"Фантастика 2024-145". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
ЧТО ЗА ЛАГИ…
Отрядец, ужавшийся до трёх человек, шёл бесконечными коридорами Казад-Дума. Петька вспоминал былые времена, когда даже хозяйственные склады и рабочие шахты могли похвастаться великолепием, и горько вздыхал. Куда всё подевалось? Ладно, допустим, кто-то не пожалел времени, чтобы сбить позолоту и выковырять вставки из драгоценных камней, — но лишайники? Светящиеся лишайники, высаженные в специальных канавках, чтобы образовывать источающие свет узоры — куда они делись? Дикие гоблины сожрали?
О гоблинах Петька имел весьма обобщённое представление. Этот народец занимал самые неинтересные, с точки зрения всех остальных рас, пещерные ниши. Там было сыро, мало интересных пород, зато всегда росли какие-нибудь грибы. Вроде бы, гоблины эти грибы ели?
Эта картинка разительно отличалась от того, что помнил о гоблинах гном Тури. Петька неоднократно обдумывал этот феномен и пришёл к выводу, что за столетия условно-игрового времени, прошедшего с тех пор, как Тури, сын Они, жил в этих горах, раса гоблинов пришла в упадок и одичала. Другого объяснения всему происходящему он подобрать не мог.
Не могли ли одичалые съесть и лишайники освещения? Могли, запросто! Иначе им просто некуда было деться.
Гоняя такие нехитрые мысли, Петька прислушивался к тому, что происходит сзади. Господин Одо периодически спотыкался. Иногда его ловила Марина, иногда он справлялся сам, но происходили странности с завидной регулярностью, и хоббит сердито ворчал.
Они дошли до одного из рабочих цехов. Огромное пространство было разделено множеством каменных лестниц и переходов. Когда-то, во времена гнома Тури, здесь всё было на высоте. Гномы весьма ценили технику безопасности, хотя бы в части натяжных перил. Однако, кто-то, должно быть, решил, что дерево и верёвка ему куда нужнее, чем этому пустующему месту. Всё было снято подчистую. А то, что не снято… Петька оглядел застарелые пятна сажи… То, что не снято, было выжжено. То ли это было побочным эффектом сражения, то ли кто-то решил, что «ни мне — так и никому!» — так или иначе, перила в любом виде отсутствовали.
— А нам надо на ту сторону цеха, — Петька почесал в затылке, сдвинув шлем на лоб. — пойдём вокруг — полдня потеряем. Да и что с обходом — тоже неизвестно. Ладно, пробуем здесь.
Он решительно пошёл вперёд… и довольно скоро обнаружил, что все прямые мостки-переправы на ту сторону порушены посередине.
— Та-а-ак!
Он отошёл подальше от пропасти, уселся над живой ещё опорой и начал вглядываться вниз, прикидывая обходной путь.
— Вижу дорогу. Можно пройти, хоть и чуть длиннее. Не отставайте, ребятки.
Они начали спускаться ниже, переходя с одной транспортной дорожки на другую. Можно было подумать, что движутся они хаотически, но Петька чётко вёл отряд к другой стороне.
Спускаясь по очередным ступеням, он хотел сказать, что ещё пятьдесят метров — и начнётся подъём, и тут услышал за спиной дробное: «А! а! а! а! а! а! а! а! а!» Петька повернулся как раз, чтобы увидеть пролетающего хоббита. Глаза у того были совершенно ошалелые. И именно в тот момент, когда Петька подхватил его за поясной ремень, из карманчика хоббичьей жилетки красиво выскользнуло то самое кольцо. Кольцо издевательски сверкнуло в свете его фонарика — «тин-н-нь!!!» — и поскакало вниз по ступенькам, подпрыгивая, словно оно было резиновое, а не золотое! И Петька поскакал следом! Совершенно на спинномозговых рефлексах! На нижней площадке лестницы кольцо подпрыгнуло в последний раз, красиво зависнув в воздухе, прежде чем рухнуть в пропасть… и тут Петька его поймал!
— Одо! Ты чё творишь!!! — успел выкрикнуть он, и замер, обрадованный оповещением во весь экран: «ВЫ ПОДНЯЛИ КОЛЬЦО ВСЕМОГУЩЕСТВА!!!» Петька заценил, что табличка в этот раз была поярче и более выразительно подсвечена — видать, на тот случай, если он в прошлый раз затупил. Следом, как и в прошлое поднятие, развернулось два окна: «Продолжить квест» или «Оставить кольцо себе».
Плюшек на сей раз предлагалось однозначно больше. В прошлый раз он даже вчитываться не стал, но просто по ощущениям количество строк выросло. Соблазняем, так-так… В любом случае, предлагалась какая-то мелкотравчатая шняга. Ну, что это вообще? Или это потому, что кольцо несёт низкоуровневый игрок? В этом месте рассуждений Петька вспомнил про хоббита и поставил его на землю.
— Одо! Чтоб тебя крабайн обосрали! Почему кольцо не на цепочке?
Хоббит поёжился:
— Когда оно в кармане, мне не так сильно хочется его надеть…
Оба-на!
— То есть, когда оно под рубахой?.. — уточнила подошедшая Марина.
— Так и зудит! — сморщился Одо. — «Надень, надень!» В кармане ещё терпимо.
Петька с Мариной переглянулись.
— Значица, так! — Петька сунул кольцо хоббиту в ладошку, и надоедливые окна наконец свернулись. — Нанизывай на цепочку! Сейчас мы организуем…
Пока Одо возился с кольцом, Петька вынул из храна кисет, который прилагался к курительной трубке, и вытряхнул из него табак. Теперь носовой платок… Они обмотали кольцо платком и обвязали ниткой, затем сунули эту конструкцию в кожаный кисет и как следует перетянули горловину кожаными шнурками.
— Ну как? Легче? — сурово спросил Петька.
— Гораздо! — хоббит обрадованно заправил пухлый кисет под рубашку, от чего грудь его сделалась ещё больше похожей на цыплячью, но мистера Одо это, кажется, совсем не огорчало.
— Ты вот что, — Марина присела, чтобы глаза её оказались на одном уровне с хоббичьими, — если вдруг какие заморочки, особенно с этим кольцом — сразу нам говори, а? А то у тебя крыша шифером шурша поедет…
— А пацаны-то и не в курсе, — закончил за неё Петька.
Но Марина уже поднялась и прислушивалась к совершенно другим звукам.
— Пошлите-ка отсюда. Кажись, нас обнаружили.
Они заторопились на другую сторону, но хоббит, как нарочно, продолжал запинаться, застревать в щелях, падать и предпринимать прочие попытки самоубиться изощрёнными способами.
— Да что с тобой такое! — прошипела Марина, в очередной раз поймав его за шкирку в сантиметре от бездны.
— Я не знаю, — шмыгнул носом Одо. — Игра лагает, что ли… У меня такого никогда не было, читал только… Дёргается всё.
— Дёргается? — нахмурился Петька. — А ну, иди сюда! — он посадил субтильного полурослика на левое плечо и велел: — Держись!
Сейчас всем уже было ясно, что их заметили. На самом дне рабочего цеха, в сумраке запустения, суетились и вскрикивали какие-то мелкие существа. И откуда-то уж совсем издалека доносились мерные удары барабанов.
— Ходу! — велел Петька, и они побежали.
Петька в два счёта влетел на последнюю лестницу и устремился по одному из знакомых коридоров. Длинноногая эльфийка поспевала следом. Хоббит судорожно цеплялся в гномий доспех и мелко трясся.
— Не ссы, пацан! Это всего лишь игра! — подбодрил его Петька, а потом вспомнил свои приключения у зомбаков и подумал, что утешения помогут мало. Очень уж тут всё натуральное, даже если, как говорит мистер Одо, у него лагает.
ЗОЛОТАЯ СЕРЕДИНА
Петька бежал и пытался сообразить, каким образом время локации соотносится с временем их реала. Получается, как раз дело к вечеру, блин! А была такая надежда выскочить в верхние норийские залы, где есть настоящие выходящие на поверхность окна. Был бы день — свет бы гоблинов точно отпугнул, это вам не орки, которые и днём ходить приспособились. Но если подступает вечер, на это и надеяться нечего. Хуже того! Сейчас там как раз могут тусоваться самые активные из гоблинского племени — в надежде вылезти впотьмах на поверхность и пошариться по округе. Эта мысль заставила его перестроить маршрут движения и нырнуть в один из понижающихся коридоров. Так, нужна какая-то середина. Золотая середина! О! Он остановился посреди коридора, и Марина едва не врезалась в него.
— Что такое?
— Всё нормально. Я вспомнил одно место, — Петька развернулся на пятке, — пошли!
Они вернулись немного назад, свернули в малозаметный коридорчик и оказались в тупике.