"Фантастика 2024-145". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
На обратном пути мне всё время хотелось плюнуть в стоящий на углу фургончик или начертить мелом на борту что-нибудь обидное, типа «ДУРАК!», но я сдерживалась.
По воскресеньям картина повторялась с той лишь разницей, что пока шёл молебен, я проходила вдоль рядов и делала всё то же самое в гимназическом дворе. Следящий фургон в это время обязательно стоял напротив. Ждал моей ошибки.
ОСОБЕННЫЕ ПОДАРКИ НА РОЖДЕСТВО
Вопреки моим ожиданиям, никаких заказчиков картин больше не появилось — не знаю, то ли неизвестная контора сработала, то ли наша дирекция (типа не положено или уж как, не знаю). Подобное безрыбье несколько умерило мой энтузиазм, и я снова начала размышлять об иных способах приобретения нужных мне камней, кроме банальной покупки. Пока ничего умного не придумалось.
Зато к Рождеству у меня было готово пять небольших солнечных пейзажей — по числу предполагаемых мной высочайших спален. Потому что, когда кто-то из членов императорской семьи намекает, что ему хотелось бы заполучить ваше творение, вы не будете этим пренебрегать. Кроме того, мною, если уж подходить с меркантильной точки зрения, была даже получен своеобразный аванс — в виде брошки. Для более точной оценки стоило всё же заглянуть в ювелирный магазин, но даже если взять за точку отсчёта, что за одну аукционную картину я могла бы получить максимум камешек с ноготок мизинца, то в одном только брошечном цветке их был десяток, не считая целой россыпи мелких. Мало того, что вещь дорогая, так ещё и накопитель замечательный, я оценила. Совесть надо иметь, правильно?
Короче, я нарисовала пейзажи и пошла к директрисе. Так и так, говорю, Надежда Генриховна, великая княжна София просила меня — ну и далее по тексту. Вот я и нарисовала. А теперь мне рамочки нужны, а то как-то не комильфо лысые картинки дарить.
Директриса как услышала, чуть в обморок не упала. Как так, такие дела, а она не в курсе⁈ Давай паниковать, метаться, мол, сейчас же помчимся, купим лучшие!
Я как представила, чего она в порыве верноподданнического вдохновения может напокупать, говорю:
— Надежда Генриховна, а нельзя ли мне с кем-нибудь съездить и лично рамочки подобрать, чтобы полная гармония была?
Чтоб вы понимали, этот случай Надежда Генриховна явно не относила к рядовым и поехала со мной лично. В магазине наша мать-настоятельница пережила острый приступ борьбы элегантности и помпезности, но не без моей помощи элегантность победила.
Картины были оформлены, упакованы и отосланы в качестве подарка к Рождеству от моего имени (в сопровождении рекомендательного письма от заведения, с благодарностями за высочайшее внимание и т.д.).
В ответ, перед самым Рождеством, от великой княжны Софии пришёл ответ: рождественская открытка ручной работы с благодарностью, поздравлениями и прикреплённым официальным приглашением (на меня и Марусю) погостить в черноморском императорском поместье текущим летом или в любое удобное для нас время. Кроме того княжна передавала мне ещё одну брошку — пару к первой, только теперь не с рубиновым, а с сапфировым цветком.
Благодарность я сочла совершенно королевской и поставила обе брошки на зарядку — как ни крути, а после риталида это единственные лично мои мощные аккумуляторы, которыми я могу распоряжаться как душа пожелает.
БАЛЫ РОЖДЕСТВЕНСКИХ КАНИКУЛ
К Рождеству готовились ещё усерднее, чем к императрицыному дню рождения, снова сдавали всякое для благотворительного аукциона (хвала небесам, в этот раз нас избавили и от участия в распродажах, и от благотворительных танцев — должно быть, господа толстые кошельки поняли, что благотворительность «просто так» куда лучше благотворительности с тремя часами принудительного вальсирования). Наряжали ёлки, расставленные по спальням. Рисовали открыточки.
Помимо всего прочего, благодарные излеченные неожиданно нанесли мне столько гостинцев, что я в ужас пришла. Если я всё это съем, точно стану непроходящим в двери упитанным бегемотиком. Поэтому я попросила начальство, чтобы сладости отослали в тот сиротский приют, которому мы как раз и собирали «на вспомоществование». Пусть порадуются девчонки.
На праздничный вечер собирались по высшему разряду, словно гимназию должна была посетить императорская семья полным составом. Мы с Марусей надели взятые в долг украшения — все же знают, что мы их взяли, смысл стесняться? Я боялась, что одного колье Марусе не хватит.
— Слушай, давай ещё цветок тебе приколем? Сапфировый гармонично будет смотреться.
— Не перебор по украшениям?
— А что, лучше, если ты в обморок посреди бала грохнешься?
— Да уж… Давай цветок.
Маруся требовательно полюбовалась на результат.
— А ничего, не тяжелит. Давай-ка и тебе тоже приколем!
— Ну, вы прямо как сёстры, — оценила Рита, тоже прихорашивающаяся около зеркала. — Как у братьев Гримм, Беляночка и Розочка.
Это сравнение заставило меня нервно передёрнуться. Вряд ли меня можно сравнить с преисполненной благодетели девицей, которая продолжает помогать гадкому персонажу, непрерывно кроющему её паскудными словами. Да ещё медведь там превращается в королевича. Против медведей я ничего не имею, но лучше пусть медведи отдельно, а королевичи отдельно.
Кстати, про королевича.
Я (если уж совсем честно) втайне надеялась, что на рождественский бал всё-таки пригласят военно-морскую академию, но пришли артиллеристы. Я постаралась, чтоб никто не заметил, что мне грустно. Всё равно ведь не дадут нам с Димой встречаться, тут к провидцу не ходи…
Кроме того, впадать в меланхолию нам не дали — кто бы вы думали? — ну, тут интригу никак не удержишь. Голицыны, конечно же! Баба Дуня выкупила целых пять гостевых мест — для самых перспективных внуков, и они по кругу не давали нам с Марусей скучать. Обалденно, да?
Я разглядывала знаки родов войск на их мундирах, и на пятом танце задала неожиданный даже для себя вопрос:
— Интересно, Голицыны принципиально не выбирают морские специальности?
Да, мысли мои всё равно возвращались к военно-морской академии.
— С некоторых пор, — ответил мой кавалер. — С бабушкиным любимцем произошёл трагический случай на море, и это стало для неё таким ударом, что академия закрыта для нас навсегда. Виктору с третьего курса пришлось оформлять перевод в ракетное.
— Ничего себе! Но ведь несчастные случаи не исключены в любой военной сфере?
— Слово бабушки — закон. Даже беседы на эту тему под запретом.
Эвона, как у них жёстко!
— Не буду подводить вас под монастырь. Давайте поговорим о другом. Кино, например…
За ужином, естественно, все пять кавалеров за нашим столом имели сами угадайте какую фамилию. Из воспитанниц с нами сидели Анечка, Шура и Соня. Я удивлялась — как они так подобрались, пока Маурся (потом уже) не сказала мне, что это она выкатила ухажёрам список желаемых персон. Разговор шёл вполне светский, пока Анечка вдруг не заявила:
— А ваша бабуля — молодец, правильную политику ведёт. А то ко мне тут тоже набивался женишок. Тра-ля-ля-тополя, музыка, высокие материи. Явился на свидание — что бы вы думали, принёс? — она оглядела стол и возмущённо провозгласила: — Ноты! Можете себе представить? Музыкант, тоже мне… Я ему говорю: это что за фортеля? Взялся за девушкой ухаживать — где цветы? Где конфеты? Больше, говорю, чтоб так не приходил. Ну, он и не пришёл. Жлоб и сквалыга!
Женихи застыли, не зная, как на это реагировать. Шурочка страшно покраснела и прикрылась салфеткой, из-за которой доносились сдавленные булькающие звуки. Соня растерянно хлопала глазами. А Маруся невозмутимо заявила:
— Да, баба Дуня в этом отношении — молодец, отлично держит баланс. Предлагаю тост за светлейшую княгиню Голицыну!
Шурочка отняла салфетку от лица, глаза её были мокрые:
— Анечка, давай здравицу. Простите за этот казус, господа, сейчас…
Но Аня последних слов уже не слышала. Её по-моему немного понесло. Она поднялась и слегка постучала вилочкой по бокальчику. Могла бы и не утруждаться, поскольку её голос мгновенно перекрыл все голоса и прочие шумы: