"Фантастика 2024-145". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
— Это Грыч! Он привёл орков севера! И Бруг тоже с ними.
Будем надеяться, что это хорошая новость, — подумал Петька. Рано радоваться — смысла нет. Вот когда дело будет сделано, тогда и отпразднуем. Но вслух он сказал:
— Надо встретить их, не поднимая шума.
Древоброд обернулся, и двое энтов немедленно скользнули в сторону Изенградской дороги. Это было действительно тихо, только шорох в ветвях, как от порыва ветра.
СЕВЕРНЫЙ ОТРЯД
Вскоре отряд новоприбывших орков был встречен и развёрнут в сторону поляны, вокруг которой кружком стояли энты.
Северяне были сплошь верхами. Более того, варгом обзавёлся и Грыч, и ещё трое пришли без всадников, чтобы решить вопрос с пешей частью отряда. Глаза орков и варгов, вливающихся на поляну, отсвечивали в сумраке зимнего утра. Петька чувствовал, с каким вниманием они его разглядывают.
Бруг, который и раньше был выше обычных орков, а теперь смотрелся вовсе гигантом, приветствовал тёмного властелина, приложив ладонь к сердцу:
— Мой господин! Грыч привёл их! Три сотни бойцов и ещё три сотни варгов, которые готовы сражаться за тебя.
Что-то было не так. Неочевидно, но… Медальон немного… гудел, что ли?
— Я не хочу обижать тебя, Бруг. Но дело серьёзное. Построй своих бойцов, я скажу им слово.
Орки и варги выстроились в круг, и Петька толкнул им речь о том, как печальна участь тёмных земель — и какой он хотел бы её видеть. И конкретно о том, какова роль орков в будущем устройстве тёмных земель. Многих озадачила разворачиваемая перед ними картина нового мира, они переглядывались и недоумевали, пока, наконец, кто-то из них не спросил:
— Господин, ты хочешь, чтобы всё это было для нас?
— А что в этом необычного? — обернулся к нему Петька. — Каждый разумный должен иметь возможность жить с семьёй и растить детей под небом голубого цвета. Не думаю, что наши светлые нетоварищи придут от этого в восторг и сразу оставят нас в покое, но полагаю, что мы сможем решить вопрос охраны границ сменным способом, тем более, что уважаемые господа энты берут на себя вопрос организации широкой приграничной полосы, а их жёны помогут вам в сельском хозяйстве.
— То есть, мы не будем воевать за Модрор? — спросил ещё один.
— Нет. Моя цель не в этом. Хотя, тот кто хочет, может остаться и воевать за Модрор, сколько его душа пожелает, — он возвысил голос: — Тот, кто считает лучшей участью для себя жить во тьме пещер и платить самозванцам живым налогом — оставайтесь! Я же соберу свой народ и выведу его в землю, которую для них предназначил. Там не будет молочных рек и кисельных берегов. Будет труд. И защита своей земли будет тоже! Но там никто не отберёт ваших женщин и не заставит их жить в тюрьме, работая от рассвета до заката, и рожать по два ребёнка в год неизвестно от кого, пока они не превратятся в старух.
Орки глухо зароптали, но это была правильная злость, именно та злость, что требовалась Петьке. Он пошёл вдоль строя, заглядывая в лица оркам и варгам, прислушиваясь к голосу своего медальона.
Нет, здесь не было предателей. Не было возможных перебежчиков или шпионов — ни одного. Что же тогда?
Круг почти замкнулся, когда он дошёл до тройки варгов. Предназначенных для него, Марины и Карга. И один из них…
— Господин, — сказал подошедший Бруг, — проблема в том, что варги находят себе боевую пару в юности, когда оба — и варг и орк, ещё молоды. Мы привели с собой тех, у которых нет своего орка, но все они недостаточно опытны, а тебе бы больше подошёл матёрый зверь. Хат мог бы повезти тебя, — Петька внимательно посмотрел на урук-хая, и тот слегка склонил голову: — Я мог бы идти пешком. Я не отстану, тем более сейчас.
Да, комплекция Бруга внушала, но если бежать весь день — да даже полдня! — какой из него потом боец?
— Обойдёмся без фанатизма. Тем более, вы с Хатом — сработанная боевая единица.
— Молодые варги склонны к провокационным выходкам и нетерпеливы, — выдал последнее предупреждение Бруг.
— Думаю, я справлюсь.
Одного из варгов — самого спокойного — он сразу отправил к Каргу. Второго — к Марине, предупредив, что с ведьмой шутки плохи. Последний, судя по глазам, был той ещё хитрожопой ото́рвой.
— Как тебя зовут? — спросил Петька.
Варг помедлил, словно формируя внутри себя слово, и ответил:
— Хаарт*.
*что по-эльфийски означает «буйный»
Ну что ж, даже говоряще. С другой стороны, шкоды — они же обычно сообразительные.
— Расскажу тебе историю, Хаарт, — «поучительную» добавил Петька про себя, чтобы сразу волчонку настроение не перебивать, — Однажды мне вздумалось посетить страну фей. И я взял обличье мужа из малого народа именем Нак Мак Фиглы. Я попал на праздник, где был и зверинец, под стать этим мелким существам. И там была дикая крыса, злобная и сильная. Каждый желающий мог попытаться её укротить, но никто не справлялся. Тогда я тоже вышел и вскочил ей на спину, и так сжал её коленями, что крыса никак не могла меня скинуть. Она металась, валялась и колотилась об заборы. Я мог бы придушить её, но хотел всё же сохранить её живой, на память. Но когда она понеслась, ломая стены и палатки… явился мой сыр, Горацио. Ты знаешь, что такое сыр, Хаарт?
Варг мотнул головой.
— Досадное упущение. Обычный сыр — это еда. Но мой сыр живой.
— С едой часто так бывает, — внезапно согласился варг. Подумал и добавил: — Сначала.
Хм. Ладно, прения по поводу природы сыра опустим.
— Так вот, Горацио примерно вот такой, — Петька показал руками, — и на крысу его хватило сразу. Он пришёл и съел её.
Варг смотрел на него скептически и, видимо, имел какие-то возражения, но озвучивать их не спешил.
— Видишь ли, — продолжил Петька, — Горацио сам решает, когда мне грозит опасность. И сам приходит. А потом он эту опасность побеждает простым, доступным ему способом — он её ест. Постепе-е-енно, кусочек за кусочком… Ты не сможешь убежать от него. Ты не сумеешь отбиться от него. А если ты проглотишь его — хотя бы кусочек, — Петька приблизил лицо к самым глазам варга и прошептал: — он будет есть тебя… изнутри.
Варг слегка отодвинулся и загривок его нервно задёргался.
— С другой стороны, — обычным бодрым голосом закончил Петька, — я ведь могу просто сломать тебе рёбра коленями и избавить нас от ненужных телодвижений — ну, если ты вдруг вздумаешь вести себя как та крыса. Но ты же не такой дурак, верно?
В этом месте варг вытаращил глаза, показывая, что он, конечно же, не дурак, и Петька решил, что относительного успеха на воспитательском поприще всё же добился.
На невысокий гребень, служащий водоразделом в этой части леса, отряд поднялся без энтов — больно уж их силуэты бросались в глаза на фоне кромки леса, даже ночью.
Их взглядам открылась масштабная и безрадостная картина.
Череда пологих холмов образовывала нечто вроде подковы, заросшей лесом с той стороны, где они находились. Внизу лежала округлая долина, рассечённая на лоскуты полей и огородов, в самом центре виднелись ряды длинных строений, похожих на коровники — с узкими горизонтальными высоко расположенными окнами, чёрными сейчас.
— Спят, похоже, — вслух подумал Петька.
— Да и зачем бы им вставать в такую рань зимой? — тоже высказала соображение Марина.
— Да не скажи. Там же ещё тренировочные казармы для молодняка должны быть. По идее, их рано поднимают и весь день муштруют, раз уж за два с половиной года у них из малышни вырастают настоящие бойцы. А значит, кто-то должен бы встать ещё раньше — завтрак и всё такое. Если они, конечно, не придерживаются схемы трёхразового питания: понедельник-среда-пятница. Сегодня по квесту какой день?
— Не знаю, — озадаченно ответила Марина.
— Вот и я не знаю. А могли бы поинтересоваться, мало ли.
Петька смотрел на тёмный лагерь и пытался прикинуть, сколько же здесь народу? Строений было больше десятка, если даже по сотне человек… да блин! — орков внутри? Есть у охраны отдельный барак или они рассредоточены между остальными? Где находятся женщины? Как они среагируют на нападение? Не начнётся ли паника? Нет ли приказа охране вы́резать малышню в случае попытки отбития? И самое неприятное — если готовые к «выпуску» орки находятся здесь же — чью сторону они примут? Логика подсказывала, что тех, кто их последние месяцы натаскивал. Сколько в таком случае против них будет бойцов?