"Фантастика 2024-145". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
— Мария Баграровна, я прошу вас быть моей женой.
В обморок упасть, что ли?
— Я согласна.
Естественно, нас поздравляли, хлопали, кричали про горькое, чтоб жених поцеловал невесту… Когда наконец все успокоились и уселись, я спросила:
— Из-за колец так долго?
— Конечно. И ещё отец инструкции Ольшанскому раздавал, что да как английскому послу сказать. Мы ж англичан с ответом вызвали по поводу нападения. Пока связь нормально установили, пока то-сё. Тут ещё помехи. Из-за Бриарея, наверное.
— Слу-ушай! А давайте его напугаем⁈
— Кого?
— Ну этого, посла. Он думает, что император в Даляне, а он — бац! — и в Омске, а?
— С этого места, барышня, поподробнее, — попросил император, который, оказывается всё слышал.
— Всё очень даже просто, ваше величество, — объяснила я, — мы откроем портал, и вы сможете лично устроить англичанину выволочку. Да к тому же и мозги ему набекрень свернёте своим внезапным перемещением.
Государь размышлял недолго.
— Дело! Идём.
Так мы все дружно отправились в Омск. Не совсем все, конечно, часть комиссии осталась продолжать инспекцию. Но наша компания, император, адъютант и секретарь — да. Портал я открыла в большую прихожую Центрального государственного управления. Надо было видеть лица случайных свидетелей, когда император невозмутимо перешагнул с брусчатки Дальнинского порта на ковровую дорожку.
— Прикатил англичанин?
— Так точно, ваше величество, прошёл к Ольшанскому! — пролепетал дежурный на входе. Государь обернулся к Дмитрию: — Езжай к матери, порадуй. Ждёт ведь, — нас всех окинул взглядом: — И вы езжайте. Там для вашей компании ещё сюрпризов заготовлено.
Я говорила, что к слову «сюрприз» начала относиться с подозрением, да?
РУССКИЙ ЦАРЬ
Барон Винсент
Ничего, как говорится, не предвещало. Граф Ольшанский гнул свою линию, требовал ответов. Винсент ловко уворачивался, отбрехиваясь незнанием — ведь вполне мог и не знать, в глухой Сибири сидя, инциденту суток нет! И кончилось бы дело вручением очередной ноты, если бы…
Дверь распахнулась без стука, и в кабинет вошёл русский царь. Барон Винсент был настолько поражён, что не удержал лицо. Возможно, если бы он в этот момент отвлёкся на столь же поражённое лицо русского министра иностранных дел, ему бы стало немного легче, но барон растерялся так сильно, что потрясённо воскликнул:
— Ваше величество, вы же должны быть в Даляне!
— Вам не кажется, барон, что не ваше дело указывать русскому императору, где и когда он должен находиться в данный момент? — Александр III сел, и только тут оба — и министр, и посол — опомнились и вскочили со своих мест. — Сидите-сидите, господа, — тяжело сказал император, — разговаривать будем.
Вот этот разговор с предыдущим было не сравнить! Император раскатал посла в тонкий блин. Страшнее всего было, когда он подчеркнул:
— Вы можете начать собирать против нас коалицию. Вякать, что Российская Империя не имеет права на столь ультимативное оружие. Вы даже можете привести к Бриарею весь свой флот. И с ним станет то же, что с вашим блестящим линкором.
— Но мировое сообщество…
— Не существует. Оставьте сказки для папуасов. Нет в мире ничего, кроме ситуативных союзов. Да, вы можете привлечь Германию и её химическое оружие — самое страшное из того, чем вы хотели бы обладать! Запугать дойчей. Убедить их в неминуемой опасности. Засыпать остров ядом по колено. Знаете, что будет потом? — глаза императора сделались опасно чёрными. — Бриарей снимет с себя заражённую землю и уложит ровным слове вокруг Букингемского дворца. Или по всему Лондону. Или почистится на ваших полях, а потом запрёт собой устье Темзы. Как вам такая перспектива? Впрочем, есть ещё вариант: отправить его гулять по Англии, пока от неё не останется только воспоминание… Не злите меня. Берите мир, пока вам его предлагают.
ОБЕЩАННЫЕ СЮРПРИЗЫ
Маша
В Императорском дворце нас ждали. Мы немного потомились перед закрытыми дверями малого парадного зала, пока внутри длинно и торжественно нас всех объявляли.
— И что, так всё время будет? — спросила я Диму. Ужас же.
— Нет, что ты, только в знаковые моменты. Кстати! Забыл вам сказать! — он обратился уже ко всем. — Я довёл до отца, что с магической академией начались махинации.
— Думаешь, разберётся? — усомнилась я.
— Сегодня же! И ещё он просил тебя команды «Следопыта» и «Царицына» на Бриарей отправить и выпустить корабли.
— Запрут их Англичане в порту, как пить дать, — скептически высказался Александр.
— А если под прикрытием Бриарея? — Лёня прищурился, прикидывая. — По северному морскому пути. Правда, сейчас из-за морозов навигация там приостановлена, но Бриарею-то всё равно! Можно даже суда не выпускать заранее, чтоб не обмерзали. А в Мурманске спустить на воду.
— Или вообще в Петербурге! — у Добрыни аж глаза разгорелись. — Торжественно! При большом скоплении народа!
— Да, это выстрелит как показательная акция, — согласились все, и тут нас окончательно пригласили.
Хорошо, меня за руку вели, а то ведь я как тот дед из сказки, который «ни ступить, ни молвить не умеет». Куда вставать? Что говорить? Мать моя магия… Государыня сидела в окружении приличной свиты придворных, а по правую от неё руку стояла целая вереница слуг с серебряными подносами и какими-то бумагами на них.
Что — столько сюрпризов?
— Матушка! — сразу начал Дмитрий. — Позвольте представить вам мою невесту!
Господи Боже, что началось. Какие-то речи! Множественные поздравления. Внезапно столпившиеся вокруг нас девушки в большом количестве, называющие меня почему-то «сестрица». Всё пёстро вокруг и так шумно, у меня аж голова закружилась. Нас внезапно усадили, что-то начали дарить…Потом как-то всё внезапно закончилось, и государыня объявила, что помолвка — это прекрасно, и мы ещё продолжим, но и о других делах забывать не надо.
Мне что-то так страшно стало. Божечки, куда ж я голову сую? Какой-то ужас ужасный придворный, и как я со всем этим справлюсь-то? Но пока я ужасалась, картинка быстренько сменилась. Внезапно нам (девочкам) взялись вручать ордена — «Святой Анны» третьей степени, как мне потом сказала Маруся — это для гражданских. Это ещё за тот первый случай, когда с лисой воевали.
Потом на первый план вышли очень важные генералы, наших мужчин за проявленное мужество и решительность в условиях атаки многократно превосходящих сил противника поздравляли с присвоением внеочередных званий: мичманов произвели в лейтенанты, лейтенанта Голицына — в старшие лейтенанты, а есаула — в майоры.
Дальше все те же дяденьки-генералы вручали нам ордена Александра Невского — всем, кто в пикнике на Бриарее участвовал и решения по поводу английской эскадры принял.
— Этак скоро ходить тяжело станет, — пробормотала Анечка, и я была с ней согласна.
И на посошок — вот уж я удивилась так удивилась — министр Горчаков торжественно объявил о назначении единой даты венчания для Савелия с Анной и для Маруси с Леонидом… на послезавтра! Чтобы успеть до Масленицы, как мне потом объяснили. Девчонки, по-моему, оторопели тоже. Но самое поразительное было даже не в этом, а в том, что Маруся и Леонид получили торжественное уведомление о выделении их после венчания в отдельный род с дарованием им новой родовой фамилии «Петропавловские», в память погибшего крейсера.
К финалу этого мероприятия сообщили, что прибыл государь, и всю присутствующую толпу пригласили за торжественный стол — отмечать помолвку цесаревича и всё прочее. Однако я заметила, что Маруся с Лёней чем-то сильно озадачены. Спросить не представлялось возможности до самого отъезда в усадьбу, пока нас, троих девиц, не усадили на заднее сиденье большого представительного автомобиля.
— Мы опасаемся, что бабушке Голицыной не понравится такой поворот дела, — объяснила свою тревогу Маруся.
— Ах ты, точно! — Аня хлопнула себя по руке. — Вы ж, получается, из рода уходите!
— Вот именно…