекает меня от окружающего мира…
Глава 39
Резко распахиваю глаза. Выныриваю из вязкого дурмана. Подрываюсь с кровати и падаю обратно без сил, перед взором карусель, все кружится.
- Иза… во что… ты опять... вляпалась?
Бессвязно бурчу себе под нос, пытаясь понять, что со мной произошло.
Люстра на потолке мне явно не знакома. Огромная, хрустальная, плывет и мерцает так, что глазам больно.
Прикрываю веки. Картинка воспоминаний. Обрывки. Спина уходящей Оливии… Охранник и… О, Боже!
Фургон. Перестрелка. Меня похитили!
Чтобы успокоится, считаю до ста. В руках нет сил, но все же ощупываю себя. Я в своей одежде.
Уже легче.
Пытаюсь сесть. Не получается. Даже головы от подушки оторвать не могу. Усилие и перед глазами водоворот из пляшущих черных мушек.
В горле дерет нещадно. Понимаю, что дико хочу пить. Губы потрескались. Кажется, что у меня на языке пустыня Сахара.
- Пить…
Жалобно скулю, но рядом ни движения. Я одна. Явно в спальне, а не в подвале. Не знаю даже в этой ситуации что хуже.
Мое без того ужасное состояние ухудшается с каждой секундой. Со мной что-то происходит. Начинает колотить так, что зубы отбивают барабанную дробь.
Опять пытаюсь открыть глаза, не могу.
Пугаюсь.
Мне что устроили передозировку какой-то гадостью?!
Сердце бьется о ребра и болит.
Слышу хлопок двери. Шаги. Кажется, что в комнату вошли несколько человек.
Хватка в волосах. Меня стаскивают с кровати, брыкаюсь, но, по сути, просто вяло трепыхаюсь. Каждое движение дается с трудом.
- Блядь, Вы че сделали?! Мне эта сука в адеквате нужна! – грубый мужской голос и сильные руки на моем безвольном теле.
- Да ничего особенного. Седативное вкололи. Может у нее непереносимость? Хрен знает.
Мне раскрывают веки и я сталкиваюсь с колючим взглядом незнакомого мужчины.
Воспоминание ударяет под дых.
Узнаю того самого лысого ВИПа. Вблизи он еще страшнее. Комплекцией в вепря. Массивный, злой бычара, готовый задрать жертву на смерть.
Резкий толчок и мое безвольное тело падает, но поцеловаться с паркетом я не успеваю, меня подхватывают еще одни руки. Не такие сильные, как у Вепря.
- Мне ее трупак раньше времени не нужен. В порядок привести.
- Может врача?
- Ага и полицию с пожарными сразу зови, увалень. Тут явный передоз. Не мне учить, как откачивать.
- Босс, так девка слабенькая.
- Мне насрать. В себя приведите. Я бревна не трахаю.
Опять теряюсь в черноте. Не хочу отключаться. Сопротивляюсь, но сознание само покидает меня.
Резко подрываюсь от того, что кто-то меня трогает. Это ощущение чужих шершавых пальцев на теле столь ужасно, что меня начинает тошнить.
С меня самым страшны образом буквально сдирают одежду. Рвут, кромсая тело парезами.
-Давай, цыпа, Гор лучших шлюх себе оставляет, покажи, что умеешь…
Голова уже не такая тяжелая. Мне лучше. Глаза распахиваются сами собой, и я в ужасе вижу перед собой лицо лысоголового страшного Вепря.
Он нависает, вдавливает меня в кровать своим огромным телом. Слезы начинают течь из глаз, руки упираются в сильную грудную клетку.
Его большие ладони до синяков сдавливают грудь через лифчик и выбивают оханье.
Далекое от наслаждения.
- Не… трогай…меня.
Губы с трудом шевелятся, но с каждой секундой я чувствую мышцы, которые подчиняются. Ощущаю свое тело.
Лысый громила мнет меня, улыбается на мое шипенье.
- Редко так от бабы кроет. Ты мне сразу зашла.
- А ты мне нет! Отвали! Я принадлежу хозяину клуба!
На миг лицо со шрамом искажается, и сильная рука с мясом срывает с меня лифчик.